Файл №381. Зеркало-2
Шрифт:
– Такое… красненькое, полупрозрачное… А догадайся!
9
Согласно науке виктимологии, человек, проживающий один в квартире, имеет несравнимо больше шансов стать жертвой преступления, чем, к примеру, глава многочисленного и шумного семейства.
Одиночки - идеальный объект для вора (в лучшем случае, если в данном контексте допустима градация на “лучше-хуже”) и убийцы (да, тогда градация допустима! убийца - по определению худший вариант).
Если к тому же потенциальная жертва
Если к тому же имеет обыкновение крепко спать…
Если к тому же она женского пола… Тогда сам дьявол приведет к порогу кого-нибудь, кто на практике докажет, что виктимология есть наука, а не лженаука.
Мисс Дэйна Скалли живет одна. Постоянного друга у нее нет, непостоянного, кстати, тоже.
Мисс Скалли то и дело игнорирует засбоивший замок, через раз щелкающий, но вхолостую.
Мисс Скалли, наконец, спит, как ребенок Крепко и глубоко.
Случайность - непознанная закономерность.
Допустим, некто решит навестить мисс Скалли в ночи.
Допустим, по дороге он никого не встретит. Допустим, без труда откроет дверь. Допустим, проникнет в квариру Не слишком ли много “допустим”? Достаточно. Достаточно для того, чтобы осуществить их на практике.
…Подобно хрестоматийной сказочной принцессе, Дэйна спит. Внешне она, правда, менее всего схожа с принцессой. Измождена… Зато по степени летаргии - сто очков вперед любой сказочной соне.
Скрипнула дверь в прихожей. Темная тень проскользнула внутрь. Аккуратно щелкнула замком. Все! Они одни. Один на один.
Незваный гость бесшумно прокрался на кухню. Узкий луч фонарика осветил полный беспорядок. Чашки недопитого кофе с налетом плесени. Жухлые листья салата, подгнившие овощи под шалью испортившейся сметаны. Аура разрушения. Здесь уже поселился нежилой дух.
Следующая остановка - ванная комната. Желтый блик исследовал каждое из четырех зеркал. Рука в перчатке прикрутила капающий кран с холодной водой. Когда придет счет за воду, он будет умопомрачительным. Но он вряд ли огорчит мисс Скалли. Ей будет все равно.
Гостиная встретила настороженной тишиной. На канапе - ворох газет, последняя датирована позавчерашним днем. Как же долго вы спите, мисс Скалли. Последние новости вас не интересуют?
А, может, и нет никакой мисс Скалли. Исчезла. Сгинула. Как, например, агент Джереми Уллман. Был и нет. Или как агент Фокс Малдер. Что-то за последние сутки-двое тоже не проявился.
Ау, мисс Скалли?! Где вы?! Или в спальне? Квартира исследована. Более вроде вам некуда…
Незваный гость ерзнул шеей - от предвкушения: шелк рассыпавшихся волос на подушке, дрожь ресниц, чуть обнаженная грудь. Если она спит, он не станет будить сразу. Сядет рядом и пристально уставится в ее закрытые глаза.
Чужой взгляд ощутим, почти материален. Он мешает, мешает, мешает. И она очнется, вынырнет из сна, почуяв себя под прицелом. Пусть лишь под прицелом чужих глаз. Очнется, и первый непроизвольный вскрик:
– Кто тут?!!
А в ответ сдавленный хриплый
– Тише, тише… Я не причиню тебе вреда. Просто поговорим. Только не кричи. Не кричи, договорились? И не дергайся.
Почему-то каждый из расплодившихся киношных маньяков, пробравшись в дом и обездвижив жертву, первым делом вкрадчиво сообщает ей: “Я не причиню тебе вреда. Просто поговорим”. В реальной жизни, конечно, довольно редко бывает как в блокбасте-ре-триллере. Но то-то и оно, что в кино зачастую бывает как в жизни.
В конце концов, кинематограф старается с большим или меньшим успехом отразить на экране реальную жизнь. Маньяки, в ночи забирающиеся в чужие дома,- увы, объективная реальность, данная их жертвам в неприятных ощущениях. И в той объективной реальности маньяки, все как один, начинают бессмысленный диалог с пресловутого “Я не причиню тебе вреда…”
И жертва должна верить?! А чего тогда пришел?! И пистолетом поводишь в дюйме от моего лица!
А пистолет, милая моя,- как лишний весомый аргумент в пользу того, чтобы ты согласилась: кричать не надо, дергаться не надо. Не будешь? Кивни!
Не буду! Не буду!
Так-то лучше. Видишь, я спрятал пистолет. Все по честному. Ты мне веришь? Да, да!
Отлично! Теперь и поговорим… Согласна? Конечно, конечно!
…Охотник и добыча - древнейший архетип. Или более современно звучащий “стокгольмский синдром”. Невольное сочувствие жертвы к палачу.
Само собой, в редких случаях попадаются сильные натуры, способные противостоять гипнотическому “стокгольмскому синдрому”, не идущие на поводу и дающие возможный, а то и невозможный отпор. Но подобные случаи настолько редки, что ими можно пренебречь как исключениями, лишь подтверждающими правило.
Однако мисс Скалли - именно то самое исключение. Лучше не пренебрегать. И крикнет, и дернется.
А вот на этот случай - резиновая “груша”-кляп наготове, и расщелкнутые “браслеты”-наручники наготове.
Н-ну? Просыпайся, ты! Или чужой сверлящий взгляд на тебя не действует абсолютно?! Не действует… Что ж теперь, целую вечность сиднем сидеть у изголовья “спящей принцессы”?! Вечность и один день?!
Разумеется, у незваного гостя терпение завидное, но не безграничное! Или, по наработанному веками стереотипу, поцеловать? М-да, смешно.
– Дэйна!
* * *
– Дэйна! Дэйна! Дэйна!
Опять эти голоса - тревожными звоночками в висках.
О-о, как трудно проснуться, когда совсем не хочется этого делать. Тело окутано мягкой пеленой тепла и слабости. Сознание еще под властью сладких видений. И только несколько довольно ощутимых уколов тревоги смогли ее подтолкнуть к…
Сквозь смеженные веки - мутный, близорукий взгляд. Щелка блеклого света. Где я? Кто я?… Только через несколько секунд сознание настолько прояснилось, чтобы толком соображать и чувствовать. Ваши ощущения?