Ферма

Резаев Дмитрий

Трэш промолчал.

Прямо на них выплыл дом Харпера, похожий в темноте на огромный корабль. Ни огонька.

Рука Шура взмыла вверх. Все остановились. Шур обернулся к спутникам и знаком предложил лечь. Сам он тут же исчез.

Шур медленно подползал к крыльцу, не замечая крапивных ожогов и вылезших погулять слизняков. Он напряженно вглядывался в темноту и ничего не замечал. «Вот дебилы, – подумал он, – где у них караул?» Рядом зашевелилась трава. Шур смотрел на нее с возрастающим удивлением. В его ладонь скользнуло серое лезвие. Из травы выглянуло лицо. Шуру оно показалось зверской рожей. Впрочем, так оно и было. Затем появились плечи, и чужие руки схватили его за ворот куртки. Шур ударил ножом незнакомцу прямо

в горло. Нож по рукоять вошел в мягкую землю, а горло куда-то исчезло вместе с лицом. «Это не шерифы», – успел подумать Шур. Кто-то сел ему на спину и схватил за волосы. В этом движении было что-то унизительное. Из глаз Шура брызнули слезы. В ту же секунду дом вспыхнул всеми окнами. Из него полетели отрывистые команды, раздался топот. Шура поставили на ноги, продолжая крепко держать за волосы. В лицо ему ударила мгновенно ослепившая его вспышка. Сепцагент МБР рванулся вперед и почувствовал, что оставил в чьих-то руках клок волос. Низко пригибаясь, он побежал куда-то вбок, ничего не видя перед собой. Через мгновение Шур наткнулся на что-то железное. Зрение понемногу возвращалось, он сумел разглядеть ржавый поручень, схватился за него и рванул. В ту же секунду Шур оказался в «Мурзоне» на водительском сиденье. Кабину потряс страшный удар, Шур покачнулся и непроизвольно схватился за торчавший перед ним рычаг. Его палец нащупал гашетку. Электрическая турель ожила и, бешено вращаясь, стала разбрасывать титановые пули диаметром три сантиметра со скоростью две тысячи штук в секунду. Пули разлетались по окружности, уничтожая все вокруг. Несколько человек перед автобусом были разорваны в клочья вместе со сверхнадежными бронежилетами. Буквально осыпалась входная дверь. Весь дом мгновенно покрылся мириадами отверстий и стал похож на гигантский дуршлаг.

Стрельба длилась не более тридцати секунд. Щелкнул затвор, обнажив дымящуюся пустоту: патроны кончились. Шур лихорадочно зашарил по приборной панели, пытаясь определить, где находится управление перезарядкой. Только провозившись около минуты, он вдруг осознал, что значит наступившая тишина. Его никто не атаковал. Казалось, не было ни криков, ни топота, ни скоротечного кровавого поединка. Только саднящая рана в затылке являлась доказательством происшедшего. Шур осторожно выглянул наружу. Его ноздри ощупывали пороховые газы, заполнившие небольшой двор перед домом Харпера. Эдвард Шур щелкнул тумблером. Два мощных луча осветили картину разрушения. Прямо перед домом лежали несколько тел, истерзанных пулями. Шур наклонился над одним из них и отшатнулся.

– «Ласточки»! Вот черт! Спецподразделение…

Он осмотрелся. На крыльце лежал еще один труп. Ему снесло голову. Шур осторожно перешагнул через него и оказался внутри дома. «Ласточки» лежали повсюду. Он все были мертвы. Портной, Юла, Бочка, Паук… Беспорядочная стрельба оказалось настолько удачной, что ему удалось укокошить целый отряд вооруженных до зубов головорезов, чьей профессией была война.

Шур резко обернулся. В дверях он увидел приземистую полную фигуру. Шур отработанным движением вскинул руку к кобуре под мышкой. Рукоять пистолета послушно прильнула к ладони. Фигура подняла руку.

– Это я.

Шур отступил, давая Сидхартхе пройти вовнутрь.

– Что произошло? – испуганно спросил Сидхартха.

– То, что и должно было произойти: засада. За нами охотились «Ласточки». И только благодаря чуду мне удалось убить их. Всех. Честно говоря, я думал, что электрическая турель накроет и вас. Как там Сигги и Самарин?

– Живы.

Раздался грохот, взметнулся столб пыли. Из откинутой крышки погреба показалась голова. Шур направил на нее ствол пистолета. Из черного проема на него смотрели усталые глаза.

– Где Трэш? – спросили глаза.

