Фенимор Купер
Шрифт:
Если сегодня на расположенной в центре Манхеттена подземной железнодорожной станции Гранд-Сентрал сесть в электричку, идущую по Нью-Хейвенской линии в сторону Стамфорда, то пятая остановка будет поселок Мамаронек. Здесь на берегу залива Лонг-Айленд в доме отца невесты 1 января 1811 года Джеймс Купер и Сюзан Аугуста Деланси сочетались законным браком. Свадебный обряд совершил священник С. Хаскелл, настоятель церкви из соседнего поселка Рай. На церемонии присутствовали только родственники новобрачных, да в дверях гостиной толпились слуги. В ожидании свадебного обеда молодожены играли в шахматы.
Ранней
Перед Купером встал вопрос, что делать дальше. Его отпуск подходил к концу, и сам Джеймс с удовольствием бы продолжил службу на флоте. Однако его молодая жена категорически возражала против этого. Да и перспективы службы были далеко не блестящими. Даже опытные, заслуженные боевые офицеры вынуждены были брать отпуск, чтобы иметь возможность выйти в море хотя бы на торговом судне. Коммодор Бейнбридж, прославленный в морских сражениях, испрашивая такой отпуск, вообще выразил сомнение в том, что страна будет иметь постоянный военно-морской флот. Его мнение стало известным среди офицеров и, конечно, вызвало панику. Знал об этом и Купер.
В то же время полученное после смерти отца наследство требовало много забот: необходимо было расплатиться с отцовскими долгами, привести в порядок дела с арендаторами на двадцати трех унаследованных им фермах, построить собственный дом. По здравому размышлению и уступая настойчивым просьбам жены, Купер подает в отставку и решает заняться сельским хозяйством в Куперстауне. Однако неотложные дела задерживали переезд на берега Отсего. Только в июле 1813 года семейство Куперов с двумя маленькими дочерьми (Сюзан Аугуста родилась 17 апреля) перебрались на постоянное жительство в Куперстаун. Здесь их постиг первый удар. По дороге маленькая Элизабет заболела и через несколько дней по приезде в Куперстаун умерла.
Поселок к этому времени разросся. Он насчитывал 133 дома, 57 амбаров и 686 жителей. В нем издавались две газеты – «Отсего геральд» и «Куперстаун федералист», имелась одна пожарная машина на конной тяге. Пожары случались часто, правда, урон приносили небольшой: сгорал тот или иной небольшой домик или амбар. Первый крупный пожар, о котором долго помнили, случился в ночь на 30 марта 1809 года – сгорела типография и примыкавший к ней новый жилой дом. А следующей ночью сгорела «Академия», в которой начинали свое образование многие жители Куперстауна.
Джеймс Купер на холме за фермой Фенимор организовал овцеферму, он первым в округе завел овец породы мериносов, чья однородная тонкая шерсть высоко ценилась на рынке. Купер вел свое хозяйство с размахом и с применением новейших методов. Его ценили, заимствовали опыт, и когда позднее по инициативе Купера было создано сельскохозяйственное общество округа Отсего, он был избран первым секретарем. В эти же годы Купер стал одним из организаторов Американского библейского общества. У него росли три дочери – Каролина
Однако жить в новом доме Куперам не пришлось, они снова переехали в Мамаронек, в дом тестя. Жена Джеймса тяготилась жизнью вдали от своих родителей в небольшом поселке, затерянном в глуши лесов, вдали от больших городов. Она принимала близко к сердцу заботы мужа и поэтому безропотно жила в Куперстауне. Поводом для отъезда послужило не такое уж важное на первый взгляд событие. В доме Куперов долгие годы жила няня, принадлежавшая к методистской церкви. В Куперстауне она вышла замуж за одного из запивших прихожан, чтобы «спасти его и вернуть в лоно церкви». Ее уход сильно повлиял на жену Купера, и она настояла на переезде в Мамаронек, к родителям, чтобы было легче ухаживать за детьми.
До Олбани добирались три дня на лошадях с неизменной ночевкой в Канаджохари в доме полковника Хендрика Фрея, старого друга судьи Купера. Хозяину было уже за восемьдесят, но он хорошо помнил былые времена и много рассказывал о том, как отец Купера осваивал эти места. От Олбани до Нью-Йорка плыли по реке на пароходе, Купер то и дело обращал внимание жены на новые поселки на берегу, мимо которых плыл пароход. От Нью-Йорка полдня добирались до Мамаронека. Эти двадцать миль сегодня на машине или на электричке преодолеваются за каких-то полчаса.
Сначала Куперы жили в доме тестя. Расположенный на высоком холме над заливом Лонг-Айленд, дом этот стоял в центре огромного участка, на котором располагались коровники и амбары для зерна, посадки персиков и яблок, огороды и цветники, птичники и конюшни. Старшая дочь Куперов Сюзан любила с дедушкой хлопотать по хозяйству, кормить кур и уток, гусей и индеек, павлинов и цесарок. Впоследствии она вспоминала, что в доме не только занимались хозяйством, но иногда устраивались и любительские спектакли, в которых неизменно принимал участие ее отец.
В 1818 году Куперы построили свой собственный дом в соседнем с Мамаронеком поселке Скарсдейл на участке земли, который унаследовала жена Купера. И здесь Джеймс принимает активное участие в деятельности сельскохозяйственного общества. Под свои земли он получает кредит, открывает лавку в Нью-Йорке и на паях приобретает китобойное судно «Юнион». Он подумывает о том, чтобы заняться политикой, и активно включается в деятельность отделения республиканской партии в графстве Уэстчестер, вступает в штатную милицию и вскоре становится адъютантом губернатора штата Клинтона в чине полковника.
Хорошо образованный, начитанный, энергичный, интеллигентный молодой отставной морской офицер Джеймс Купер не без оснований рассчитывал, что со временем он сможет занять видное место среди политиков штата Нью-Йорк, а то и страны. А пока он пытался поправить свои пошатнувшиеся финансовые дела. Земли сильно упали в цене, и он не мог выгодно продать принадлежащие ему обширные земельные угодья. Один за другим умерли его четыре старших брата, и забота о благополучии их семей также легла на его плечи.