Фаняша
Шрифт:
Так проходили ночи, бархатный бабушкин голос убаюкивал, и сквозь сон Фаняша видела необыкновенные истории, чудесные события и странные предметы. Узнавала о загадочных явлениях природы, о летающих железных кораблях, о разнообразных удивительных существах, одни из которых, к примеру, назывались птицами, они умели летать, но не умели говорить, другие, с забавным названием «кошки», и вовсе ни говорить, ни летать не могли, зато они бегали на руках и ногах, лазали по деревьям и, в отличие от многих других, могли общаться с ангелами.
Фаняша была уверена, что все эти сказки были специально
Когда Фаняша оставалась одна в комнате, она усердно тренировалась, разбегалась, подпрыгивала, отталкивалась от стен и взлетала все выше и выше. Однажды она уже почти дотронулась до двери, но поняла, что удержаться на такой высоте не хватит сил. Тогда она зацепилась за мягкую стену, чуть сползла вниз и запрыгнула на подоконник единственного маленького круглого окошка в ее комнате.
– Вот это да! Вот это красотища! – восторженно прошептала она, прижавшись лицом к окну.
За окном все искрилось и сияло лазурным светом, мимо стремительно пролетали легкие и полупрозрачные розовые облачка, из таких бабушка плетет шторки и скатерти. А в этой лазурной синеве и там и сям виднелись плотные скопления облаков. «Наверное, это и есть дома других ангелов», – д огадалась Фаняша. Она как-то слышала, что родители летают в гости к соседям и навещают знакомых.
Дома были похожи на огромные белоснежные стволы волшебных деревьев, которые уходили высоко-высоко, так что невозможно было рассмотреть, что там наверху и какие у этих стволов кроны. А вместо веток вдоль этих стволов, как огромные капли, в разные стороны свисали комнаты с окошками. С правой стороны окна в комнатах были квадратные, а в комнатах слева – круглые. В нижней части домов располагались большие круглые или овальные комнаты-гостиные с широкими окнами.
– Ух ты! Ух ты, как интересно! – думала Фаняша. – Вот, значит, как мы тут все живем. Чуть правее она увидела огромный дом с двенадцатью комнатами разных размеров, а внизу этого дома большой шар-гостиную с панорамными окнами.
– Ну ничего ж себе! – в осхитилась она, – сколько там у них народу живет, наверно, им там весело, все вместе летают, играют и веселятся. Не то что у нас, мама с папой постоянно на работе, Бося в школе или в комнате своей все время что-то учит и учит, да с ним и не весело совсем, одна бабушка умеет нормально жить.
Но тут она увидела другой дом подальше слева. На его тонком стволе было только две комнаты, одна побольше, а другая маленькая, вероятно, детская комнатка с одним круглым окошком в верхней части.
– Ну надо же, такая же комната, как у меня, – подумала Фаняша, – с маленьким круглым окошком. Там, наверно, тоже живет маленькая девочка, как я.
– Только в ее доме всего две комнаты, значит, она живет только с мамой, или только с папой, или вообще с братом-занудой. И у нее нет бабушки, и никто ее бедненькую не целует, не обнимает, не хвалит, и никто не рассказывает сказок, – с грустью подумала Фаняша, тяжело вздохнула и соскользнула вниз.
В сравнении с жизнью той несчастной
– Какая же ты красивенькая и счастливенькая у меня! Как тебе к лицу твое желтенькое ажурное платьице! А какие глазки чудные! А реснички! А косички! А губки! А крылышки! Ну просто загляденье! – заворковала Фаняша своему отражению в зеркале, стараясь изобразить мягкий голос своей бабушки.
Теперь, когда Фаняше становилось грустно или скучно, она забиралась на подоконник, увлеченно разглядывала дома других ангелов и придумывала, чем же там сейчас занимаются жители.
– Ефания, ты уже проснулась? – спросил как-то утром папа, заглядывая в комнату дочери.
Некоторое время он озадаченно разглядывал комнату в поисках Фаняши. К его удивлению, малышка сидела на подоконнике у окна, почти под самой дверью.
– Ну надо же, какая ты уже взрослая! Забралась так высоко! И не страшно тебе?
– Ни капельки! – гордо ответила Фаняша, задравши носик, и грациозно отбросила две косички назад.
– Ну раз ты у нас такая смелая, пришло время показать тебе дом, – с этими словами он подлетел к дочери и протянул ей свою красивую сильную руку.
Трудно описать то счастье и восторг, которые переполнили Фаняшу. Предвкушая долгожданный первый выход из комнаты, она была готова закричать что есть силы, завизжать, засмеяться и заплакать одновременно, но решила, что не будет тратить время на эмоции, поспешно спрыгнула с подоконника и, опираясь на руку отца, рванула к выходу.
– Какая удивительная сдержанность и целеустремленность. Браво, доченька, вся в меня, – подумал папа и улыбнулся.
– Смотри, Ефания, вот там, повыше, комната мамы, прям над твоей, а напротив – моя, – рассказывал папа и помогал дочери лететь вверх по широкому залитому солнцем коридору с красивыми овальными окнами. Чем выше они поднимались, тем сложнее было лететь, Фаняша почувствовала, как сильно устали ее крылышки. Отец заботливо подхватил ее на руки.
– А вон там, еще выше, смотри, это комната бабушки Нокомис, – он показал вверх на красивую зеленую дверь, расположенную над дверью в комнату мамы.
– А что там, выше? На самом верху? – заинтересованно спросила Фаняша, когда отец начал спускаться вниз. Она пристально вглядывалась в коридор, но не могла рассмотреть ничего, кроме движения облаков и затуманенного рассеянного фиолетового света где-то высоко-высоко.
– Тебе пока рано об этом знать, Ефания. Вот, лучше загляни сюда, посмотрим, чем занимается твой брат.
Они приоткрыли дверь в комнату, которая располагалась под комнатой папы. Повсюду лежали и летали книжки и тетрадки всех цветов и размеров. Внизу у большого квадратного окна за большим столом сидел Бося и что-то усердно выписывал в белую тетрадку. Перед ним лежала большая книга в золотой обложке, раскрытая почти в самом начале, и в ней волшебным образом сами по себе вырисовывались слова и переворачивались страницы. «Интересно, что это за книжка такая самопишущаяся?» – подумала Фаняша.