Фатум
Шрифт:
– Ты был врачом? – глупее вопроса и представить было сложно, но девушка просто не могла больше выносить тишину: если она не говорила вслух, то была вынуждена слушать хор внутренних голосов, которые, в кои-то веки, сошлись в едином мнении: «Расскажи ему, расскажи ему, расскажи ему…».
– Нет, – после небольшой паузы ответил Зомби, выпрямляясь и убирая отросшие до плеч волосы с лица. – Но у нас был курс базовой анатомии. Плюс, я посещал дополнительные лекции по тому же предмету.
– Так ты был ботаном? – искренне удивилась Николь. Кей не выглядел, как ботаник. Скорее наоборот, в фильмах такие, как
– Не совсем, – мужчина снова влил в ее рану какой-то гадости, которая тут же начала пениться и шипеть. Было не больно, а, скорее, неприятно. – Меня, как телекинетика, интересовали способы дистанционного воздействия на человеческий организм.
– В смысле? – девушку немного передернуло: он вслух позиционировал себя как носителя генетической аномалии, что было нечасто.
– Ну, например, как взглядом остановить чье-нибудь сердце.
– А это возможно?? – ужаснулась Никки.
– Уверена, что хочешь услышать ответ? – Зомби кровожадно усмехнулся, по-злодейски дернув бровями. Взяв ватный диск, он начал наносить на него какую-то пахучую мазь.
– Нет.
– Я так и думал, – приложив диск к порезу, мужчина притянул к себе бинт. На время в комнате снова воцарилась тишина. Николь, не в силах лицезреть свою воспаленную конечность, начала искать другой объект для созерцания. И нашла – Зомби. Оказывается, он послушался ее совета и снял рубашку: теперь Никки знала наверняка, что под ней была борцовка. Обнажая рельефные широкие плечи, она сужалась к низу, плотно прилегая к идеально плоскому животу. Каждое движение мужчины, сопровождалось танцем развитых плечевых мышц, бугрящихся под гладкой кожей. Николь-таки залипла, завороженная этим зрелищем. И даже отросшая вьющаяся грива Зомби и штаны с заниженной талией его не портили. Черт, вот уж действительно, чем прекрасней хищник, тем он смертоносней. Вдруг взгляд девушки наткнулся на свежий шрам, красневший на его плече, и в ее голове родился очередной вопрос.
– Слушай, – Кей кивнул, поощряя девушку, – ты же телекинетик, так?
– Верно подмечено, – усмехнулся он.
– Вот, это значит, что ты, по идее, можешь двигать предметы, верно?
– Ну предположим, – Зомби продолжал улыбаться, не понимая к чему клонила девушка. Вообще-то, перевязку он закончил уже несколько минут назад, и теперь лишь делал вид, что закреплял бинт.
– То есть, ты можешь поднять в воздух любой предмет, который здесь находится? Швырнуть его, заставить танго танцевать?
– Нет, не любой, – отложив инвентарь, мужчина перешел к больной лодыжке Николь, но та даже не обратила на это внимания, а лишь послушно протянула ногу. Мысли ее были где-то далеко. – Я не могу поднять тебя, как и любое другое живое существо. Хотя нет, поднять-то я могу, но не думаю, что ты это переживешь.
– В смысле? Почему?
– Любой живой организм, и в частности человеческий, это слишком сложная система с огромным количеством биохимических связей. Попытавшись воздействовать на него целиком, я могу, грубо говоря, сломать эту систему, нарушить ход каких-нибудь реакций или еще чего-нибудь.
– Постой! Но ты же как-то собирался швырнуть меня…
– Это другое, – Кей для вида пальпировал ее ногу, хотя его интересовал только маячок, который бусинкой
– Вот оно что, – разочарованно протянула девушка. Хотя, с другой стороны, это никак не влияло на вопрос, который она собиралась задать.
– Есть другой способ, – решил реабилитироваться Кристиан: почему-то реакция девушки ощутимо задела его самолюбие. – Правда, он требует предельной концентрации, и проделывал я его всего раз.
– Какой? – да, он ждал этот вопрос.
– Объясню на примере, – Кей нащупал маячок и с облегчением выдохнул: значит, надобности снова привязывать девушку веревкой не было. Пусть он и потерял планшет, но для того, чтобы отследить ее сигнал, будет достаточно обыкновенного земного компьютера и интернета. – Я могу поднять ванную, на которой ты сидишь, а значит, фактически, ты тоже окажешься в воздухе, танцевать танго или что ты там говорила. Никаких проблем.
– Ну ванной-то может и не быть.
– Вот именно, – мужчина притянул к себе бинт и начал заматывать лодыжку Николь: чисто для отведения глаз, нога была в порядке. – Поэтому остается одно: создать эту самую энергетическую ванную и уже с ее помощью тебя поднять. Но, как я уже сказал, это довольно сложно: мне придется потратить тучу энергию только на то, чтобы создать невидимую платформу, а потом еще столько же, чтобы ее поднять.
– Умно, – кивнула Николь. – Ну а если мы говорим о неодушевленных предметах?
– Ты имеешь в виду что-то конкретное?
– Пулю.
– Тогда да, – Кристиан выпустил ее ногу. – На них я могу воздействовать.
– Тогда почему ты ее не остановил? – Николь кивнула на шрам, украшавший руку хранителя. – Если подумать, ты мог отвести пулю, увернуться, остановить ее, как те чуваки из «Матрицы»…
– Как кто?? – Да, Кей не имел ни малейшего понятия о том, о чем толковала пациентка, но ему было не так уж и интересно. На самом деле он задал вопрос лишь для того, чтобы выиграть время. Невероятно, но ниса-таки поставила его в самый тупиковый тупик из всех возможных тупиковых тупиков. Черт, почему он реально не остановил пулю? Точнее, он знал почему – потому что он даже не думал, что это возможно, но другой вопрос – почему он сам не догадался попробовать что-то подобное? Конечно, учитывая, что с объектом крайне важно иметь зрительный контакт, подобный маневр был весьма сложным, но все же, теоретически, осуществимым. При должной тренировке, он бы смог научиться и этому – мужчина не сомневался в этом.
– Неважно, – отмахнулась девушка, возвращая собеседника к реальности. – Ну так и почему?
И вот тут Кристиан, забыв на время о новом способе обороны, понял, что подошел подходящий момент для реализации его плана: он развяжет этой девчонке язык!
– Так не пойдет, ниса, – он оттолкнулся от ванной и начал собирать медикаменты. – Я не давал согласия на интервью.
Николь, которую ни с того, ни с сего обломали, даже и не знала, чем ответить на подобное заявление.
– Но на игру, пожалуй, я согласен, – сжалился мужчина, забросив наживку.