Фаргал. Трон императора
Шрифт:
Лес становился все гуще. Обученные кони сами находили дорогу в темноте.
Люг ехал рядом с царем. Насколько позволяла чаща. С того момента, как воины покинули лагерь, вождь соктов не проронил ни слова.
«Может, он прав? — подумал Фаргал. — И стоило прихватить с собой сотню Алых? Нет! Внезапность — лучшее средство, когда нужно управиться с колдовством! Дай магу время — и он сладит с целой армией». Разве Фаргал не видел, как ядовитый туман пожирал сотни отважных и умелых солдат? Или как те же солдаты бросали наземь оружие, чтобы раскалившиеся рукояти не прожгли им
Нет! Люг просто боится за его жизнь!
Внезапность…
— Стой! — прошептал он.
Хруст сучьев под копытами лошадей тут же стих.
Фаргал спешился, бросил на землю поводья. Он знал, стоит свистнуть — и его скакун вновь окажется рядом. А лошади Люга и Шотара вышколены не хуже.
Камень пылал зеленым огнем: враг рядом!
Фаргал вглядывался во тьму, но не видел ни огня, ни стены, ни капища. Ни даже хижины углежога, сплетенной из ветвей!
Сокт и Шотар застыли позади, сдерживая дыхание, чтобы не мешать царю вслушиваться в ночь.
Медленно-медленно Фаргал двинулся вперед. Он ставил ногу мягко, беззвучно, осторожно.
Но вокруг была такая темень, что Фаргал едва не наступил на то, что искал. У его ног, завернувшись в плащ, лежал человек.
Или — нечеловек.
Царь поднял руку, развернул ее ладонью назад и один раз сжал и разжал кулак.
Его спутники увидели, как вспыхнул и погас зеленый огонек, и без слов поняли: Фаргал наткнулся на врага. Одного.
Царь осторожно переступил через лежащего.
И через три шага обнаружил еще одного. А еще через несколько шагов — третьего.
«Да их тут не меньше дюжины!» — подумал он.
«Почему нет часовых?» — размышлял Фаргал, обходя лежащие на голой земле тела.
И тут же заметил часового.
Царь ожидал увидеть дозорного, сидящего спиной к костру. Фаргал забыл, что есть глаза, не нуждающиеся в свете.
Часовой сидел на корточках. Силуэт его почти сливался со стволом дерева. То, что Фаргал сумел его разглядеть, было удачей. И нельзя было ее упустить.
Царь подкрадывался к сторожу тише, чем кошка. Мысль, что он окружен неизвестным числом врагов, утраивала осторожность Фаргала.
Сторож почувствовал приближение царя как раз в тот момент, когда Фаргал, очень медленно и осторожно, вынимал из ножен меч. Пара красных глаз вспыхнула… и погасла. Клинок с молниеносной быстротой рассек горло. И по сопротивлению разрезаемой плоти Фаргал понял: нелюдь. Но некогда было разбираться, кого он убил. А меч царя всегда оправдывал свой девиз: «Рублю демонов так же легко, как человеков!» Древние руны редко лгут.
Да, Фаргалу некогда было разбираться, кого он убил. Ясно, что врага! Наткнувшись еще на одного лежащего, царь быстро сдернул с его головы капюшон. И, увидев пылающий глаз, вонзил в него острие кинжала, который держал в левой руке. Умирая, жертва даже не вздрогнула. У нее не было души, что могла сотрясти тело, покидая его.
Фаргал обернулся и с трудом различил позади силуэты соратников. Подняв меч, царь перевернул его острием вниз. Даже в такой темноте блеск клинка заметен с пяти шагов. А перевернутый вниз клинок на всех языках жестов означал только одно: убивать!
И началась резня.
В бытность разбойником Фаргал однажды в одиночку перерезал всю стражу своего недруга. Двенадцать человек, включая часовых. Теперь же втроем они могли рассчитывать на успех. Но не успел царь прикончить четвертого, как за его спиной раздался пронзительный визг, и ослепительная вспышка света озарила лес на добрую сотню шагов.
Проклиная неосторожность спутников, царь прикрыл рукой глаза, чтобы свет не лишил его ночного зрения. Но в этой предосторожности не было нужды. Сквозь опущенные веки царь увидел: пламя померкло, но не исчезло совсем. В снопе идущего от очерченного круга света застыла черная фигура с вытянутыми вперед руками. А в шаге от нее, раскачиваясь, как пьяный, стоял Шотар. И меч его никак не мог опуститься… Заклинание мага держало руки капитана крепче цепей.
Фаргал был в шести шагах. В одном хорошем броске. Но кто поручится, что маг не остановит и его руку?
Решение пришло мгновенно.
— Бей!!! — взревел Фаргал во всю мощь луженой глотки.
И власть его голоса, власть, куда более привычная для капитана, чем власть мага, сделала свое. Широкий клинок обрушился на голову черной фигуры. Удар был неверен: меч повернулся в руке и не раскроил черепа. Но тяжелый меч оглушил колдуна. Как подкошенный повалился он на землю. Но очерченный магом круг продолжал излучать свет, а существа, которых не пригвоздили кинжалы воинов, поднимались одно за другим. Три человека с тревогой наблюдали, как вырастают меж деревьев темные фигуры.
Одна, две, десять… Каждый понимал: врагов может оказаться и целая сотня. Даже таким бойцам, как Фаргал и его спутники, не устоять на открытом месте против сотни вооруженных врагов. Да, вооруженных! Когтистые лапы тварей сжимали кривые сабли.
— Ко мне! — закричал Фаргал.
И прыгнул в освещенный круг.
Два его спутника тут же оказались рядом. Чудища уже обступили кольцом. Зазвенела сталь. Мечи с хрустом врубились в жесткую, как дерево, плоть нелюдей. Пылающие глаза тварей, оскаленные пасти — со всех сторон. И чудовища оказались куда более живучими, чем люди. Монстр, которому меч Фаргала отсек руку до самого плеча, перехватил саблю другой и вновь пытался достать Владыку Карнагрии. Хотя из раны струей лилась кровь или что-то похожее на кровь. Второй удар развалил голову чудовища. Клинок обрушился на плечо Фаргала. Но кольчуга выдержала, а второго удара не последовало.
Ужасало то, что атака происходила в полном молчании. Только звон металла, хруст и тяжелое дыхание людей. А сами твари, казалось, даже не дышали. Хотя были живыми, если из их ран лилась кровь.
Врагов оказалось не меньше трех десятков, и лишь одно преимущество было у людей: быстрота! Чудовища двигались куда медленнее, чем воины. Это удивило бы Фаргала, будь у него время удивляться.
Груды тел громоздились вокруг, но твари продолжали напирать, не обращая внимания на потери. Люди отступили… Теперь они сражались, почти касаясь друг друга плечами…