Фиксер
Шрифт:
Я переняла выражение лица Генри.
— Думаю, Генри прав. Я упала последней.
Директор был явно недоволен. Он перевел взгляд на Джона Томаса.
— Если вы хотите поговорить наедине… — начал было он.
— Нет, — жестко произнес Джон Томас. — Наверное, на полу что-то было. Мы поскользнулись.
Возможно, Джон Томас Уилкокс был психически неуравновешенным придурком, но этот психически неуравновешенный придурок не хотел запятнать своё личное дело.
Директор явно нам не поверил, но настолько
Мой взгляд скользнул к фотографии на стене за его спиной — той же, которую я заметила, когда была здесь в последний раз. Шесть мужчин: три в заднем ряду, два спереди, один немного в стороне. Я узнала Уильяма Кейса. Но на этот раз я узнала и мужчину, стоявшего рядом с директором. Лысеющий мужчина старше сорока лет. Глубоко посаженные глаза.
Судья Пирс.
А перед Пирсом стоял отец Вивви.
ГЛАВА 34
Мне нужно было ещё раз взглянуть на эту фотографию. Врач президента. Судья апелляционного суда из Аризоны. Идея о том, что эти двое могли оказаться в одном месте в одно время, в такой небольшой компании…
Твоя сестра просто пытается восстановить хронологию событий, — вот, что сказала мне Вивви. — Как мой отец ввязался во всё это, когда это произошло, откуда он знает Пирса, если вообще знает.
Я хотела узнать, когда и где был сделан этот снимок. Хотела узнать, кем были другие люди, запечатленные на нём. А ещё я хотела знать, что там делал отец Адама.
А значит, я должна была ещё раз попасть в кабинет директора.
— Ты выглядишь, как человек, погруженный в глубокое раздумье, — за ланчем Ашер скользнул на соседнее со мной место. — Возможно, глубокое раздумье о том, что ты не рассказываешь мне вот уже два дня?
Кажется, Ашер не ожидал этого, но я ответила ему.
— Когда я позвонила по второму номеру, кто-то взял трубку. Я знаю, кто это был, и, возможно, я нашла зацепку, которая может рассказать нам о том, откуда этот человек и отец Вивви знают друг друга.
— Эта новая, общительная Тэсс — странная и чудесная, — заметил Ашер. — Мне стоит что-то заподозрить?
Я ответила на его вопрос своим.
— Как попасть в кабинет директора за что-то такое, из-за чего тебя не исключат? — Ашер блаженно улыбнулся, словно он ждал этого вопроса всю свою жизнь.
— Что думаешь о Ментосе с диетической колой?
Как оказалось, администрация Хардвика недолюбливает взрывы. Мы с Ашером сидели у двери кабинета директора, в ожидании нашего приговора.
Ассистентка
— Разве ты не была здесь всего пару часов назад? — спросила она у меня.
Я, как могла, постаралсь выглядеть пристыженной — видимо, у меня ничего не получилось. Она перевела внимание на моего спутника.
— Ашер Роудс. Что нам с тобой делать?
— Склонить меня на свою сторону терпением и ласковыми поправками? — предложил Ашер.
Оглядываясь назад, я понимаю, что мне стоило взять вину за этот взрыв на себя, но мне нужно было хорошенько рассмотреть фотографию на стене директора, а значит, кто-то должен был отвлечь его, пока я буду этим заниматься.
— Мистер Роудс? — в дверном проёме появился директор Рэлей. — Сначала я поговорю с вами.
Мы с Ашером переглянулись. По плану мы должны были пойти вместе.
— Дамы вперед, — произнес Ашер. — Я настаиваю.
Директор вздохнул.
— Хорошо, — сдался он. — Мисс Кендрик, вы будете первой.
— Вам не кажется, что это сексизм? — спросила я у секретарши. Она замерла.
— Уверенна, это не так, — совсем не уверенно произнесла она.
— Рыцарство — это не сексизм, — сказал мне Ашер.
— Если ты считаешь, что женщины заслуживают особого отношения только потому, что они женщины, — ответила я, — это вроде как сексизм.
Директор Рэлей всё ещё не отошел от обвинений в сексизме.
— Ашер, — начал он. Потом он передумал. — Тэсс, — он нахмурился. — Вы оба, в мой кабинет, сейчас же.
Директор развернулся на каблуках. Ашер подмигнул мне и последовал за ним по пятам. Я зашла в комнату последней и закрыла за собой дверь. Мои глаза тут же нашли на стене фотографию.
Уильям Кейс. Судья Пирс. Майор Бхарани. Из-за блика на стекле фоторамки я почти их не видела.
— Мисс Кендрик, вы меня слушаете? — спросил директор Рэлей.
Нисколечко.
— Да, сер, — кажется, слово «сер» его немного успокоило.
— Мы в Хардвике не терпим оружия, — продолжил мужчина.
— Разве что-то можно считать оружием, если ты можешь это съесть? — спросила я.
— Или выпить, — добавил Ашер.
— Если что-то взрывается, значит, это оружие, — заявил директор. — Боюсь, вы двое поставили меня в сложное положение.
— Могу только представить, — с сочувствием произнёс Ашер. — Наверное, вам придется исключить меня из команды по лакроссу.
Директор заколебался.
— И, — добавила я, — уверена, вы захотите обсудить это происшествие с моей сестрой.
— Наверное, вам придется переосмыслить содержание торговых автоматов Хардвика, — мрачно продолжил Ашер. — Нам стоило подумать о последствиях, прежде чем мы решили, что за это мы получим стипендию имени Йейтса.
— Стипендия имени Йейтса? — переспросил директор.