Федералист

Неизвестный Александр Васильевич

– Что?
– вскричала Элизабет.

– Да-да, - азартно подтвердил Мутон.
– Сначала рота дворцовой полиции была послана разогнать заседание депутатов третьего сословия, самовольно собравшихся для выработки конституции после роспуска Генеральных Штатов. Но полицейские не только не исполнили монаршего приказа, но и более того - самым неожиданным образом провозгласили себя защитниками собравшихся депутатов! Потом по-прежнему опасающиеся ареста выборные представители настропалили чернь. Огромная толпа пришла ко дворцу, требуя хлеба.

В Европе по-прежнему было очень неуютно. Легкое улучшение - и опять вернулся прежний

ужас. Прошлогодний урожай был очень скудным. Эта зима во Франции оказалась необыкновенно суровой. Цены на хлеб и сырье подскочили. Массовый забой овец привел к сокращению поставок сырья текстильщикам. Короля уговорили напечатать ассигнации на тридцать пять миллионов ливров, что привело к чудовищной инфляции. Крестьяне фактически дошли до самых низших пределов нищеты. На всех дорогах появилось много нищих, бродяг и разбойников. Стоимость жизни в Соединенных Королевствах стремительно шла к нулю. В Париже постоянно проживало примерно семьсот тысяч человек, и сто двадцать тысяч из них были признаны нуждающимися, а фактически их было вдвое больше. Работа едва давала возможность прокормиться из-за роста цен.

– Толком неизвестно, что произошло. То ли из толпы начали стрелять, то ли в нее гвардейцы, но народ не стал разбегаться, а пошел на штурм. Охрану смяли, и кровь только разъярила простонародье. Там масса убитых, а главное - прямо на ограде выставили головы короля Якова и его сына Гастона Анжуйского.

Элизабет охнула, закрывая рот ладошкой.

– А Жанна?

– Про королеву ничего не известно, но свидетели говорили про множество неопознанных трупов, и потом дворец подожгли. Скорее всего, просто случайно, но, может, и для сокрытия грабежа и убийств. Вроде было несколько очагов пожаров одновременно. Та самая неразогнанная Национальная ассамблея провозгласила себя высшей инстанцией, вывела войска на улицы, навела порядок и официально приняла на себя управление Францией, заодно предъявив права на другие Королевства.

– То есть как?
– изумился я.

– Вот так! Поскольку прямых наследников не имеется. Они собираются принять Конституцию, дающую выборным депутатам власть.

– Вряд ли с этим согласятся вице-король Англии Мельбурн, - хмыкнул я невольно, - приходящийся племянником Якову, а также герцоги Фландрии и Бургундии.

– Первый - сын сестры погибшего монарха, последние - оба женаты на дочерях. По женской линии трон не наследуется!

– Зато она, видимо, передается совершенно спокойно лавочникам из Парижского собрания, - ядовито сказала Элизабет. Похоже, она была искренне возмущена таким вопиющим нарушением обычаев. Нечто аристократическое задели известия в душе.

– Кроме того, - покосившись на нее, пробурчал Мутон, - они между собой не умеют столковаться. Каждый возмечтал о короне!

– Война?
– переспросил я без особого удивления.
– И непременно Испания в стороне не останется.

– Полковник, миледи, - прочувствованно вскричал Чани, воздевая руки к небу, - разве вы не понимаете?

– Что именно?
– подозрительно осведомилась Элизабет.

– Сильная метрополия никогда не позволит развиваться колониям!
– Вот и задумаешься невольно - не читал ли он мои записи, навеянные историей в изложении Бэзила и реальностью.
– Для нас настал изумительный шанс, когда можем многое получить. Пока они там станут разбираться между собой, пришло время подумать о

собственных интересах. Торгуясь с разными сторонами, выбивая уступки, права, льготы, привилегии! Добиваясь самостоятельности! Необходимо срочно собрать Ассамблею Альбиона и принять несколько важнейших постановлений и законов.

– Может, они у тебя уже в подробностях имеются на бумаге?

– В основных чертах в голове, - с готовностью откликнулся Мутон и принялся очень толково излагать целый список.

– Хм, - сказала, дослушав, растерянно Элизабет и посмотрела на меня.
– Вполне логично и полезно для всех, разве нет?

Я кивнул.

– Месье Мутон, - уже уверенно заявила супруга, - сейчас получит письменные принадлежности и изложит конкретно и точно все сказанное набело. Возможно, в ходе обсуждения появятся уточнения и исправления, и надо бы иметь текст для ознакомления.

– К вашим услугам!
– вскричал Чани, счастливый, что не зря примчался и его резоны поняты и приняты, наклоняясь, чтобы поцеловать руку.

Элизабет охотно позволила. Она обожала пофлиртовать и пораздавать авансов. Дальше никогда не шла. Честь превыше всего!

– Тогда я прямо сейчас напишу письма всем членам нашей партии.

Точнее - единомышленникам, заинтересованным в развитии промышленности и торговли в Альбионе. Мои связи в основном в этой среде, и при случае мы друг друга поддерживаем. Впрочем, иногда трудно отличить, где кончается плантатор и начинается коммерсант.

– Без подробностей, - уточнила жена, - но укажу необходимость срочной встречи.

– Благодарю, - согласился я. Действительно снимет с меня массу забот.
– Потом подпишу. И знаете, человеку такого размаха и со столь подходящими идеями имеет смысл самому получить возможность произносить речи на высшем собрании колонии, участвуя в выработке законов и правил. Де Таван от старости уже не способен передвигаться и плохо соображает. Пора бы ему уйти в отставку. Я поговорю с друзьями.

Политика - грязная штука. Не так важно, хороший ли ты человек, какие у тебя идеи или даже честен ли ты, главное - какую программу выдвинешь. Выберут или нет, почти всегда зависит от поддержки. И "прогрессисты" ее предоставят. Уж я постараюсь.

Больше всего здание напоминало огромный барак, да и вывеска "Магазин-склад" достаточно красноречива. Это был лично мой проект, родившийся из двух случайных фраз Бэзила и организации "Торгового дома братьев Эймс" в Англии. Зачем платить неизвестно кому, получая вместо заказанного другое или с худшим качеством, да еще и с дополнительной накруткой? Намного приятнее работать с хорошо знакомыми честными людьми, скрупулезно выполняющими просьбы, да еще и по более низкой стоимости.

Выскочившие навстречу, стоило ступить внутрь, приказчики поспешно поклонились. Начальство пока еще помнят в лицо, хотя давно я сюда не заглядывал и их не знал.

– Хотите повидаться с мсье Брольи, господин полковник?
– почтительно осведомился один.

– У себя?

Второй растворился в воздухе, повинуясь еле заметному жесту. Помчался предупреждать собственное начальство.

– Конечно. Позвольте проводить.

– Уж как-нибудь найду дорогу, - отмахнулся я, следуя мимо и внимательно изучая обстановку. Длинные стеллажи с образцами продукции сделаны по-новому. Согласен, так удобнее подойти и даже пощупать.