Fate/distorted Night
Шрифт:
– Что это еще за форма тренировки? Чувство стыда мне притуплять незачем.
– ...
– Ладно, ладно, хорошо, - он тяжело вздохнул.
Широ мрачно надел штаны и накинул на ноги обувь. А ведь утро так хорошо начиналось. Он вышел через веранду во двор и направился в додзе.
– Не туда, - раздался позади него голос, загоняющий душу в пятки. А поскольку торсу было прохладно, то в более-менее теплых кедах душе было даже как-то уютнее.
Во
– Хотя бы за шинаями, - моля промолвил он, не желая оставаться на улице.
– Создашь своей магией, если так сильно хочешь деревянную подделку, - остановил его холодный голос.
– Но для практики лучше используй настоящий меч и попытайся меня им ранить.
– Ладно, как будет тебе угодно, - Широ пару раз подпрыгнул на месте, разминаясь, подобно боксеру, развернулся, и зачитал строфу единственного известного ему заклинания, - Trace o...
Внезапно, перед его глазами потемнело все окружение. Нет, солнце, вроде, оставалось на месте. Небо также не было настолько облачным, чтобы облака стали собой заслонять солнечный свет. Просто... его голова была в тени гигантской дубины, которая не слишком медленно, но верно приближалась откуда-то сверху. Его глаза широко раскрылись, и в голове проскочила мыслишка, что сейчас он станет в несколько раз стройнее.
Копье близилось, и оно не собиралось останавливаться и разбило бы ему голову в самом прямом смысле. Однако надвигались оно на такой скорости, что, постаравшись, он бы смог отскочить от него. Он пригнулся к правому колену, входя в полуприсед, и, через бок, кувырком проделал по земле два круга, выходя из радиуса поражения копья.
Стоило ему вернуть равновесие и навострить уши, как ему стало ясно, что никакого удара по земле не произошло... а из этого следовало, что... дубина остановилось где-то в полуметре от земли. Лансер крутанула рукоять оружия, и все шипы на копье, словно бы металлические колбы с радиоактивными веществами в неком механизме, закрутились по часовой стрелке в ствол, делая поверхность оружия равномерно гладкой.
Не останавливаясь, она изменила траекторию движения копья с вертикального, сверху вниз, на горизонтальное, справа налево, в сторону своего Мастера, и уже на более высокой скорости.
И хотя шипов на оружии более не было, а на ее Мастера надвигался не усыпанный шипами еж, а простая дубина, ее скорость была слишком велика, чтобы он смог успеть выбраться из положения полуприседа.
"Придется принять удар этой дубины. Только это не пройдет для меня бесследно. В лучшем случае, меня ожидает мгновенная отключка и потеря сознания. В худшем - сотрясение мозга с последующим вытеканием этого серого вещества во двор. ОНА ЧТО, УБИТЬ МЕНЯ ПЫТАЕТСЯ?!"
Он прильнул грудью к земле, шлепнувшись лицом только для того, чтобы удар прошел мимо, и для того, чтобы он мог остаться целым... Однако это его не выручило.
– Манипулирование противником - делает жертву наиболее уязвимой целью для нападающего. Не следуй тем движениям, которых от тебя пытается добиться враг, иначе он загонит тебя как крысу.
Поперек спины Широ, боковой
Метр, два, три... шесть. Широ находился в полете до тех, пока не встретился с каменной оградой вокруг дома.
– Оххх... Спасибо, хоть стену мной не проломила, оох...
Он отслоился от ограды и бессильно упал на спину, смотря в небо. И на лицо Лансер, потому как она уже стояла совсем рядом. Несмотря на ее пустой взгляд, она по-настоящему красива. Почему-то холод ее глаз гармонично сочетается с голубым небом и завыванием ветра. Этот образ вызвал в нем отголосок чего-то прекрасного, пусть и холодного, но, в то же время, величественного и бессмертного, накрепко зарывавшегося в глубокие участки его памяти. Цветок, навеки заключенный в кубе льда, также по-своему прекрасен несмотря на то, что он ни жив, ни мертв.
– Нет, нет, хватит, хватит! Я понял! Хватит меня пока что лупить! Главный урок: не дать противнику решать за тебя!
– Какая досада. Я собиралась вбить в тебя это еще парой-тройкой ударов, - она протянула своему Мастеру руку.
– О, спасибо, - тяжело вдохнув и поблагодарив ее за поддержку, он протянул руку в ответ. И спустя полсекунды вновь оказался лицом на земле, но уже с другой от Лансер стороны, и проделав собой по воздуху дугу.
– Ай. Я думал, мы закончили.
– "Пары-тройки ударов" уже больше не будет, но один для закрепления был необходим.
– Но теперь точно все?
– прижимаясь щекой к песку, спросил Мастер.
– Поскольку сегодня первая осмысленная тренировка, то мы на этом закончим. Можем продолжить вечером. Сейчас меня интересует немного другое.
Лансер развернула Широ на спину и помогла ему выпрямиться, чтобы он смог сесть. Она начала пристально смотреть на него. Только спустя какое-то время Широ заметил, что она смотрин на рану на груди, на крест, оставленный ей прошлой ночью, и который не зажил этим утром. Широ сам перевел взгляд на этот крест. Он простирался от одного плеча до другого, однако теперь от него оставалось лишь малое перекрестие в самом центре груди. Лансер поднесла руку к перекрестию, и оно затянулось прямо на глазах.
– Это... то, о чем я подумал?
– недоуменно спросил Широ.
Лансер зашла сзади, и также приложила руку к Мастеру, но уже на полосу на спине. Понадобилось секунд десять, прежде чем кожа начала понемногу приобретать исходный цвет. Широ почувствовал, как в спине отступает боль, а позвонки словно вправляются туда, где им положено быть.
– Не понимаю, - слегка повертев головой, заключила она.
– Ты как-то заживляешь раны?