Фемоген 2

Ферриус Понс

— Цвет мой прекрасный, — приподнял брови, глядя на девушку, — от тебя не ожидал. И не жду, но отвечу: очень рад тебя видеть. Ты же знаешь!

Тоном ответил таким, будто мы женаты лет десять и я отвечаю на её вопрос не вникая.

— И как мне с тобой изображать из себя девочку? — обиженно произнесла она.

— Вот именно так и надо, — улыбнулся, — тебе не надо изображать. Ты так выглядишь и ощущаешься. Конечно, когда сама этого хочешь.

— Хорошо. Тогда отвечу на твой вопрос так: мне нет нужды сидеть там по полгода. Это скучно.

Я спокойно переношу высокие перегрузки, а корабли, на которых мы перевозим грузы — в основном наверх — всегда имеют пассажирские места. Спустить легче, чем отправлять.

— Так отправлять тебя не дорого так часто?

— Мне повезло курировать исследовательский проект и тут и там. Хотя в конце месяца моя практика будет расширена ещё двумя женщинами с фемогеном. А вообще, большую часть времени всё равно сидишь в подготовительном лагере.

— А проект тот самый, который про печать органов?

— Да. Недавно щитовидную железу, которую напечатали наверху, сумели транспортировать вниз и пересадить, — поделилась опытом астронавт.

— Хм. Можно же просто замещать гормоны, — удивился подобным экспериментам.

— Видимо в рамках общих исследований.

— Понятно. Надолго ты уезжаешь?

— На тот самый срок, за который ты должен получить разрешение на жизненноважные упражнения.

— А, точно, ты же утром упоминала.

Улыбались мы как два заговорщика, планировавших добраться до бабушкиного варенья. Надо только такую шутку Виктории Павловне не брякнуть. Что угодно, но не про возраст. Так дальше и пошли с видом пятилеток ещё не нашкодивших, но уже запланировавших приключение.

Расстались с блондинкой ближе к вечеру. Долго стояли, глядя друг другу в глаза, но решили не форсировать события. Уже двигаясь домой сообразил, что стал каким-то слишком смелым в отношении шведской подруги. Можно ведь очень сильно обжечься. С другой стороны, Астра, пожалуй, единственная женщина, с которой можно откровенно поговорить обо всём в любом ситуации.

Или это пока она не моя женщина? Скорее даже наоборот, пока я не её мужчина. Загадка. Но как прежде не будет точно. Мы оба всё же стали сближаться быстрее.

Уже дома понял, что хочется отвлечься на что-нибудь. Например, поиграть в интересную видеоигру. Ганса побеспокоить, что ли? Вечер выходного дня, скорее всего, он будет занят, но за спрос не бьют в нос. Не то что за длинный язык — Репкин должен был вчера прочувствовать на себе.

Yeah, b**ch!

Всё же, я был доволен вчерашней победой.

— Ви, позвони, пожалуйста, профессору Штильнецу, — решил всё же побеспокоить товарища.

Тишина.

— Ви?

— Да? — всё же ответила ассистент.

Знает, что я не по работе её беспокою, вот и выкобенивается.

— Виктория, ниспосланный мне подарок вселенной, лучшая в мире помощница, позвони, пожалуйста, Гансу.

— Ну… хорошо, — голос ассистент сгенерировала с едва заметными нотками довольства.

Ой, лиса!

— У меня,

между прочим, есть интересные данные со вчерашнего вечера.

— Какие же?

— Может, потом расскажу.

— Хорошо, — ответил спокойно, — Гансу наберёшь?

Ви ответила не сразу. Ожидала от меня большего участия, видимо. Но что-то там она себе подумала и тоже опустила этот момент.

— Соединяю.

— Галактион, привет! — поздоровался товарищ.

— Привет, Ганс! Как дела? Что делаешь?

— Всё в порядке. Со Светланой смотрим кино. Привет тебе передаёт. А что ты хотел?

— Хотел изничтожить несколько тысяч виртуальных исчадий ада. Но кино — это дело важное и интересное, особенно вместе с очаровательной подругой.

— Поиграть?.. — задал вопрос слегка притихшим голосом секретный агент.

После этого я услышал какие-то шепотки и какие-то шумы. Создалось впечатление, что Штильнец прикрыл микрофон рукой, и там начались какие-то разборки.

— Галактион!

Победу, очевидно, одержала подруга друга. И теперь подруга звала друга своего друга. Ох, ёпт, я бы и степень двойки сейчас начал рассчитывать в уме, лишь бы не влезать в эти разборки. Неохота! Но… я уже ввязался.

— Галактион?

— Чемпион! — крикнул я в трубку.

На той стороне явно смутились. Так вам! Я должен управлять ходом разговора.

— Галактион — чемпион! — повторил, — так что ты хотела, Света?

— А… Так объясни мне, что интересного в этих ваших играх?

— А как я тебе объясню без наглядного примера? В игре самое главное — это погружение. Иначе это какое-то плохое кино получается.

— Да? — кажется она задумалась, — так покажи. А то ведь Ганс упёрся: игры — настоящее развлечение для мужчин. И хоть что ты делай.

Неплохую позицию выбрал, кстати, штандартенфюрер. Не гибкую, но так и мужчина не гуттаперчевый.

— Дай мне нашего общего горячо любимого Ганса.

— Зачем?

— Договариваться мне с кем? У тебя будем игры играть? Что ты двоим мужчинам сможешь предложить в своих апартаментах интересного?

Неожиданно она подвисла. Что она там себе думает?

— Ну?

— Даю! — резковато у неё вышло, но без раздражения.

— Галактион? — вновь услышал голос профессора.

— Надо попробовать приучить Светлану к нашему совместно хобби.

— Думаешь?

— А ты хочешь ещё когда-нибудь поиграть спокойно дома? Можно ещё, конечно, того.

Слегка присвистнул.

— Чего?

— Назад к холостому ходу, — потише сказал в трубку.

— Завтра сможешь к нам прийти? — совсем без прерываний задал он вопрос.

Вот это прокачал умения! Ещё главное — к нам прийти. Вот как чует, что лучше говорить, когда подружка рядом.

— Завтра после обеда?

— Отличное время! — услышал от него подтверждение.

— Замётано! До завтра!

Больше мне говорить и не о чем было. Попрощался.

— Пока! — Ганс проделал то же самое.