Фетиш
Шрифт:
Она сделала неуверенный шаг назад, но ей не удалось увернуться от сильного удара, который пришелся в челюсть. Она рухнула в грязь, и звезды заплясали в ее голове. А потом, как при отключении телевизора, изображение дрогнуло и погасло.
Глава 62
— Если он повез ее не туда, значит, мы просчитались, — произнес Энди, пока они неслись по дороге.
— Может быть, ты и прав, — ответил Джимми. — Похоже, он слишком много знает. Он одержим идеей мести. Ты никогда не говорил мне, что у вас с Кассандрой есть
— Его приобрела Кассандра, но он должен был перейти ко мне после развода, — объяснил Энди. — Это было вложение средств, но она так и не перепродала его. Я должен был переехать туда несколько месяцев назад.
— Будем надеяться, что именно он решил переселиться туда, — сказал Джимми.
— Я думаю об этом. Он убил по меньшей мере девять женщин, а мы знаем только о пяти жертвах. Где остальные четверо? Он хорошо спрятал их. В отличие от этих, последних. Почему? Он хочет, чтобы его поймали, вот почему. Или просто он считает себя неуязвимым.
— Черт возьми! Если все эти психопаты так хотят быть пойманными, почему бы им не явиться прямо в полицейский участок? — Джимми покачал головой. — Нет, мне что-то не верится. Он просто начинает нервничать и допускает промахи. Все эти психи рано или поздно начинают ошибаться.
Глава 63
ГОЛАЯ.
Я совершенно голая!
Макейди очнулась в незнакомой спальне, еле живая от боли. Она не могла пошевелиться. Не могла накрыть себя. Она молила, чтобы все это оказалось ночным кошмаром. В детстве ей иногда снилось, будто она идет по коридорам школы или по многолюдным улицам, а потом вдруг осознает, что она совершенно голая.
Влажную кожу обожгло ледяным воздухом. Она дрожала, и кожа покрылась мурашками.
Видимо, была открыта дверь или окно. Она лежала на кровати, привязанная к спинкам за запястья и щиколотки. Голова была обмотана какой-то тканью, похожей на марлю. На полу горела лампа, заливавшая комнату тусклым светом. Хотя Мак не могла пошевелить головой, ей удалось напрячь глаза и слегка оглядеться. Она была одна. На стенах висели полки, на которых пылились вазы с сухоцветами и фотографии в рамках. Она разглядела ближайшую — на ней улыбались мужчина в смокинге и его невеста в красивом белом платье.
Она узнала сияющие лица Энди и Кассандры Флинн. Выходит, она в их доме, о котором он говорил.
Она попыталась освободиться от пут, но чем больше она двигалась, тем глубже они впивались в кожу.
Она расслышала звуки приближающихся шагов. Скрипнули половицы. Взвизгнул металл. Рыжий человек вернулся. Он вошел в спальню, представ перед ней в халате хирурга, маске и латексных перчатках. Он держал ящик, похожий на коробку с инструментами.
Он выдвинул деревянный стол и поставил его рядом с кроватью, а потом протер его поверхность губкой. После этого он застелил стол клеенкой и поставил на него ящик с инструментами. Макейди отчаянно пыталась заговорить, но обнаружила, что не может сложить ни слова. Из ее горла вырвались лишь слабые стоны. Мужчина не обратил на них никакого внимания, он вообще словно не замечал ее, поглощенный своими приготовлениями.
Потом
Неожиданно мужчина рассмеялся каким-то странным смехом. Звук был ужасающим, отвратительным. Кудахтанье смолкло так же быстро, как и началось.
— Никаких разговоров со шлюхами, — произнес он, не глядя на нее, и продолжил свои приготовления.
Мак изо всех сил напрягала глаза, чтобы следить за его движениями. Сначала он проверил, надежно ли она привязана к кровати, и Макейди поняла, что он шаг за шагом исполняет некий ритуал.
Проверив оковы, он повернулся к ней и впервые посмотрел ей прямо в глаза. Голос его звучал уверенно и спокойно.
— Мне придется повозиться с тобой. Ты ведь особенная. — Он произнес это так, как будто она могла растаять от такого комплимента. — Ты когда-нибудь наблюдала процедуру вскрытия, Макейди? — продолжил он, чем-то напомнив ей жреца. — Я знаю, что ты уже видела мои работы. Что бы ты предпочла в первую очередь? Обещаю, что смертельные раны я приберегу напоследок. Жаль только, что из-за травмы головы твои ощущения несколько притупились.
Она во что бы то ни стало должна заговорить. Слова оставались ее главным оружием теперь, когда она физически беспомощна.
Ему плевать на твою боль, он наслаждается ею. Скажи что-нибудь, что удивит его. Не позволяй ему видеть твой страх.
Она сделала глубокий вдох, силой заставила рот раскрыться, и неразборчивый звук вырвался из ее горла.
Эд склонил голову набок, явно забавляясь ее потугами.
— Что они тебе сделали? — спросила она слабым хриплым шепотом. Выражение его лица слегка изменилось.
— Как им удалось заставить тебя сделать это? — пробормотала она.
В его глазах что-то промелькнуло. Узнавание? Ей показалось, что его глаза изменились, стали похожими на детские. Маленький мальчик смотрел на Макейди широко раскрытыми пытливыми глазами. А может, в них был упрек? Нет. Он отвернулся и что-то схватил.
Хочет отвязать меня?
Когда она вновь увидела его глаза, того выражения, что она уловила прежде, уже не было; теперь на нее был устремлен холодный прямой взгляд человека, который собрался убивать.
В руках он держал подобие резинового мячика с ремнями. Его руки в латексных перчатках с силой разжали ей челюсти и впихнули в рот мяч.
Он закрепил ремни ей на затылке.
— Хватит болтать, — сказал он и потянулся к следующему орудию из своего зловещего ящика.
Глава 64
Подъезжая к дому в Лейн-Коув, детективы отключили сирену. Они боялись вспугнуть Эда Брауна, от которого можно было ожидать чего угодно. Если, конечно, он был там. Если. Энди молил Бога, чтобы он оказался прав. Неожиданно в густой темноте ночи промелькнули очертания какого-то предмета, словно неоновая вспышка ударила в глаза.