Федор Сологуб

Айхенвальд Юлий Исаевич

И, прощальным взглядом оглядываясь

на пройденную жизнь и свои дела в ней, он сознает, что эти дела – слова. Когда меня у входа в Парадиз Суровый Петр, гремя ключами, спросит: — Что сделал ты? – меня он вниз Железным посохом не сбросит. Скажу: слагал романы и стихи, И утешал, но и вводил в соблазны, И

вообще, мои грехи, Апостол Петр, многообразны. Но я – поэт. И улыбнется он, И разорвет грехов рукописанье. И смело в рай войду, прощен, Внимать святое ликованье.

Поэту подобает рай. И для поэзии, для слова, для стихов просит Сологуб у «милосердного Бога» еще «жизни земной хоть немного», чтобы сложить новые песни. Он еще не дожил, потому что еще не допел. Так думают и его читатели.