Фантастика 1991
Шрифт:
– Я не вижу никакого “дела”, как мне пытаются объяснить мои клиенты!
– сказал после процедуры знакомства частный детектив.-Вы можете вышвырнуть меня за дверь, тем более что ваша репутация в Городе известна в самом положительном свете.
– Кто вас нанял?
– перебил его мэр.
– Наследники!
– У Чирутти нет прямых наследников!
– прищурился мэр.-Давайте ваши вопросы!
– Спасибо! Сначала информация, которая у меня имеется,приступил к делу О'Лири.-Очевидцы утверждают, что между
Мэр задумался: - Была дружеская беседа о передаче фирме Чирутти заказа на пошив одежды. Никаких скандалов…
– Кто был тот человек, который подошел к вам во время беседы?
– У него очень запоминающаяся отрыжка!
– вспоминал мэр.- Где-то я его видел… раньше.
– Он член клуба?
– Не знаю!
– Что вызвало раздражение Чирутти?
– Видимо, вмешательство в разговор постороннего человека.
– Почему же вы покинули клуб?
– Надоело и ушел.
– А Айрин?
– Что Айрин?
– пытался удивиться мэр.
– Вы знали, что ваша секретарша - любовница Чирутти?
– Нет, конечно.
– Последний вопрос… Когда необходимо пошить одежду для ПК?
– Детектив был вежлив, но настойчив.
– Я не уверен, что заказ будет выполнять эта фирма. Мы его хотели дать Чирутти из личных симпатий!
– Но ведь Чирутти жив!
– Нет!
– сказал мэр, поднимаясь из кресла.- Это уже не Чирутти!
О'Лири тоже встал и проговорил: - Нам придется еще раз встретиться.
– У меня много работы,- мэр ждал, пока детектив покинет кабинет.
Они обошлись без рукопожатий. Как только за О'Лири закрылась дверь, мэр тщательно вымыл руки. И долго вытирал их перед тем, как швырнуть полотенце в урну.
– Думай, парень, думай!
– скомандовал себе мэр.-Что они знают?
Предположим, самое худшее -Айрин что-то знает и все это рассказывает. О “дядюшке” мэр не успел ей рассказать. Пусть работает, пусть даже поставляет им информацию, как и раньше. Это уже не страшно.
Бедная девочка…
– Я не помешаю?
– В кабинет проскользнула Айрин, и лицо ее было напряженным.
– Садись, девочка…
Она не приняла его тона и села в кресло, и спина ее была ровная и напряженная, как и лицо.
– Я хочу вас поставить в известность,- сказала она, и у нее задрожала нижняя губа, но она закусила ее зубами.-Вчера я была у Чирутти и хотела остаться с ним сиделкой. Но они не разрешили. Они мне сказали, чтобы я продолжала работать у вас и чтобы все оставалось по-прежнему. Я хочу, чтобы вы об этом знали. Лучше всего будет, если вы меня уволите…
– Айрин!
– Голос мэра звучал чуть-чуть строже обычного.- Вы можете работать здесь даже после того, как не будет меня.
– Спасибо!
– ответила она, но в голосе не было благодарности.
– Ну
– Хорошо, мэр!
– Она вскочила и первой выбежала за дверь.
– Они будут пытаться любыми путями получить информацию о ходе работ,-закончил рассказ мэр.
– Вплоть до попытки замены мэра!
– сказал ПК-1.- Поэтому надо как-то убедить их в нескором завершении. Я предлагаю показать меня…
– Нет!
– вмешался Прайс.- Лучше показать неподвижный ящик.
– Конечно!
– согласился мэр.-Психика инерционна. Они долго еще будут связывать ПК с неподвижностью… И это даст нам время.
– Поехали в тюрьму!
– предложил Прайс.- Нам для очередной накачки ПК-1 это необходимо. Если, конечно, у вас есть время! Там есть очень интересные субъекты. Покажем вам человека, который совершенно непонятно для всех сидит неизвестно за что уже третий год. Я подозреваю, что его засунули вместо кого-то.
Через четверть часа вертолет приземлился на крыше 2-й городской тюрьмы, и тюремное начальство радушно приветствовало мэра.
– Пожалуйста, проведите нас в сектор В, 434-я камера,-попросил Прайс, и они двинулись к “невиновному” заключенному.
– За что он сидит?
– спросил Прайс начальника бокса.
Тот недовольно сморщился, и глаза его метнулись в сторону.
Оказалось, что парня привезли сюда еще при прежней администрации, которая либо уничтожила, либо изъяла всю документацию по этому заключенному. И теперь в “деле” нет ничего. Ни одной бумажки. Неизвестно, на какой срок его посадили и за что…
– Мы писали в мэрию, но никто нам не ответил,- пояснял начальник бокса. Он был растерян и не знал, куда девать руки.
– Он смирный, но ужасно упрямый,- закончил рассказ начальник бокса.
Все замки, когда не терпится, открываются плохо. Особенно тюремные. В чреве допотопного замка что-то скрежетало, и казалось, что если замок и откроется, то дверь уж все-таки не отворится. Но дверь открылась легко и бесшумно, если не считать слабого щелчка фиксатора. Заключенный был в камере один…
Он стоял на коленях в углу и не шелохнулся ни на звук открываемой двери, ни на обращение. Видимо, он молился уже давно и впал в транс.
Его подняли на ноги, и он едва не упал. Надзиратели поддержали его под мышками, и мэр увидел, что брюки на коленях мокры. Это была кровь. Мэр поднял голову, посмотрел на лицо заключенного; на него откуда-то из далекого далека спокойно и мудро смотрели два светлых глаза.
– Мы пришли, сказать, что вы свободны!
– объявил мэр, но вдруг понял, что слова эти нелепы. Надо было соблюсти форму, и мэр добавил все, что было нужно..