Фемоген

Ферриус Понс

— Вот оно как…

Посмотрел я на подарок, лежащий на столе, с новыми чувствами.

— Виктория Павловна… святая ты женщина!

— Только в свои дела с директором меня не впутывай. На тебя и так все смотрят как на самоубийцу, когда вы с ней общаетесь.

— А это интересная информация от сторонних источников! Благодарю! У тебя всё, друг мой учёный? Наш фюрер не дремлет, работать надо!

Он надулся немного, но просто попрощался и ушёл. Не любил он шутки про прошлое Германии, а я, наоборот, старался их использовать совсем немного,

чтобы он привыкал к мысли, что шутить можно и про такое, только осторожно и с умом. Главное — смешно.

А я смешно шучу!

Ох, это всё наставница виновата. Столько всего накуролесила сегодня, а со студентами первого курса вообще… боль, хотя она имеет право, и у меня в обязанностях прописаны подмены по необходимости.

Ладно, надеюсь, хоть подарок будет хороший. Распаковываем. О, да. Боги! Какие шикарные труханы! Прямо сегодня бы надел, но они боксёры, а в них не очень удобно с тонкими летними брюками. Постирать их надо к тому же, иначе столько всего можно через поры впитать, что анализы могут у меня фемо-ген обнаружить.

Моя наставница, за что я очень её уважаю и отдаю должное почтение, пускай и своими, кем-то порицаемыми методами (nicht ja-ja), ко всем делам подходит ответственно, или не берётся вообще. Могла бы просто заказать какую-то пару трусов дорого бренда моего размера, да и всё, но нет. Каким-то образом трусы, что мне достаются от Виктории Павловны на дни рождения, всегда идеально сидят. Лена, моя супруга, не могла бы справиться лучше с задачей подбора мне белья, чем женщина, которая меня голым никогда не видела.

Я надеюсь, иначе это уже стрёмненько как-то — я то её не видел.

Всё началось с того, что как-то на выезде, тогда мы были в команде химиков на испытаниях токсина для обработки полей от вредителей, на мой день рождения руководитель в шутку подарила мне носки, которые купила в ближайшем сельском магазине. Я тогда пообещал купить ей трусы на соответствующую дату, на что она согласилась.

Смех смехом, но когда подошла дата, она напомнила. А я понял, в какую историю вляпался. Подарить абы что никак было нельзя. Была бы может кто другая, но Виктория Павловна и тогда была очень и очень красивая женщина, и ценила это в себе. Шутку с дешёвыми трусами она бы приняла, но никогда не простила. Тогда я первый раз подбирал комплект женского белья — два: чёрный для Виктории и красный Елене. Мы ещё встречались в тот момент и первый раз серьёзно поругались.

Вот пускай какой мегамужик попробует купить чужой бабе нижнее бельё, когда своя рядом стоит. Вот такого размера у меня… чувство собственного достоинства!

— Дочь звонит, — вместо звонка уведомила Ви. Молчаливая она сегодня что-то.

— Принимай!

На экране планшета появилась умиляющая каждый раз мордашка моей маленькой красотки. Аккуратные, ещё детские черты на слегка округлом лице не могли не радовать моё сердце, а хлопающие густыми черными ресницами карие глаза, от меня доставшиеся, сразу же придавали весёлое настроение.

Яна

рукой убрала с лица непослушные густые русые волосы и задорно мне улыбнулась.

— Привет, Па!

— Привет, Пупс!

— С Днём Рождения! Опять уламывала маму приехать к тебе сегодня, но она была несгибаема. Не понимаю, как вообще вы могли разойтись, вы же друг друга прикрываете постоянно. Даже, когда ты сегодня по бабам собрался идти.

Эх, Янка, мы, конечно, очень откровенны с тобой, как родители, но подробности нашего расставания ни один из нас раскрывать не готов. Ответил я дочери, конечно, веселее.

— У нас просто заговор против тебя!

— Вот уж точно, но ты не одинок в этом плане. У нас с мамой тоже против тебя заговор.

Я усмехнулся.

— Какой же это заговор, если ты его мне раскрываешь?

— Не очень секретный? — приподняла дочь брови, один в один повторяя выражение лица матери.

— Пусть так.

Оба засмеялись.

— Слушай, нам сегодня на уроке биологии рассказывали про фемо-вирус. Я с самого начала уселась с важным лицом, весь урок так просидела. Учитель тему уже закончил излагать, спросил, есть ли у кого вопросы. Я руку поднимаю, интересуюсь, а кто же открыл этот феномен.

— И ваш учитель не знал?

— Я даже не догадалась, что он не знал, думала специально умалчивает. Полез тогда в примечание к параграфу. А там, что ни работа, то фамилия Воронцовых. «Яна», — говорит он, — «фамилия как у тебя, удивительно».

— Ха, — поддержал рассказ.

— «Ничего удивительного», — говорю, — «У дочери должна быть такая же фамилия, как у родителей!» Тудумц!

Она сделала победный жест рукой. Я улыбался, потому что был доволен. Ещё бы, дочь гордится родителями. Приятно, чёрт побери.

— В общем, Папа! Как приеду завтра, доложу тебе, как и что, по связи — это не дело.

— Опять устраиваешь личную жизнь своих одноклассников?

— Они без меня не справятся, — уверенно заявила дочь.

— Хорошо, жду тебя с нетерпением! — подмигнул.

— Нас, папочка. Ждёшь ты нас! — ехидно улыбнулась мне моя малявка, намекая на маму — Всё, гуляй! Предохраняйся там.

— Ты тоже! — ответил на её подкол своим.

— Ох…

Янка состроила усталую гримасу, разве что facepalm не сделала.

— Пока!

— Ага, — нажал на сброс звонка.

Что же, вроде личные дела разгрёб, пора заняться рабочими. Докторская сама себя не сделает. Степень, имел в виду, а то что-то колбаски захотелось.

Захотел — сделал, благо, что в лаборатории с холодильниками проблем никогда не было. Когда ещё учился, некоторые брезгливые личности были в шоке от соседства различных образцов анализов и продуктов. Но, извините меня, работы порой на два дня вперёд хватает, столовая круглосуточно не работает, а жрать хочется постоянно. Благо сейчас для продуктов имелся отдельный холодильник, чтобы не пугать особо впечатлительных. Но я всё же иногда пугал, хе-хе.