Фантазм
Шрифт:
Испытание тайн, где кровь покажет цену, правду или ложь — выбирай осторожно, мудро. Неумолимая правда, запечатанная неизвестностью. Ложь не поможет — кровь знает ставки.
Затем начали называть имена. Процесс был настолько привычен, что почти казался монотонным, если бы не те ужасы, которые их ждали впереди. Кэйд, Леон и Бейкер — имя последнего участника, которое Офелия никак не могла запомнить — прошли вперёд. Люси бросила взгляд на Офелию, ожидая её реакции.
— Давай уже закончим
Как обычно, потребовалось несколько секунд, чтобы новая обстановка оформилась вокруг неё. Вскоре она обнаружила, что сидит за круглым столом, её запястья прикованы к его поверхности. Без лишних колебаний она воспользовалась способностями исчесновения, чтобы выскользнуть из наручников, получив в ответ лишь несколько раздражённых ругательств от других участников, недовольных её преимуществом.
Перед каждым из них было по две кнопки. У Офелии, как и у Леона, Бейкера и Кэйда, были кнопки с надписями «правда» и «ложь». У Люси, Шарлотты и Бо было по три кнопки. У Люси и Шарлотты — «правда», «ложь» и «пропустить». У Бо же кнопки были помечены как «правда», «ложь» и «случайность».
Рычаги с четвёртого уровня, поняла Офелия. Все преимущества и недостатки перешли в этот уровень, и она была бесконечно благодарна себе за то, что сумела нейтрализовать свои рычаги до выхода с того кровавого испытания. Видимо, Кэйду тоже удалось справиться со своими, после того как она покинула арену.
Однако остальные детали были не столь очевидны. В центре стола находился чёрный, зловещий бассейн с жидкостью, окружённый семью канавками, каждая из которых тянулась к правой руке одного из участников. Офелия наклонилась вперёд, чтобы лучше разглядеть, и заметила маленький шип в конце канавки — иглу, предназначенную для прокола пальца.
Испытание тайн, где кровь покажет цену…
— Это почти пугает сильнее, чем море лавы, — прошептал Леон, сидевший слева от Офелии. Бейкер был справа, а за ним Шарлотта, Кэйд, Люси и, наконец, Бо.
Раздался скрежещущий звук, и все участники одновременно посмотрели наверх, когда с потолка опустились семь каменных плит, каждая повисла над головой одного из них. Затем плита над Офелией опустилась ниже остальных.
Всплеск адреналина прошёл по её венам, не зная, чего ожидать от этого испытания. На мгновение она подумала призвать Блэквелла. Однако она тут же подавила этот инстинкт. Она справится сама — несмотря на то, что не сомневалась, что он следит за происходящим с другой стороны.
— Что нам делать? — спросила Люси, когда молчание в комнате стало невыносимо долгим.
Офелия снова взглянула на плиту над собой. Она была ниже остальных. Это означало…
— Думаю, мне нужно начинать первой, — заявила она. Она снова посмотрела на шип возле своей руки.
Ну что ж, вперёд.
Она прижала большой палец к игле, сглотнув от боли, когда игла проткнула её кожу, и кровь потекла по канавке, сливаясь с чёрной жидкостью в центре стола. Алые
Она прищурилась и прочитала вслух:
— Офелия Гримм… поцеловала Дьявола.
Её лицо побледнело, когда все, ошеломлённые, уставились на неё. Все, кроме Кэйда, который, похоже, был просто в восторге.
— Посмотрите на её лицо, — скривился Кэйд. — Нет никаких сомнений, что эта Демонская шлюха держит Дьяволов в своей постели.
Он тут же нажал на кнопку «правда» перед собой, и она осталась прижата к столу. Бо последовал его примеру, но его кнопка «правда» не сработала.
— Да что за херня, — пробормотал он раздражённо.
— Ты можешь выбирать только случайность, — заметила Люси.
— Что за чертовщина? — рыкнул он.
— Кто-то тебя саботировал, — без всякого сочувствия сказала Шарлотта, едва сдерживая улыбку.
Бо раздражённо зарычал, но всё же нажал кнопку «случайность». Все с интересом наблюдали, как наконец сработала кнопка «правда». Бо облегчённо выдохнул.
Остальные замешкались, медля с выбором, пытаясь прочесть выражение лица Офелии. Люси кусала губу, её рука зависла над кнопкой «ложь».
— Не надо, — поспешила сказать Офелия, прежде чем Люси успела нажать. — Это правда.
Люси отступила, ошеломлённая. Шарлотта, Бейкер и Леон нажали свои кнопки «правда» почти сразу, Люси последовала за ними последней.
— А я же говорил, — похвалился Кэйд.
Офелия показала ему неприличный жест, но прежде, чем он успел ответить, плита над её головой с грохотом поднялась, выровнявшись с остальными. Теперь плита Бейкера опустилась ниже, указывая, что очередь была за ним.
— Ладно, всё понятно, — сказал Леон. — Если будем помогать друг другу, сможем пройти без проблем. Согласны?
Все кивнули, включая Кэйда, но Офелия ему не доверяла. Он лишь зловеще ухмыльнулся ей, когда Бейкер проколол свой палец и приготовился прочесть свой секрет.
— Бейкер Бруссар — дальтоник, — зачитал Бейкер.
— Ты издеваешься? — пробормотала Офелия, в то время как Кэйд прокомментировал: — Скукотища.
— Я не дальтоник, — нахмурился Бейкер.
Они потянулись к кнопкам «ложь», но Леон вдруг воскликнул:
— Подожди. Бейкер, какого цвета платье на Офелии?
Офелия посмотрела на своё платье — оно было очевидно красного цвета.
— Красного, — ответил Бейкер.
— А что насчёт платья Люси? — продолжил Леон.
Все перевели взгляд на Люси, чьё платье было солнечно-жёлтого цвета. Бейкер замялся.
— Светло-коралловый, — наконец, ответил он.
— Ты дурак? — Кэйд свирепо уставился на Бейкера.
— Нет, он дальтоник, — сказал Леон. — Помню, однажды за ужином ты говорил, что странно, что тут яблоки розовые, хотя на самом деле они были явно жёлтыми. Ты дальтоник по синему и жёлтому.
— Как ты умудрился всю жизнь прожить, не замечая этого? — спросил Бо.