– Кто вы? – не ответил Шур.

– Я – Арчер Харпер. Человек, объявленный клоном, как и Сигизмунд Трэш, на которого

вы работаете.

– Наш контракт давно разорван.

– Так вы не от Трэша? – глаза выглядели разочарованными, – а как же… – они кивнули на Сидхартху.

– Не пугайтесь, – Шур опустил пистолет. – Просто люди, объявленные вне закона, не имеют права вступать в деловые отношения. Так что в настоящий момент мы с Сигизмундом Трэшем партнеры.

Харпер вылез из погреба.

– Ну, и погром… Вам удалось одолеть целый взвод «Ласточек»!

Напрасно Шур опускал пистолет. Через секунду он взвыл от боли. Шип-крючок цап-царапа безжалостно впился ему в бедро. Рядом закричал Сидхартха. Харпер сделал два быстрых шага и нырнул в окно. Несмотря на свой возраст, он двигался стремительно, но пуля летела еще быстрее, ударив ему меж лопаток. Харпер упал за окно и признаков жизни не подавал.

Посреди комнаты на полу корчились Сидхартха и Шур, чей пистолет валялся теперь в дальнем углу. Агент МБР поднял глаза и увидел человека в пропитанной солидолом робе, расстегнутой на животе. Небритое лицо нехорошо улыбалось. В руках человек держал две ветви цап-царапа, которые он использовал как плетки.

– Так, так, так. Эдвард Шур, если не ошибаюсь? А это у нас кто? Сигизмунд Трэш. А где толланец?

– Я не знаю, о чем вы говорите, – прохрипел Шур.

Вальдес подошел к нему и присел на корточки. «Как он успел выстрелить в Харпера, если обе руки у него заняты цап-царапом?» – подумал Шур. У него зачесался подбородок, в нос лезла пыль.

– Ты думал, что всех убил? Электрическая турель. Как тебе удалось додуматься до этого?

– Я просто очень крутой, – ответил Шур.

– Крутой. Я это вижу. Беглец всегда круче охотника. Это психология. Скажи, Шур, ты ведь ненавидишь ВБС?

– Ненавижу, – признался Шур.

– А знаешь почему?

Шур напрягся, что-то в этом допросе было не то.

– Потому что ты очень способный парень. Ты многого мог бы добиться. Ты ведь с детства мечтал об оперативной работе. Бьюсь об заклад, что ты наизусть знал «Наше дело – умирать» Ральфа Кесса и «Ангелов смерти» Смела Ута. Ты ведь мечтал стать Разговорником. Но в МБР есть предел для таких, как ты. МБР – вотчина аристократии. Ты всегда знал, что выше спецагента тебе не подняться. А в ВБС тебя не приглашали. И ты возненавидел ВБС. Как, впрочем, и МБР. Ты рожден для оперативной работы, Шур. Ты ловок, умен, проницателен, у тебя отличная реакция. Но… Очень много «но». Вот ты и подрабатывал на всяких Трэшей и Гидов.

Шур удивленно вскинул бровь: «Откуда он знает про Гида?» Внутри Шура что-то заклокотало. То, что долгое время сдерживали Устав и традиции, стереотипы и правила, вдруг горячей волной подступило к горлу. Его кулаки разжались, он смотрел на Вальдеса уже без первоначальной злобы. Вальдес отметил эти перемены, удовлетворенно кивнул и повернулся к Сидхартхе.

– Добрый вечер, господин Трэш. Ну, как вам в шкуре клона? Отвечать необязательно. Это риторический вопрос. Сейчас мы уедем из этого гнусного места. Я привезу вас в шикарные апартаменты, где вы примите душ, приведете себя в человеческий вид и в благодарность расскажете нам, кто, когда и как передал вам секрет скрытого клонирования.

– Скрытое клонирование невозможно, – ответил Сидхартха и отвернулся. Шур про себя похвалил его за это последнее движение. Чем меньше видно его лицо, тем меньше будут заметны различия между ручной копией и оригиналом. «Но где же Самарин с Трэшем?»

Вальдес тем временем достал откуда-то аптечку и освободил пленников от крючков. Шур улыбнулся ему, потер руки и ударил кулаком прямо в кадык. На мгновение ему показалось, что он ударил сам себя. Его рука безжизненно болталась вдоль тела, все пальцы были сломаны. «Что же это за тип?» – мелькнуло у Шура, и он упал, корчась от боли. Сидхартха молча наблюдал за этой картиной, скрестив руки на груди.