Феодал. Том 3

Рэд Илья

Для Джанашия это стало неплохим подспорьем — он больше не тратил сил на вытаскивание из грунта данного элемента. Не говоря уже о затратном синтезе из ничего, с помощью одной только магии. Гораздо удобней ваять постройки, когда тебе всe подносят на блюдечке.

Также голубая глина отлично подходила для обжига. Наш гончар с нетерпением ждал, когда можно будет приступить к работе. Марич после собрания включил закупки на мастерскую в обязательный список задач.

Мне нравилось возиться со своим детищем, и в мирное время я бы отсюда не вылезал, но от реальности

никуда не убежишь. Наш план с подставой Смольницких вступил в активную стадию. Наутро новости уже расползлись по всему графству. Даже мои работники были в курсе — им рассказала всё пришедшая на свидание родня и наёмные подёнщики.

Тевтонцы в спешке покинули земли Черноярского-старшего, оставив необходимый минимум. Ландмейстер получил нагоняй от Остроградского. В графстве объявили полную блокаду, доступ к вратам тоже закрыли, в храме творилась неразбериха: люди не могли войти в Межмирье, только вернуться оттуда. Из-за этого возникла стихийная стачка витязей — никто не понимал, что произошло. В ход пустили экспедиционный корпус, а ротмистр Оболенский лично выступил перед вояками с призывами разойтись — это подействовало.

Обстановка накалялась.

Император рвал и метал — это было унижение перед иностранными «друзьями». Его Величество требовал найти виновников и истребить под корень за неслыханную дерзость. Немедленно началось строжайшее следствие. Из Москвы на виверне прилетел Корюхов Вячеслав Константинович, флигель-адъютант — глаз и ухо Государя. А вместе с ним команда гвардейцев.

Пошли повальные допросы, поиски виноватых, массовые обыски, пытки. Хватали всех без разбору. Публично объявили о краже только в середине дня, за любые предоставленные улики платили звонкой монетой. Посланец императора не собирался покидать графство, пока не раскроет дело.

В этом бардаке всего-то и надо было невзначай обронить соломинку, и ищейки остервенело за неe потянут. В ста километрах от Ростова замаскированный под бродягу Леонид Склодский подкупил деревенского мальчика и велел отнести анонимку в дом старосты одного замухрыженного хутора.

Тот с горем пополам умел читать и отложил сие занятие до вечера. Как только он присел отдохнуть после трапезы и напялил на нос мутные очки, лицо его побледнело, а старческие рябые щёки затряслись. Посыпая голову пеплом, он немедленно приказал заложить тройку и по прибытии в Ростов вбежал в полицейский дом, громко себя ругая и жамкая в руках кушму.

Ему сначала не поверили, но вот записку восприняли всерьёз. В тот день многие рассказывали, как видели в небе стаю виверн, срочно отбывающих из Ростова. Насчитали порядка сорока штук, а вслед за ними через северные врата город покинули две сотни всадников.

Я же сидел тихо-спокойно, дожидаясь результатов. Натали справилась со своей задачей на пять с плюсом. Ещё с прошлого моего визита в имение Смольницких я отметил низкий уровень слуг. Судя по их показателям, они безостановочно гоняли чаи, отлынивали от работы и старались не попадаться хозяину на глаза. В такой обстановке легче лёгкого подбросить хронолит.

Я велел Натали не вести

со мной никакой переписки, потому что знал — её перехватят. Для общественности я был бароном, которого вот-вот прикончат, потому никто не удивлялся моему отсутствию на светских мероприятиях. В сознании жителей Ростова я окапывался у себя по полной, готовясь к длительной войне. Частично оно так и было. Идеальное алиби.

Нобуёси, Мефодий, Склодский и часть охотников беспрестанно патрулировали местность, а Гио прислушивался к своей сети артефакторных оберегов. Сбрасывать со счетов коварство моих «коллег» рано. Так прошёл ещё один день и подоспели свежие новости из города.

Имение Смольницких разобрали по кусочкам, прежде чем нашли спрятанный хронолит. Если бы не баронский статус, их бы там же и казнили, но с подобным решением повременили. В назидание другим от дома камня на камне не оставили — виверны растоптали его. Всё семейство немедленно отправили в столицу, а гридней, слуг и прочий люд сослали в Межмирье за то, что они не доложили на своих хозяев.

Вереницей их провели по главной улице до храма. По пути бедолаги наслушались оскорбительных выкриков и ощутили на себе гнев толпы: камни, тухлые яйца, овощи, куски всякого мусора и даже дерьмо летело вслед за пожеланиями скорейшей смерти.

Если честно, такого расклада я не ожидал. Это был перебор. Ладно знатное семейство, но окружающие-то при чём? Но всем хотелось выслужиться перед императором, внести, так сказать, свой посильный вклад. Как по мне — мерзость чистейшая.

Я понимал, что стал виновником сего действия, но мои люди мне дороже. При удачном штурме Таленбурга барон Смольницкий не пощадил бы никого. Тоже в назидание другим.

В этой ситуации нет понятий добра и зла, есть только право сильнейшего и желание выжить. Так что я недолго терзался, но и праздновать не стал.

Когда из города уехал флигель-адъютант Корюхов, меня пригласили в Ростов на сходку баронов. Я взял с собой Мефодия, Гио и Склодского. Наша четвёрка идеально сбалансирована и способна долго держать натиск превосходящих сил противника.

Для встречи мы сняли весь «Империаль» на день. Чтобы не выглядеть босяком, я приехал на арендованной приличной карете и в сопровождении своих подчинённых зашёл внутрь. Всю кухню отпустили, оставили лишь пару слуг и немного закусок на большом круглом столе.

Я вошёл практически одновременно с Рындиным. Шеин, Кислица и мой отец уже сидели, лениво потягивая вино. Позади них возвышались преданные офицеры. У Черноярского-старшего это были Гунтер, Цыбульский и какой-то неизвестный мне бородач-здоровяк, больше похожий на викинга. Он сразу же схлестнулся взглядами с Мефодием, и в оскале показал ряд кривых зубов.

У Рындина все сопровождающие оказались магами. За Шеиным встали маг, элементалист и мечник. Кислица привёл трёх громил, но он сам был магом «B» ранга, так что ему простительно. Показатели у каждой свиты выше среднего, но до моих орлов им далековато. Я чувствовал, что по подбору людей уже далеко ушёл за пределы баронского титула.