Фаворитка для Короля

Грэк Катрин

– Детка мне нужно снять штаны, приподнимись, пожалуйста.

Аня так и сделала, с нетерпением смотря, как он расстегнул молнию, и чуть приподнявшись, начал спускать их с бедер вместе с нижним бельем. Архипова была на грани и попросту не дала Королю окончательно избавиться от ненужного предмета одежды, которые он уже прилично спустил. Она не ошиблась, он действительно ее хотел и горячая, твердая мужская плоть это только подтвердила.

– Сумасшедшая, - рыкнул он и страстно припал к ее губам, жадно сминая их своими.

Аня еще больше выгнулась дугой ему на встречу и нетерпеливо

потерлась о его эрекцию. Из груди парня вырвался полу стон-полу рык, и он осторожно прихватил зубами нижнюю губу пылающей от желания девушки. Аня тихо застонала и с нажимом провела коготками по напрягшимся мышцам живота, добравшись до конца кубиков пресса, правая рука девушки сомкнулась на возбужденно-подрагивающей плоти Короля. Она нежно передвигала руку вверх и вниз от чего Святослав начал мелко подрагивать.

– Ты сводишь меня с ума, - выдохнул он в ее губы оторвавшись лишь для того чтобы сделать глоток так необходимого сейчас воздуха.

Когда рука девушки снова заскользила по его пульсирующему органу, Свят тихо зарычав, перевернул ее на спину и с хищным блеском в глазах навис сверху. Его руки ласково блуждали по телу девушки, а глаза неотрывно следили за всеми эмоциями, которые проскальзывали на ее лице. Когда умелые пальцы Святослава снова коснулись ее влажных складочек, Аня невольно захныкала:

– Свят, я больше не могу...

– Чего ты хочешь Нюта?
– прохрипел он.

– Тебя внутри себя.

Больше Королю слов не понадобилось, аккуратно подхватив девушку под бедра, он медленно в нее вошел и тут же с губ девушки сорвался рваный вздох. Ее тело податливо выгибалось ему на встречу, черные волосы разметались по дивану, а голубые глаза светились обжигающей страстью.

– Боже ты такой сильный… такой горячий, - простонала девушка, уткнувшись в его шею.

– Моя девочка, - ускоряя темп своего тела, прорычал Свят.
– Только моя.

***

Умиротворенные Свят и Аня, обнявшись, лежали в постели, она удобно расположившись на нем, медленно выводила пальчиком узоры на блестящей от пота груди, а он, то играл с ее волосами, то лениво гладил по изящной спине. Час назад они перебрались в спальню, где снова отдались во власть друг друга еще с большей страстью и охотой. До этой ночи, они не раз были близки, и каждый раз он умело будил в ней желание. Сегодня же между ними все происходило иначе, Аня чувствовала, что это больше чем просто секс, и была уверенна – он тоже об этом знал.

Кто бы мог подумать, что всего каких-то пару месяцев, и она будет знать о нем практически все: что предпочитает из еды, а что просто не переносит, какие фильмы ему нравятся, какую музыку любит слушать, знала почти все его привычки как вредные, так и те, что показались ей милыми. И всего один вопрос оставался без ответа. А Ане очень хотела узнать, но боялась, что он откажется говорить на эту тему. И все же она попытается.

– Свят? – заговорила девушка, привлекая его внимание.

– М?

– А что произошло с мамой Миши? Она его бросила?

Он оторвал голову от подушки, вглядывался в обращенное к нему лицо Ани.

– Зачем тебе это знать?

– Он мне понравился, и мне просто интересно

узнать, как он туда попал. Его ведь мама привела?

– Не совсем. Ему тогда было три с половиной, - ответил Свят.
– У него как мне сказали папа, военным был и вроде на учениях произошел несчастный случай, в общем, он погиб…

– А мать? Зачем она его бросила? – осуждающе прозвучал голос девушки. Она просто, не понимала, как можно родного ребенка сдать в детский дом.

– Она привела его к соседке, и сказала, что заберет через пару дней, как только решит некоторые проблемы…

– И не забрала, все понятно. Нет ребенка, нет проблем. Как так можно?

– Аня ты дашь мне договорить?

– Молчу!

– Она оставила его и ушла, а когда через три дня не забрала, соседка забеспокоилась и обратилась в полицию, и те нашли ее.

– А дальше? Почему она не забрала Мишу? – нетерпеливо спросила Аня.

– Да потому что мертвая она была Ань!

– Как? – не этого она ожидала услышать.

Девушка замолчала, не зная, что еще сказать.

– Вот так. При ней вроде бы записку еще нашли, где она говорила, что очень любит сына, но жить без мужа не может.

– Она что совершила самоубийство?? – Аня была в шоке. Девушка приподняла голову, а потом снова опустила, слушая тихое биение его сердца. – Но зачем, ведь у нее был сын, и ради него она должна была жить.

– Видимо она другого выхода не видела, и вообще не принимай близко к сердцу.

– А ты?

– А что я?

– Как там оказался ты? – он напрягся под ней, а затем осторожно снял с себя Аню, присаживаясь на край кровати.

– А меня там не было, мне потом все рассказали.

Аня обняла его, оплетая торс ногами и руками, прижимаясь щекой к широкой спине. Он не двигался. Аня тоже не желала на него давить. Так и сидели молча.

– Ты видела фотографии в кабинете тогда, да? – спросил он позже, чуть повернув голову.

– Угу. Ты мне расскажешь? Но если не хочешь не надо, - поспешно заверила его девушка.
– В конце концов, это не так уж и важно.

– Мне только исполнилось пять, когда органы опеки приехали и забрали меня…. – тихо начал парень, свой рассказ.

Аня не перебивала его, внимательно слушая, а слушать было что…

…Когда парню было пять лет, его мама неожиданно умерла из-за слабого сердца и мальчика забрали в детский дом. Отца, тогда еще маленький Свят, не знал и не видел, так что можно сказать он остался совершенно один. Некоторое время органы опеки пытались найти отца ребенка, но все усилия оказались тщетными, и тогда Свята, который все это время находился у подруги матери, забрали в детский дом. Первое время ему приходилось тяжело, он много плакал и хотел к маме, но каждое утро просыпался в ненавистной для него спальне мальчиков, и истерика возвращалась с новой силой. Потом как-то все притерлось, и мальчик привык. Стал вести себя более спокойно, тем более что его постоянно навещала тетя Ира. Именно с того периода он начал дружить с Керром, когда тот навещал Свята вместе с матерью. Женщина хотела бы забрать мальчика к себе, но у нее своих детей было трое, а потянуть четвёртого она бы не смогла.