Фейерверк волшебства

Гурангов Вадим Алексеевич

После окончания курсов повышения квалификации три года трудился в Карибских морях, в качестве капитана пиратской шхуны, с удачным уходом от уголовной ответственности. Накопил несметные сокровища из добровольных пожертвований миллиардеров за проход их яхт мимо моей шхуны.

Попутно работал программистом в академическом НИИ.

Истинный мариец, характер ведический, имел немало пророческих связей. Потомственный белый маг, ясновидящий в семнадцатом поколении. Люблю ничего не делать, мало писать, громко кричать. Могу работать профессиональным гуру: загрузка ПКМ, медитации, жертвоприношения, мануальная терапия,

вывод из забоя наложением ног, тантрический массаж, чистка ауры, йогическая практика (нужное подчеркнуть)».

Как-то Тараканову позвонили с работы и попросили срочно приехать. График работы в его отделе был свободный: многие сотрудники, выполняя работу дома, появлялись в НИИ на один-два часа в день, а некоторые, как Вовка, и вообще раз в неделю. Все давно привыкли к такому положению вещей. И вдруг заместителю директора института, обычно не вылезавшему из своего кабинета, взбрело в голову устроить проверку. Не обнаружив половины работников Таракановского отдела, он вызвал всех нарушителей трудовой дисциплины на ковер.

Выходя из квартиры, Вовка захватил с собой автобиографию и сочинение, на всякий случай, как предметы силы. По дороге в метро он сочинил заговор на сохранение вольного графика работы:

График, график дорогой,Не расстанусь я с тобой,Я пошлю начальство нафиг,Сяду в свой любимый Рафик,Графа рядом посажу,Картошкой фри всех угощу.И, конечно, без сомненья,«Фи!» не скажет мне никто,Я исполню намеренье,График будет на все сто!

От метро к институту Тараканов шел, напевая песню на намерение «Исчезни с пользой для себя», посвященную замдиректора:

Прощай,От всех вокзалов поезда уходят в дальние края,Прощай,Мы расстаемся навсегда под белым небом февраля,Прощай, и ничего не обещай, и ничего не говори,А чтоб понять мою печаль, в пустое небо посмотри.

В итоге он отделался легким нагоняем, а через пару дней в отделе все вернулось на круги своя.

Однажды Вовка получил письмо по электронной почте от своего давнего приятеля, программиста. Он сетовал, что сын стал плохо учиться, никакие уговоры и наказания не помогают.

Недолго думая, Тараканов настрочил бисерное письмо другу на тему «Пятерки в школе»:

Пятерки катились с горки,Мочили на ходу корки.Корки мочили в море,В котором барахтался Коля.У Коли на холке кол,А холить Колю — прикол.Прикольный у Коли портфель,Портфель не проходит в дверь.Вместо двери — окно,А за окном кино,В

котором бушует море,В котором плавает Коля,С полным портфелем пятерок,С запасом «моченых корок».Пятерки, об корки потритесь,В моем дневнике появитесь!

Приятель был парень с чувством юмора, большой любитель розыгрышей и соленых анекдотов, и Вовка для успокоения его ПКМ слегка грузанул обоснованием:

«Сочетание слов и организация звукового ряда в данном стихотворении подобраны специальным образом, исходя из намерения индивидуума. Этот заряженный текст генеририрует особые вибрации, которые производят в ноосфере желаемые изменения».

Через две недели друг прислал ответ, пестрящий восклицательными знаками. Он писал, что дневник сына стали украшать пятерки. Вдохновившись, друг попросил Вовкиного совета в сложной ситуации:

«Нужно вытащить родственников из далекой страны, которая называется Кот Дивуар, там сейчас идут военные действия. Чтобы это сделать, нужны деньги, сумма в размере 2500–3000 долларов».

Кот Дивуар просто напрашивался на бисер, и Тараканов состряпал приятелю ритуал:

«Чтобы вытащить родственников, возьми картонную коробку, напиши на ней «Кот Дивуар», привяжи на веревку фотографию или рисунок родственников и опусти это в коробку, чтобы другой конец веревки торчал из нее на 2500–3000 миллиметров.

Затем посади в коробку настоящего кота (придется где-то раздобыть, если такового нет) и позови его с французским прононсом:

— Месье Дивуар, не изволите ли удостоить меня своим визитом?

Когда тот изволит, помаши ему рукой вослед:

— Оревуар, месье Дивуар!

После чего медленно, но уверенно, будто клюнула крупная рыба, подтягивай к себе веревку и хватай фотографию с громким воплем:

— Поймал! Поймал!!»

Приятель, заядлый рыбак, пообещал все проделать и сообщить о результате.

Вовка пребывал в творческом состоянии и играючи довозил до угла всех подряд.

Как-то вечером к Марго пришла подруга, Вероника, с которой они раньше вместе работали. Беседуя на кухне, дамы неспешно потягивали кофеек и играли в нарды. Вероника покуривала тонкую сигаретку, и сизоватый дымок струйкой вился к потолку. Узнав от Маргариты, что Вовка ударился в какое-то смешное волшебство, подруга насела на него с просьбой. Ей подвернулась возможность устроиться на хорошую работу, но для этого нужно было успешно пройти собеседование, которое предстояло в ближайшее время.

Для начала Тараканов заставил Веронику прыгнуть с табуретки в новую фирму. Затем, невозмутимо хрумкая яблоком, он обратился к собранию с вопросом:

— Какие вы знаете песни о тесной душевной близости между двумя людьми?

Марго сразу нашлась:

Без меня тебе, любимый мой,Земля мала, как остров!Без меня тебе, любимый мой,Лететь с одним крылом!

— Отлично, — кивнул Вовка. — Можно мурлыкать эту песню силы перед собеседованием. А если спеть во время аудиенции вслух, точно примут на работу. Может, еще варианты будут?