Фея Сластей
Шрифт:
– Убедила?
– Ну, он не возражал против того, чтобы у меня было хобби, но опасался за мое здоровье. Боялся, что из-за диабета я не справлюсь с нагрузкой. – И добавила с грустной иронией: – Он удивился бы тому, насколько ошибался.
Купер оперся о край разделочного стола и внимательно посмотрел на нее.
– Тебе было очень трудно?
Доброта, прозвучавшая в его голосе, ее тронула. Она обычно никому не жаловалась, за исключением двух подруг из агентства – Регины и Беллы.
–
– А страховка?
– У Джастина не было страховки, – ответила Натали и подвинула ему блюдце. – (Длинные пальцы Купера замерли в дюйме от кубика кремового торта.) – Он собирался ее оформить. После его смерти я нашла на письменном столе бланк заявления.
– Это грабеж.
– За прошедшие два года я произносила то же самое миллион раз.
Повисло молчание. Затем Купер протянул руку и взял ее за подбородок.
– Прости, Нэт. Джастин не мог специально нанести тебе вред. Он тебя безумно любил.
Веки защипало от слез. Натали давно пережила остроту утраты. Место боли заняли горечь и злость оттого, что Джастин оставил ее одну с детьми. Жалость Купера была неожиданной и поэтому трогала за сердце.
– Вот именно – безумно любил, – пробормотала она, стараясь не придавать значения тому, какие у Купера теплые, крепкие пальцы и какой влекущий запаху его одеколона. И лучше забыть напрочь про то, что когда-то у нее были романтические мечты, связанные с ним.
Но сердце бешено колотилось, в голове – полная сумятица. Почему он смотрит на нее с диким блеском в глазах? Он что, хочет ее обнять? Утешить? Поцеловать?
Глава третья
Купер обернулся, услышав шум у себя за спиной, и увидел девчушку, которая оскалила зубы и рычала, словно злобный доберман-пинчер.
– Роза! – Натали встала между Купером и девочкой.
– Щенок сейчас его укусит, – с угрожающим видом пообещала Роза.
– Щенок сейчас же отправится в твою комнату, раз не может вести себя прилично. Доктор Салливан – гость, и твой щенок не посмеет его укусить. – Натали поймала дочку за руку. – Извинись перед доктором Салливаном.
Девочка вызывающе задрала подбородок. Тогда Натали опустилась перед ней на корточки.
– Роза, я жду.
Роза фыркнула, но твердые нотки в голосе матери заставили ее сдаться.
– Простите, доктор Салливан. Щенок вас не укусит. Он просто сегодня в плохом настроении.
– Он всегда в плохом настроении? – стараясь сохранять серьезность, спросил Купер, поняв, что щенок – это второе «я» Розы.
– Почти всегда. – Девочка посмотрела вниз и сказала невидимой собаке: – Все в порядке. Он не преступник. Он доктор.
Натали, сдерживая смех, объяснила:
– Я учила ее не
В этот момент появилась точно такая же девочка, но без бейсболки. Хотя она не рычала и выглядела вполне миролюбиво, Купер поинтересовался:
– Я должен приготовиться к еще одному нападению?
– Щенок меня тоже не любит, – удрученно произнесла девочка. – Лучше бы у нас была настоящая собака, но только чтобы она не кусалась.
– Это мои дочки. – Натали привлекла детей к себе. – Роза и Лили. Девочки, познакомьтесь с доктором Купером Салливаном.
– Вы мамин бойфренд? – спросила Роза и посмотрела на Купера с таким видом, словно ее пес снова готов броситься в атаку.
Бойфренд? У Купера от неожиданного вопроса взмок затылок.
– Роза! Как ты себя ведешь? Купер – мой друг. Мы вместе учились в колледже.
А Лили вышла вперед и вежливо протянула маленькую ладошку:
– Очень приятно с вами познакомиться. Вы учились в колледже и с моим папой тоже?
– Да. А потом на медицинском факультете. Твой папа был моим другом.
Эти слова возымели действие и на Розу. Она тоже протянула руку и сказала, хотя и немного ворчливо:
– Я Роза. А это Лили. Мы близнецы.
– Наверное, очень весело иметь сестру-близнеца. Уверен, что вы любите обманывать окружающих.
Натали отошла от детей и встала около Купера, а он старался не смотреть на ее нежные, мягкие губы и не думать о том, как он касался их.
– Они очень похожи, но у каждой свой характер, – сказала Натали.
– Вижу, – ответил он.
– Иногда они меняются ролями и обводят вокруг пальца не только других, но и меня.
Натали улыбнулась. Какие у нее чудесные ямочки на щеках! Купер всегда считал, что ее ямочки самые очаровательные, и еще в студенческие годы мысленно представлял себе, как он их касается языком.
Опять он за свое! Похоже, просто теряет разум.
Натали была одета по-домашнему: фартук поверх старого свитера, леггинсы, а волосы на макушке удерживаются двумя деревянными китайскими палочками. Но Куперу она казалась прелестной. Она облизала свои дразнящие губки, а его бросило в жар от возбуждения.
«Салливан, остановись и возьми себя в руки. Вспомни, почему ты здесь. Натали – жена твоего покойного друга».
Но бес, поселившийся в его мыслях, шептал: «Она – вдова».
Он не может завязнуть в серьезных романтических отношениях. Работа занимает все его время. Когда-нибудь у него будет жена, он заведет семью. Но пока что этот день где-то далеко в будущем и наступит после того, как Купер добьется цели. Такому человеку, как он, не следует ухаживать за женой умершего друга.