Фебус. Принц Вианы

Старицкий Дмитрий

— Тихо, — пристукнул я ладонью по столу. — Jidosrach потом разведем, если силы на него останутся.

Осмотрел своих соратников. Хмурые сидят. Безделье, в которое они окунулись последние дни, действует на них разлагающе. А тут еще Саншо опрометчиво проституток рассчитал.

Дождавшись тишины, я пояснил свою позицию.

— В настоящий момент лично я нахожусь в состоянии войны с руа* франков. Доказывает ли это, что общение с франками противно Богу?

— Ну, ты сравнил? — возмутился дон Саншо.

— Что поделать, друг — логика всесильна. На самом

деле ситуация такая, что только у сарацин есть единственный корабль, который может взять всех нас разом на борт. Хоть завтра, — и, повернувшись ко всем, продолжил. — К тому же он не зависит от капризов ветра. Вы вообще в курсе насколько поднялась в городе цена морского фрахта? А у нас, как мне еще недавно доказывал дон Саншо, не хватало денег даже на провоз лошадей до Пиренеев. А теперь я договорился, что нас перевезут бесплатно. И тут опять надо сказать спасибо моему дяде — дюку бретонскому. А заодно и подумать: так ли уж плохи именно эти сарацины конкретно для нас?

— Где мы возьмем гребцов, сир? — спросил шевалье.

— Нас отвезут в Сантандер те же гребцы, что и сейчас сидят на галере.

— Силой с нашей численностью захватить галеру не получится, — буркнул сьер Вото. — Даже если нам и не придется брать ее на абордаж по шпироту.

— Наша численность с сегодняшнего дня выросла на двадцать пять валлийских лучников, — заявил я, гордясь собой. — Так что при желании экипаж галеры мы в состоянии перебить, но никак не в состоянии довести ее до Сантандера. Где мы возьмем столько гребцов здесь?

— Сорок весел с одного борта. Сто шестьдесят человек, — выдал справку сержант.

Мои собутыльники заметно повесили носы. Выхода они не видели.

— Ваш дядя, Ваше Высочество, мог бы отвезти нас на своих кораблях, — подал голос сьер Вото.

— Мог бы, — не стал я отрицать очевидного. — Но мой дядя и так уже расщедрился на валлийцев нам в охрану и на припасы нам в дорогу. И надо учесть, что карман у него не бездонный. Кроме того его отношения с Пауком и так постоянно на грани скатывания в вооруженный конфликт. Мне бы не хотелось стать поводом для очередной франко — бретонской войны. Это было бы с нашей стороны черной неблагодарностью по отношению к нему. Мы уедем, а ему из-за нас воевать. Причем мы еще уведем с собой не меньше двух единиц военного флота Бретани, потому как купеческого фрахта на сегодня и вовсе нет после пожара в порту. Ни за какие деньги.

— Но какой-то выход должен быть? — спросил дон Саншо, мудро съехав с религиозного диспута.

— Естественно, — ответил я, припомнив старый анекдот. — Всегда есть два выхода. Из любого положения. Кстати, а где мой шут?

— Спит у себя, Ваше Высочество, — ответил сьер Вото.

— Непорядок, — заметил я.

— Сир, вам скучно? — ехидно осведомился шевалье. — Я считаю что ситуация и так обхохотаться можно, без шутов.

Да, дисциплинка в банде действительно от безделья падает. Валить отсюда надо, чем быстрее, тем лучше. Иначе… лучше себе даже не представлять, как может быть иначе.

— Сержант, разбудите мессира дю Валлона и попросите

его почтить нас своим появлением здесь, — приказал я.

Сержант поставил свой кубок на стол и грузно поднялся. Ему тоже не было понятно: к чему на военном совете мой шут. Но пошел. Приказ, есть приказ.

— Итак, мон сьеры, подумаем вместе над вопросом: кем заменить нам гребцов с галеры? — изложил я повестку дня.

С тем, что гребцов придется освобождать ан масс, я уже смирился. Против всех не попрешь. Хороший монарх если не может прекратить пьянку, должен ее возглавить. Осталось только найти решение, удовлетворяющее все стороны, в том числе и капудана Хасана. Но вот тут-то и лежало слабое звено цепи нашего состояния. Вроде я все виражи отлетал, всех свел, все шнурочки завязал, кого надо зарядил, а не складывался пазл, хоть ты тресни.

Сержант привел шута, зевающего во всю глотку демонстрируя нам неполный комплект своих гнилых зубов. В руке он встряхивал свою дурацкую шапочку, позванивающую бубенчиками.

Дю Валлона усадили за стол, опохмелили, хотя он еще от вечерней пьянки не отошел, судя по выхлопу. И рассказали наперебой о возникшей проблеме.

Мессир Франсуа помолчал немного, икнул и выдал.

— Галеру захватить, сарацин перебить, но гребцов освободить уже в Сантандере. И саму галеру там продать — добыча же.

— Мессир, ваши шутки не смешны. Этот сарацин возит нужные товары дюку бретонскому, минуя венецианских и генуэзских посредников, — поправил я условия задачи.

— Это серьезный аргумент, сир, — согласился со мной шут. — Так в чем проблема? Оставляем его в живых и привлекаем к тому, чтобы он и нам возил товары с востока по дешевке. Это возможно?

— Легко, — ответил я. — Сарацин этот действительно нам весьма и весьма нужный, и на сотрудничество с нами идет. Но гребцов с его галеры нам надо освободить, и от этого никуда не деться. Вот такая проблема.

— А поменять не пробовали?

— На что? — спросил сьер Вото.

— На старые вонючие шоссы, — попытался я пошутить, но меня никто не поддержал.

— Ну…. на сарацинских пленников, к примеру, — махнул рукой шут и подставил кубок под новую порцию вина.

Сержант ему налил и вставил свой резон.

— Откуда они у нас, мы еще галеру на копье не брали.

Дю Валлон повернулся к инфанту с вопросом.

— Дон Саншо, в ваших краях найдутся пленные сарацины или рабы-магометане? На худой конец — мориски* в долгах.

— А что, мысль! Только в сантандерском дворце не менее десятка муслимских рабов, — высказался инфант.

— К тому же поменять можно не голову на голову, а одного раба на двух гребцов, — вклинился сержант, — так как гребцы, скорее всего, измождены непосильным трудом и как рабы не представляют собой большой ценности.

— В общем, так: пока плывем, думаем: где еще нам добыть шесть десятков сарацин на обмен, — подвел я итог совещания. — Все. Вы дальше как хотите, а я спать.

Оказавшись наконец-то в своей комнате, я упал в кровать и сказав лезущей с поцелуями белошвейке.