Фантастика 2000
Шрифт:
Я вдруг подумал, что «Клязьма» вполне могла отвозить нашу руду именно туда. И пусть я лежал в «бутылке», но разве это помеха для заразы? А еще тот парень-расчетчик, Кеол, он чесал живот! Вдруг я заразился от него? Или от старпома? У всех ведь болезнь протекает по-разному, у меня могла быстрее начаться.
Значит, мои друзья с «Клязьмы» уже мертвы. Хорошо, если они успели улететь с Нового Кувейта, тогда их не задержат, не узнают про меня, не станут искать…
Или лучше, чтобы меня нашли?
Меня ведь наверняка
Теперь я знал, что чувствовали мои родители, воспользовавшись своим правом на смерть. Вроде бы ты еще живой, но уже точно знаешь, когда и как умрешь. И это было ужасно. Я весь вспотел, то ли от болезни, то ли от страха. Даже босые ноги стали скользить по гладким плиткам пола. Я забрался в душевую кабинку, пустил воду и сел на корточки. Холодные струи барабанили по спине, и от этого она вроде бы переставала чесаться…
Не хочу я умирать!
Тем более сейчас, когда все так здорово сложилось! Когда я попал на такую планету, лучше которой нет во всей Вселенной!
Когда у меня даже появилась хорошая знакомая! Когда мою заявку на гражданство приняли к рассмотрению!
Ну почему все так? Почему?
Разве я в чем-то виноват? Если бы родителям повезло с работой, они бы не умерли. Если бы они не умерли, я бы не нанялся расчетным модулем! Я ведь никогда никому не делал ничего плохого. Ну, чтобы по-настоящему плохого, разбитый нос или запущенный в чужую планшетку вирус вряд ли считаются…
Я долго так просидел, пока совсем не замерз. Потом вылез и снова посмотрел на себя в зеркало, будто вода могла смыть сыпь.
Никуда она не делась, конечно. Даже ярче стала, потому что кожа у меня побледнела от холода.
Я умру. И еще заражу всех вокруг себя. Потому что не хочу я вызывать врачей, не хочу, чтобы меня упрятали в герметичную камеру, я ведь всю жизнь прожил под куполом, я две недели лежал в «бутылке»! Не хочу!
…А если на Новом Кувейте кто-то выживет, то меня будут проклинать тысячи лет. Как трусливого и глупого ребенка, который заразился сам, а потом еще заразил других.
Умрет и самодовольный халфлинг, и не взявший с меня чаевых водитель такси, и упустившие меня охранники в космопорту, и девушка, у которой отец был с Земли, и парень, который вечером так здорово играл на гитаре…
Все из-за меня.
Мои родители ведь тоже хотели жить. И они могли уйти из купола вместе со мной, и мы бы прожили еще года два или три.
Вот только для них было главным, чтобы я жил долго и счастливо. Поэтому они и пожертвовали собой.
А теперь окажется, что из-за их жертвы умрет целая планета.
Потому что я — трус и эгоист. Я даже не хочу вызвать врача, не хочу умирать в клетке…
Я кое-как вытерся, очень осторожно,
Врача тут не было. Надо было связываться с городской службой, но это почему-то было уж совсем страшно.
Тогда я посмотрел список обитателей мотеля, тех, кто предоставил свои открытые данные. Тут был и халфлинг — у него оказалось жутко сложное и длинное имя, и какая-то семья «князей Петровых», и туристы, и коммивояжеры, и спортсмены, приехавшие на какие-то студенческие соревнования по квадроболу. Врачей не было.
Но зато был какой-то человек по имени Стась, у которого в графе «профессия» значилось «капитан».
Пожалуй, капитан должен понять всю опасность ситуации.
Я набрал его номер. Времени было пять утра, за окном еще совсем темно, но какая теперь разница…
Ответил капитан быстро. На экране появилась полутемная комната, похожая на мою, и светловолосый человек лет сорока.
Он чем-то походил на отца Глеба. Увидев меня, капитан нахмурился и произнес:
— Это что за шалости?
— Вы капитан Стась? — спросил я.
— Да.
Лицо его сразу посерьезнело, видимо, он понял, что я позвонил не случайно и не для дурацкой шутки.
— Меня зовут Тиккирей. Я живу в том же мотеле, что и вы. В сто четырнадцатом домике.
— Вижу, — сказал капитан. — Что дальше?
— Вы… вы могли бы мне помочь?
— Мог бы. Что случилось?
Казалось, он все-таки не уверен, что у меня есть серьезная причина будить его в такую рань, и сдерживается только из вежливости. Может быть, поэтому я выпалил сразу:
— Капитан Стась, у меня язвенная чума. Вы ведь знаете, что надо делать.
— Что за бред ты несешь, Тиккирей? — резко спросил капитан.
— Это не бред! — крикнул я, вскочил и отошел, чтобы он увидел красные пятна на моем теле. — У меня язвенная чума! Это очень опасно!
— Откуда ты? — после секундной паузы спросил капитан.
— С Карьера. Это планета, где добывают руду, я улетел с нее расчетным модулем на грузовом корабле «Клязьма», потом мы делали где-то остановку, но я там не выходил, а здесь сошел, мне разрешили прервать контракт, но мы, наверное, залетали на ту планету, где эпидемия…
— Прервись на секунду, — очень спокойно произнес Стась. — Подойди к экрану и посмотри в камеру. Приблизь к ней лицо.
Я так и сделал.
— Сиди в своем домике и никуда не выходи, — сказал Стась после паузы. — Я сейчас подойду к тебе. Понял?
— Это очень заразно, — сказал я.
— Да уж догадываюсь. Сиди на месте.
Глава 4
Капитан пришел минут через пять. Дверь я открыл заранее, и когда пискнул зуммер, громко крикнул: — Войдите!