Ферма "Копперсмита"
Шрифт:
— Прекратите. Мне жаль, что вам больно, мистер Джонсон. Но если вы будете грубить мне, это не поможет. Вы будете относиться ко мне с некоторым уважением. Хватит обзываться и орать, — сказала я, используя голос моей мамы.
Он фыркнул, но ничего не сказал в ответ.
— А теперь, если вы меня извините, я пойду и найду доктора Карлсона.
Я сразу же направилась к столу медсестер, где закрыла глаза и попыталась расслабить руки, которые были сжаты в кулаки.
— Джиджи? Ты в порядке?
— Отлично, — невозмутимо сказала
— Все в порядке?
— Да, — я громко выдохнула и опустила плечи. — Мистер Джонсон находится в третьей палате скорой помощи. Последние десять минут он орал на меня, потому что ему все еще больно, и я не стала давать ему больше оксикодона. В его карте было указано, что он получил максимальную дозу около часа назад. Поэтому я сказала ему, что поговорю с вами и посмотрю, можем ли мы еще что-нибудь сделать.
— Странно. Доза уже должна была подействовать, — сказал он. — Но позволь мне пойти и поговорить с ним. Посмотрим, какие у него симптомы.
— Звучит неплохо. Пойдемте.
— О, я могу справиться с ним сам, если ты хочешь, Джиджи. Если он был груб или неуместен, тебе не нужно снова иметь с ним дело.
— Это очень мило с вашей стороны, Эверетт. Но я хочу быть там, чтобы, если что-то понадобиться, я могла позаботиться об этом. И я не хочу, чтобы он подумал, что может запугать меня. Со мной все будет в порядке.
После еще одного тщательного осмотра мистера Джонсона Эверетт решил ввести ему небольшую дозу морфина через капельницу. Я оставалась в задней части комнаты, наблюдая, пока Эверетт не отдал мне приказ. Я думала, что морфий в сочетании с оксикодоном — это ужасно много лекарств, но я не была врачом и решила довериться тому, что Эверетт знал, что делал.
И это, казалось, сработало.
Пятнадцать минут спустя засранец мистер Джонсон превратился в хорошего парня мистера Джонсона и извинился за свое поведение.
— Спасибо, Эверетт. Сейчас ему, кажется, намного лучше, — сказала я, подойдя к стойке скорой помощи.
— Ты не должна благодарить меня, Джиджи. Это моя работа. Я рад, что помог.
— Как думаешь, почему окситоцин не подействовал? — спросила я.
— На самом деле я сам немного озадачен. Я проверил его карту, и количества, которое дала ему Ида, должно было быть более чем достаточно. Но я видел некоторых пациентов, у которых высокая переносимость, — сказал он.
— Тогда разве морфию не потребовалось бы больше времени, чтобы подействовать? Казалось, он сразу почувствовал себя лучше, как только я начала капать.
— Морфин и окси — это принципиально разные соединения. И, возможно, морфий подействовал лучше, потому что мы ввели его ему внутривенно. Но я согласен, действительно кажется странным, что он так быстро отреагировал на одно и якобы совсем не отреагировал на другое, — сказал он.
— Якобы?
Он придвинулся ближе, чтобы говорить тихим голосом.
—
— О, — пробормотала я. — Ты думаешь, он зависим от обезболивающих таблеток? Что он притворяется?
— Я не знаю. Единственный другой вариант заключается в том, что Ида допустила ошибку и дала ему недостаточно окси, — сказал он.
— Я сомневаюсь в этом. — Ида была старшей медсестрой в больнице и воплощением точности.
Он кивнул.
— Я тоже. Вряд ли она совершила бы подобную ошибку.
Мистер Джонсон за последний час показал мне две очень разные версии самого себя. Но наркоман, принимающий обезболивающие? Он не казался таким типом.
— Наркоман? — спросила я.
— Может быть. Я просто строю предположения. Наркоманы, которых я видел в прошлом, поступали в больницу довольно регулярно. Но это было в гораздо больших больницах. Им было легче слиться с толпой. Они могли бы избегать посещения одного и того же врача снова и снова. Здесь это было бы гораздо сложнее.
— В его карте указано, что он был тут пару раз, но в течении пяти лет.
— Верно. Возможно, он выезжает из города в другие больницы. Я не знаю. Вполне возможно, что его организм просто не отреагировал на оксикодон, — сказал Эверетт.
Джесс все еще пытался выяснить, кто продавал отпускаемые по рецепту лекарства в Прескотте. Если бы я не знала, что на свободе разгуливает дилер, я бы никогда не заподозрила мистера Джонсона в злоупотреблении наркотиками. Но теперь я не могла исключить этот вариант.
?
Мы сидели друг напротив друга в кабинке Джесса в кафе. «Мустанги» провели выездную игру, и Роуэн наконец-то осталась ночевать с дочерью Брайанта. И также, как и на нашем первом свидании, мы с Джессом ужинали одни.
— Я знаю Гаса Джонсона много лет. Он не наркоман, — сказал Джесс.
Медсестры не должны были делиться информацией о пациенте с людьми за пределами больницы, конфиденциальность пациентов и все такое. Поэтому, если мне нужно было поделиться чем-то о своем дне с Джессом, я всегда использовала общие термины для описания ситуации. И никогда не говорила имя пациента.
Я была удивлена, когда он точно понял, о ком я говорила.
Поправка. Я была потрясена.
— Как ты узнал, о ком я говорю? — спросила я.