Фаворит
Шрифт:
Наконец Лоусон вернулся.
– Мне очень жаль; – сказал он, – но работники действительно подумали, что жеребца взял мой брат, и никто из них не обратил внимания, что фургона нет на месте. И вашего галстука, они говорят, тоже не видели. Когда пропадает что-нибудь не из их собственности, они слепы, как кроты.
Все-таки я поблагодарил его за внимание, а он попросил, чтобы я сообщил ему, если узнаю, кто брал фургон.
Мы с Кэт поехали к морю.
Она сказала:
– Не очень обнадеживающее начало, вам не кажется? Кто угодно мог взять этот фургон.
– Это должен быть кто-то, знавший,
Я засмеялся.
– Если бы я думал, что он главарь, я бы не взял вас с собой.
Она взглянула на меня.
– Берегитесь! Как бы вам не превратиться в такого сладенького, заботливого старичка, как дядя Джордж. Он никогда не позволял тете Дэб переживать хоть самое крошечное неудобство, не то что опасность! Я думаю, поэтому ее и не коснулась современная жизнь.
– Что же, вы считаете, что опасности не нужно избегать? – спросил я.
– Конечно. Если предстоит что-нибудь действительно серьезное, Плевать на опасность. – Она сделала широкий жест правой рукой, чтобы иллюстрировать свою беззаботную точку зрения, и тут же позади нас оглушительно заревела автомобильная сирена. Нас обогнал человек в автомобиле, он с удивлением смотрел на Кэт, очевидно так и не понимая, какой она подавала сигнал правой рукой. Она засмеялась.
Она повернула машину к морю, в Вортинг, и повела ее по прибрежной дороге на восток. На нас пахнуло сильным и свежим запахом соли и морских водорослей. Мы миновали пригороды Вортинга, целые акры, застроенные новенькими бунгало, электростанции Шорхэма, Саусвика и Портслэйда, степенные фасады Хова и наконец выехали на длинную прогулочную дорогу Брайтона. Кэт ловко свернула на одну из городских площадей и остановила машину.
– Пойдемте к морю, – сказала она. – Я люблю море.
Мы перешли через дорогу, спустились но нескольким ступенькам и, пробравшись через полосу гальки, вышли за песчаный пляж. Кэт сняла туфли и высыпала из них струйки мелких камешков. Солнце пригревало. Мы медленно брели по пляжу, перепрыгивая через волнорезы, потом повернули назад. Это был божественный день!
Когда мы, держась за руки, медленно подходили к машине Кэт, я только тут заметил, что она остановила ее в какой-нибудь сотне ярдов от отеля «Плаза», к которому десять дней назад я подвез Клиффорда Тюдора.
И вот – легок на помине, подумал я, – он стоял на ступеньках отеля, разговаривая со швейцаром в ливрее. Даже на таком расстоянии нельзя было не узнать его огромную фигуру, его темную кожу, величественную посадку его головы.
Прежде чем мы подошли к машине Кэт, нас обогнало такси и остановилось у входа в отель. Это была черная машина с желтыми щитками на дверцах, и на этот раз я легко прочел название: «Маркони». Я бросил взгляд на шофера и успел увидеть его профиль, когда он проезжал мимо. У него был большой нос, выпуклый подбородок. Я не видал его раньше.
Клиффорд Тюдор бросил швейцару несколько слов, пересек мостовую и сел в такси, даже не сказав, куда везти. Такси тут же отъехало.
– На что вы так засмотрелись? – спросила Кэт, когда мы стояли возле ее машины.
– Ничего особенного, – сказал я. – Расскажу, если выпьете со мной чаю в «Плаза».
– Это скучная дыра, – сказала она. – Тете Дэб она нравится.
– Еще немножко детектива, – сказал я.
– Тогда ладно. Увеличительное стекло прихватили? А собаку-ищейку?
Мы вошли в отель. Кэт сказала, что пойдет привести в порядок волосы. Пока ее не было, я спросил девушку за столом администратора, где мне найти Клиффорда Тюдора.
– Боюсь, что вы упустили его, – сказала она. – Он только что уехал.
– Он часто приезжает? – спросил я. Она удивленно посмотрела на меня.
– Я думала, вы знаете. Он член правления. Один из основных пайщиков. Фактически, – добавила она с замечательной откровенностью, – он владелец отеля, и его слово значит здесь больше, чем управляющего. – По ее голосу и интонациям было ясно, что она полностью одобряет мистера Тюдора.
– А своя машина у него есть? – спросил я. Это был очень странный вопрос, но она охотно принялась болтать по этому поводу.
– У него прелестная большая машина с длинным таким мотором и с массой никеля. Классная штука! Но он, конечно, ей не пользуется. По большей части он ездит в такси. Это очень удобно, честное слово! Вы звоните в их контору, и они вызывают по радио ближайшую машину, и вы не успеваете глазом моргнуть, как к вам подъезжает машина. У нас все гости пользуются этими такси...
– Мэвис!
Моя разговорчивая собеседница мгновенно замолчала и оглянулась с виноватым видом. В дежурную комнату вошла суровая девица лет под тридцать с, виду.
– Спасибо, Мэвис, что вы сменили меня. Можете идти, – сказала она.
Мэвис бросила мне игривый взгляд и исчезла.
– Да, сэр, чем могу быть полезна? – Она была достаточно вежливой, но явно не относилась к типу служащих, которые сплетничают по поводу своих нанимателей.
– Э.., можем мы выпить здесь чашку чаю? Она взглянула на часы:
– Поздновато для чая, но вы пройдите в зал, официант обслужит вас.
Кэт посмотрела с отвращением на появившиеся перед нами бутерброды с рыбой.
– Вот она – одна из опасностей работы детектива, – сказала она, осторожно откусывая бутерброд. – Что вы узнали?
Я сказал, что выводы еще рано делать, но что меня интересуют любые подробности о такси с желтым щитком и о Билле Дэвидсоне, а Клиффорд Тюдор самым вульгарным образом связан и с этими машинами и с Биллом Дэвидсоном.
– Ну, не думаю, чтобы тут было что-нибудь общее, – сказала Кэт, доедая свой бутерброд, но отказываясь от второго.
Я вздохнул.
– Я тоже этого не думаю, – сказал я.