Фантастика 2000
Шрифт:
А. и Б. Стругацкие писали: «Почти канонический образец „жесткой фантастики“, в известном смысле — эталон манеры». «Ни одного лишнего слова, жеста, эпизода, — но и ни единого потерянного звена фабулы. Никаких туманных изысков в области психологии, минимум рефлексии…» Ни убавить, ни прибавить.
«Телефон для глухих», «Третий Вавилон» вместе с вышедшими чуть позже «Вороном», «Цветом небесным» и «Посланием к Коринфянам» стали вершинами постсоветской фантастики. К сожалению, впоследствии начатые в «Монахах под луной» эксперименты с текстом увели писателя с этого направления. То, чем сейчас занимается Андрей, можно охарактеризовать как «просто ужас», в смысле horror: ожившие мумии бродят по улицам разлагающихся городов, туманные изыски в области психологии, максимум рефлексии.
Вячеслав Рыбаков — писатель милостью
Александр Тюрин и Александр Щеголев явили читателю новый и тогда еще непривычный взгляд на наш мир. Безысходностью и беспросветностью сквозила каждая строчка. Стиль А. Тюрина близок англоязычным киберпанкам: информационная среда обитания, экспериментальный язык, странные герои. Но даже они не идут ни в какое сравнение с теми монстрами, которые ожидают нас на страницах книг А. Щеголева. «Любовь зверя», «Ночь навсегда», «Ночь, придуманная кем-то», «Инъекция страха» — психоделическая проза высшего класса. Автор настолько умело погружает читателя в кошмар происходящего, что превращает его в переполненную адреналином марионетку, послушно перелистывающую страницу за страницей. Стивен Кинг отдыхает.
Не всегда дебютная книга позволяет определить недюжинный творческий потенциал молодого автора. Как и «Клетка для буйных» А. Тюрина и А.-Щеголева (непритязательная повесть для тинэйджеров), «Атомный сон» С. Лукьяненко получил свой приз скорее по стечению благоприятных обстоятельств. Но уже следующая книга писателя «Рыцари сорока островов» (1992 г.) продемонстрировала, что в российской фантастике появился новый мощный талант. Тогда еще живущий в Алма-Ате, Сергей вступил в смелую полемику с В. П. Крапивиным. Попавшие на испытательный полигон, расположенный под искусственным солнцем архипелаг, дети воюют не со взрослыми, не с чужими, а такими же, как они сами, детьми. И они не посходили с ума. Дух «Повелителя Мух» витает над ними. Роман шокирует своей откровенностью: крапивинские мальчики отбрасывают свои мушкетерские шпаги и стреляют в спину отступающим соперникам.
Ведь жизнь такова, какова она есть, и более никакова.
В те годы в области фантастики существовала фактически единственная премия — «Аэлита». И вручали ее — оригинального дизайна статуэтку, выполненную из уральских каменьев, — в основном мэтрам, уже сказавшим свое веское слово в литературе. В 1990 году лауреатом стал С. Гансовский, в 1992 году — В. Михайлов. А между тем большое количество очень приличных вещей было обойдено вниманием жюри. И дело здесь не в какой бы то ни было дискриминации или предвзятости, просто произведений, достойных самой высокой оценки, было гораздо больше, чем возможности их отметить. Так, именно в это время появляются на свет «Черный стерх» Э. Геворкяна, «Миссионеры» и «Когда отступают Ангелы» Л. и Е. Лукиных, «Сезон темной охоты», «Парикмахерские ребята» и «Танцы мужчин» В. Покровского, «Возвращение короля» Л. Вершинина, «Лабиринт» А. Бушкова, «Синий фонарь» В. Пелевина, «Мост Ватерлоо» и «Иное небо» А. Лазарчука, журнальный вариант «Катализа» А. Скаландиса, первые четыре части «Реки Хронос» К. Булычева и самый скандальный дебют девяностых годов — «Нисхождение тьмы» Н. Перумова. Каждая из этих книг в отдельности и все, вместе взятые, наглядно продемонстрировали, что у отечественной фантастики есть перспектива, что, несмотря на страшный удар, которым стала кончина Аркадия Натановича Стругацкого, фантастика жива и развивается. Причем процесс этот проходит не только благодаря таланту писателей, но и профессионализму издателей, а также энтузиазму любителей и знатоков фантастики.
