Фатум

Буркон Виктор

– Что это ты задумал? Надеешься меня опоить?
– улыбнулась женщина.
– Хотя почему бы и нет, можешь попробовать.

С этими словами она поднялась из-за стола и вышла из комнаты.

– А ты чего сидишь? Иди, помоги ей, - хлопнув оруженосца по плечу, велел Дамир.

Тон, которым была произнесена эта фраза, заставил Кена поморщиться, но он, тем не менее, согласился. Ведь если быть честным, Кен и сам желал бы остаться с хозяйкой наедине. Коротко кивнув Дамиру, оруженосец поспешил вслед за Миленой и нагнал её как раз у дверей погреба.

–

Чего тебе?
– оглянувшись, спросила хозяйка.

– Просто хотел помочь, - смутился Кен.

– Помочь?
– удивилась Милена.
– Зачем? Кувшин-то я и сама донесу. Или тебя тоже гложут грязные мыслишки?
– вдруг сообразила она и сально ухмыльнулась.

– Ничего подобного! Если честно, я собирался у вас кое-что спросить, - поспешил опровергнуть её слова оруженосец.

– Ну, спрашивай тогда, - разрешила хозяйка.

– Мне кажется, я догадался кто вы такая на самом деле, - издалека начал Кен.

– Все эти книги и необычные для женщины умения указывают на ваше истинное ремесло. Я думаю, вы волшебница и удалились в это богом забытое место, чтобы спокойно заниматься магией.

Он замолчал, ожидая реакции Милены, но та равнодушно отвернулась и молча шагнула на лестницу, ведущую в погреб. Слегка обескураженному оруженосцу не оставалось ничего другого кроме как пойти вслед за ней.

– Извините, если сую нос, куда не надо, - на ходу, продолжил он.
– Просто у меня есть вопрос к вам, именно как к волшебнице. Всё дело в том, что я проклят умершим хозяином..., - начал рассказывать оруженосец.

– И если немедленно не заткнешься, будешь проклят ещё и мной!
– раздражённо перебила Милена.- Посмотри на себя, нельзя же быть таким занудой! Вот твой друг, хотя и мерзавец, зато знает, как развеселить девушку! Тебе стоит у него поучиться!

Не ожидав столь резкого ответа, Кен осекся на полуслове. Какой позор! Его как последнего сопляка отчитала женщина, да ещё та, которой он хотел понравиться. Слезы сами собой навернулись на глаза. Слава богам, что в погребе оказалось достаточно темно, чтобы скрыть их.

– На вот, держи, помощник, - велела хозяйка, сунув оруженосцу тяжелый кувшин.

И больше они не произнесли ни звука. Даже вернувшись столовую, Кен продолжал обиженно молчать. Зато Дамир мало-помалу разошёлся. Выпив подряд три чарки вина, он стал веселее, чем прежде и, кажется, совсем перестал обижаться на шутки хозяйки. По крайней мере, они премило болтали, подтрунивая друг над другом и над погрузившимся в мрачную меланхолию оруженосцем.

– Ладно, уже поздно, - сказала, через полчаса, Милена.
– Схожу, подготовлю баньку. Попаритесь и в кровать.

С этими словами она поднялась и снова вышла из комнаты, а гости опять остались наедине.

– Чего нос повесил?
– спросил у оруженосца Дамир.
– Отшила тебя наша хозяюшка?
– усмехнулся он.

– Типа того, - не вдаваясь в подробности, ответил Кен.

– Ничего, скоро она окажется в нашей власти. Когда

заснет, будем иметь её по очереди, столько сколько захотим!
– злобно оскалившись, прорычал Сису и рассмеялся, заставив Кена отшатнуться в омерзении.

Насиловать спящую женщину никогда бы не пришло оруженосцу в голову, а предвкушать такое казалось просто диким!

– Не надо кривиться, ещё спасибо скажешь!
– продолжил Дамир.
– Бабёнка-то ничего, хоть и сучка!

"И вот у этого подонка я должен учиться?
– мрачно подумал Кен.
– Нет, я всё-таки совсем не понимаю женщин!"

***

Спустя каких-то полчаса Кен смог сполна насладиться обещанной баней. Блаженно улыбаясь, он погрузился в горячую мыльную воду, до краёв заполнявшую огромную деревянную кадушку. Приятная истома быстро охватила его тело, он прямо-таки кожей ощущал, как недолеченная простуда медленно отступает. Давненько Кен не испытывал подобного удовольствия, пожалуй с того самого дня, как вместе с сэром Алистером покинул Бейтау. Хотя в Бейтау было всё-таки хуже, ведь тогда ему приходилось мыться после хозяина, в остывшей и не особо чистой воде.

"Как же хорошо, что Дамир отказался купаться!
– в который раз подумал Кен.

– Теперь баня только моя, можно почувствовать себя состоятельным дворянином".

Ещё раз улыбнувшись, оруженосец набрал полные лёгкие воздуха и погрузился в бочку с головой. Когда же он вынырнул, то неожиданно почувствовал чьё-то присутствие. Едкая мыльная пена мешала открыть глаза, но он отчётливо слышал шуршание снимаемой одежды.

"Чёрт! Кажется, Сису передумал, - разочарованно подумал Кен.
– Но мыться вместе это уже чересчур! Я не желаю делить с ним ванну!"

– Слышь, подожди своей очереди!
– грубо велел он.

– Ты, правда, против моей кампании?
– спросил приятный женский голос.

Смахнув с лица остатки мыла, оруженосец быстро открыл глаза. Так и есть - рядом с кадушкой стояла Милена. Одежды на ней уже не было, и Кен мог сполна оценить красоту её великолепного тела: высокая фигура в сочетании с узкой талией, широкие бедра, плавно переходящие в длинные стройные ноги, нежная бархатистая кожа и тяжелая, крепкая грудь с маленькими, острыми сосками. От этой умопомрачительной картины Кену стало тяжело дышать, кровь бешено застучала в его висках, а мужской орган немедленно отреагировал.

– Ну что, мне уйти?
– смеясь, спросила Милена.

Не дожидаясь ответа, она решительно шагнула в мыльную пену, раздвинув на мгновенье ноги перед лицом и без того возбужденного оруженосца. Кен не успел опомниться, как хозяйка уселась напротив него. И хотя теперь он видел только её лицо, под водой их тела соприкоснулись, заставив сердце оруженосца забиться вдвое чаще.

– Знаешь, а ведь и вправду трудно жить одной. Даже некого попросить потереть спинку, - томно пожаловалась хозяйка.
– Не поможешь?
– предложила она и протянула Кену бархатную мочалку.