Фаворитки
Шрифт:
Король пожал плечами. Нелл — просто хорошенькая актриса. Она была весьма старательным партнером в промежуточном эпизоде, как и многие другие. Он полагает, что у нее большой опыт, он ведь слышал о ее побеге с Бакхерстом. Вне сомнения, это хорошенькое создание не против поменять герцога на короля.
Молл Дэвис больше отвечала его нынешнему настроению. Молл была такой нежной, она не претендовала на какое-то особое остроумие, она была просто миловидной молодой женщиной, которая способна выучить роль и красиво ее преподнести, и танцует она на сцене не хуже всех прочих.
Он вдруг понял, что чаще,
Его несколько утомили прошлые беды. Может быть, он стареет? В его темных волосах под париком появилось много серебра.
После изгнания Кларендона ему очень не хватало его. Надо сформировать новый совет. Бекингем явно хочет получить в нем место и, конечно, получит его.
Государственные дела требовали его внимания; когда он отвлекался от них, крошка Моля Дэвис, так мило улыбавшаяся и немногословная, давала ему то, в чем он нуждался. Она была полной противоположностью Барбаре. Кроме того, Уилл Чэффинч и его жена, белошвейка королевы, частенько ночью приводили дам в его апартаменты по черной лестнице, а рано утром провожали их вниз к реке, где их ждали барки. Чэффинч был благоразумным и хитрым малым, и его апартаменты находились рядом с апартаментами короля. Он уже давно ведал наиболее личными и интимными делами короля.
Но время от времени Карл вспоминал о бойкой маленькой актрисе из своего театра и посылал за ней.
Ему нравилось ее общество. Она была необыкновенно хорошенькой, она становилась все забавнее, и все чаще он замечал в ней остроумие, которое так развлекало Бекингема.
Потом он снова забыл о ней, и казалось, что Молл Дэвис окончательно заменит леди Каслмейн в качестве женщины, которая нравится ему больше всех других…
Нелл была опечалена, и главной ее заботой в те дни было скрыть эту печаль. Она для него никто, всего лишь очередная проститутка. Теперь она это поняла. Она ошиблась. Обходительные манеры, обаяние, любезность щедро предлагались любой ветренице, способной занять его в течение ночи.
Она была всего лишь одна из дюжин и дюжин. Сегодня вечером, может быть, ее очередь, а может быть, и не ее.
Не ей предназначалось семисотфунтовое кольцо. Молл Дэвис победила. Говарды торжествовали.
Что касается Бекингема, то он благополучно забыл о своем намерении покровительствовать ей в этом. Его цель была достигнута через Говардов и Молл Дэвис, так как его кузина Барбара бесилась от злости всякий раз, как только упоминали эту девушку. Гордая Барбара была унижена; Барбара теперь знала, что ей надо не один раз подумать, прежде чем оскорблять могущественного герцога Бекингемского — своего двоюродного брата и любовника… впрочем, бывшего любовника. Какова же роль Нелл в планах Бекингема? Да никакая! Он уже забыл, что когда-то прилагал усилия, чтобы обратить на нее внимание короля. Такова была судьба всех его планов. Он забавлялся ими какое-то время, а потом забыл о них. И вот Говарды дарят Молл Дэвис красивые наряды и драгоценности, помогают ей появиться перед королем, как только он начинает о ней забывать, а покровитель Нелл совсем оставляет ее!..
Да, Нелл оказалась всеми покинута.
В артистической уборной женщины посмеивались между собой, глядя на Нелл — Нелл, которая удостоилась чести
— У Коул-ярда, — шептала Бек Маршалл, — нет ничего общего с Уайтхоллом. Это была ошибка. Его величество первый понял это. Бедняжка Нелли скоро получит приказ на марш.
— Она была звана еще раз или два, — сказала ее сестра Энн.
Пег Хьюджес, за которой ухаживал принц Руперт, была настроена более добродушно.
— Без сомнения, ее снова пригласят. Король никогда не ограничивался одной любовью. Нелл останется в его веселой команде, не сомневаюсь.
— Она будет в категории игроков, занятых дважды в год, — сказала Бек.
— Ну, лучше уж играть дважды в году, чем вообще оставаться вне игры, — тихо заметила Пег.
Когда Нелл подошла к ним, Бек обратилась к ней:
— Слышала последние новости, Нелл? Молл Дэвис получает прекрасный дом и, как говорят некоторые, оставляет сцену.
Впервые Нелл не смогла ничего ответить. Она почувствовала, что не в состоянии говорить с ними о короле и Молл Дэвис.
Она изменилась. И все чаще задумывалась: «Неужели я однажды стану, как Елизавета Вивер, напрасно ждать приглашения короля?»
В начале того года граф Шрусбери вызвал Бекингема на дуэль из-за любовной связи герцога с леди Шрусбери; дуэль окончилась тем, что Шрусбери был убит. Король был взбешен. Он запретил дуэли, и Бекингем в тревоге ожидал исхода этой истории. Теперь он совершенно забыл о своем решении продвигать Нелл в Уайтхоллском дворце.
Летом она исполняла роль Джасинты в пьесе Драйдена «Вечерняя любовь, или Мнимый звездочет». Партнером ее был Карл Харт.
Драйден, будучи восторженным поклонником Нелл, всегда имел ее в виду, когда писал свои пьесы, и Джасинта была Нелл, так говорили все: «Нелли до последней буквы» и «.
Король находился в своей обычной ложе и, играя роль, Нелл не могла удержаться, чтобы не глядеть в его сторону. Возможно, что ее глаза, голос, все ее движения были невольно исполнены мольбы.
« Любить короля — это настоящая трагедия «, — пришла она к заключению. У нее не было возможности быть с ним, если за ней не посылали; невозможно выяснить, чем она не угодила.
Карл Харт в роли Уайлдблада ухаживал за ней на сцене на глазах у короля.
— На что может надеяться джентльмен, ухаживая за вами? — спросил он.
А Нелл, словами, Джасинты, должна была отвечать:
— Ему может быть позволено провопить со мной время, пока не найдется кто-то лучший; он может быть самой нижней ступенькой моей лестницы, чтобы по нему я добралась до дворянина, а от дворянина до лорда, а от лорда до маркиза, а от него до герцога, пока не поднимусь так высоко, как смогу.
Публика громко и долго смеялась.
Многие украдкой поглядывали на короля в его королевской ложе и на бойкую Нелл на сцене. У нее был ее лорд, она добралась до своего короля — но она не удержала своего короля!..
На лице короля никак не отразилось его отношение к услышанной бестактности. Но Нелл, всеми помыслами будучи с ним, была уверена, что он недоволен.
В тот вечер после театра она сразу отправилась домой и поплакала, но немножко. Перед людьми ей следует держаться мужественно. На следующий день она снова была веселым сорванцом.