В 1991 году, сразу после провала августовского путча, известный пропагандист фантастики, знаменитый «фэн № 1», Борис Завгородний организовал и провел, пожалуй, самый значительный конвент десятилетия «Волгакон».
Звездная карусель К середине 1993 года отечественные фантасты с удивлением обнаружили, что всё ими написанное уже напечатано и следующий роман необходимо написать не за пять лет, как предыдущий, а за год (если, конечно, не хочешь выпасть из обоймы и умереть с голоду). Планка, установленная в конце восьмидесятых годов, неминуемо упала — наступил первый кризис российской фантастики. Долгих два года издательства печатали лишь зарубежных авторов, пока к концу 1995 года читателя не затошнило от межзвездных монстров и разноцветных магов. Но самое удивительное состоит в том, что именно в эти ненастные годы в Санкт-Петербурге были учреждены самые на настоящий момент престижные премии в области фантастики. Произошло это из чувства сострадания и в качестве «поощрения именно русскоязычной фантастики, самой многострадальной и в то же время самой многообещающей в мире» (Б. Стругацкий).
В 1992 году появляется премия «Бронзовая улитка», вручаемая лично Б.Н. Стругацким. В 1993-м — премия «Интерпресскон» (отдаленный аналог премии «Хьюго»), вручаемая ежегодно по результатам голосования всех участников конференции «Интерпресскон». В 1994-м — премия «Странник» (отдаленный аналог премии «Небьюла»), вручаемая жюри, состоящим из профессиональных писателей. При этом ни разу ни в одной номинации одно и то же произведение не получало все три премии.
Первым лауреатом премии «Интерпресскон» стал Василий Звягинцев за роман «Одиссей покидает Итаку». Сюжет его прост: происходит борьба между двумя вселенскими сверхцивилизациями — агграми и форзейлями. Волей случая в эту борьбу включается небольшая группа землян. Это не просто среднестатистические обыватели, но люди, наделенные знаниями, умом, силой и главное — волей, позволяющей им с толком использовать все эти достоинства в час нелегких испытаний. Герои В. Звягинцева перемещаются во времени и пространстве, участвуют в невероятных сражениях, совершают удивительные технические открытия. Но где бы они ни были, что бы ни делали, прежде всего они остаются Людьми. Людьми с большой буквы. И в благодарность за это или, может быть, в наказание судьба распоряжается так, что наши герои получают возможность изменить по своему усмотрению участь нашего мира, нашу историю.
Но достоинства романа заключаются отнюдь не в сюжете.
Они состоят в том, что автор, вольно или невольно, отразил в нем мироощущение достаточно большого числа своих современников. Цитаты и литературные комплименты легко узнаваемы и не ставят своей целью показать высокий уровень образованности автора. Шутки смешны и к месту. Язык, которым написан роман, представляет собой стиль общения студенчества и технической интеллигенции восьмидесятых годов: не лишен красивостей, но строг, лаконичен и понятен. Словом, «Одиссей покидает Итаку» имел всё, чтобы стать культовым романом. И он им стал.
В том же 1993 году молодым томским писателем Юлием Буркиным был предпринят уникальный проект: его книгу «Бабочка и василиск» сопровождал диск «Vanessa io». Проза Буркина и его музыка стилистически дополняли друг друга, порождая необъяснимое ощущение присутствия тепла и света в нашем сумрачном мире.
В 1994 году две премии из трех («Бронзовую улитку» и «Интерпресскон») получил роман В. Рыбакова «Гравилет Цесаревич».
Автор описывает альтернативный вариант развития России, при котором Александр II не был убит народовольцами, вследствие чего в девяностых годах XX века Российская империя является одной из сильнейших держав мира. Однако главное в книге не сам факт величия России, а то, каким путем это величие было достигнуто. Государство было построено на принципах морали, оно полностью отказалось от насилия во всех аспектах жизни.