Фантасмагория

Галаган Наталия

– Всему свое время. Ты должен пройти еще одно испытание, чтобы мы полностью доверяли тебе.

– Не помню, что было в прошлом, но сейчас не хочу иметь с тобой никаких дел.

– Тебе этого не избежать. А теперь слушай внимательно, - не вставая со стула, она наклонилась ко мне.
– Твой компьютер я почистила, так что не пытайся искать встреч ни со мной, ни с тем, кого ждал сегодня.

– Почему?

– Так будет лучше.

– Для кого?

– Для вас обоих.

Она показала мой мобильный с подаренным ею брелоком-енотом,

демонстративно сняла его и повесила вместо него брелок в виде кота.

– Я оставляю его здесь, не потеряй. Придет время и в тот же день недели, в то же время ты встретишься с кем хочешь.

– А тебе не кажется, что это слишком?

– В следующий раз, когда мы встретимся, ты получишь ответы на многие интересующие тебя вопросы.

Она решительно встала со стула, положила мобильный на журнальный столик и, не оглядываясь, пошла к выходу.

– Эй, стой! А вы ничего не забыли? Может, развяжете меня?

Только одним кивком головы Марина отдала подчиненным приказ и вышла из квартиры. Повинуясь, они ослабили веревки и, не дожидаясь, пока я разомну затекшие конечности, последовали за боссом.

Оставшись один, прежде всего включил компьютер. Результат был очевиден. Марина удалила не только мою почту и папку со своими фотографиями, но и все резервные файлы и темпы, так что восстановить информацию самостоятельно я не мог.

В дверь позвонили - и это впервые за время моего проживания в новой квартире. Было даже любопытно, кто же "по-человечески" пришел в гости. На пороге стоял лейтенант Матвеев с группой поддержки в виде двух плечистых полицейских.

– Булат Лаврентий Игоревич?
– Не дожидаясь ответа, продолжил.
– Вы задерживаетесь по подозрению в убийстве Риты Ваулиной.

– Что?

От услышанного я вошел в ступор и пропустил мимо ушей стандартный набор фраз, произносимых при задержании. Безропотно позволив надеть на себя наручники, я на ватных ногах поплелся за полицейскими до автомобиля. В участке к лейтенанту Матвееву присоединился капитан Корнишин.

– Вот уж Киев большая деревня! Кто бы мог подумать, что вчерашний дебошир окажется убийцей, - сказал Корнишин и приступил к заполнению протокола.

– Я не убивал Риту! Вы же сами видели, как она ушла с другим человеком.

– Откуда мне знать, может, вы с ним сговорились.

– Вот показания парня Риты, - Матвеев протянул мне распечатку.
– Он утверждает, что вы похитили и насильно удерживали его девушку.

– Да он сам ее без конца терроризировал. Рита из-за него постоянно меняла квартиры. Я просто помог ей сбежать в очередной раз.

– Хорошо же она сбежала, на дно озера.

– Она утонула?

– Хватит тут невинность изображать, - вскипел Матвеев.
– Ты над ней сначала поглумился, потом убил, а труп утопил в озере.

Только теперь до меня дошла вся серьезность обвинения, и вспомнилось сказанное Ритой предсказание цыганки, что я ее с самого дна достану.

То, что девушка восприняла для себя спасением, стало погибелью для меня.

– Можно позвонить?
– спросил я у капитана Корнишина. Я понял, что именно ему предстоит сыграть роль хорошего полицейского.

– Конечно, но завтра, - он указал на часы. Время приближалось к полуночи.

– Ну что, теперь вы не скажете ни слова без адвоката?
– спросил лейтенант Матвеев.

– Совершенно верно, - ответил я.

– В таком случае у вас будет время обдумать свои слова в камере предварительного заключения.
– Корнишин подозвал дежурного полицейского.
– Поместите его в одиночную камеру. Не хочу, чтобы этого человека отвлекали пустыми разговорами.

Мне и самому хотелось все подробно проанализировать. Неужели Марина настолько жестокая, что ради какого-то испытания убила ни в чем не повинную девочку? Я боялся закрывать глаза, так как при этом передо мной отчетливо всплывал образ Риты, такого милого ангелочка. Не увези я ее тогда с собой, возможно, она и далее страдала бы от домогательств Геннадия, но осталась живой. Эта девочка была отнюдь не слабой и, уверен, смогла бы дать достойный отпор преследователю. Как же ей не повезло повстречать меня!

В камере я долго не мог заснуть, шагая от одной стенки к другой. Под утро каждая клеточка моего тела требовала отдыха. И я забылся тяжелым сном. Когда проснулся, было позднее утро. Шло время, но мною никто не интересовался. Раз гора не идет к Магомету, стоит самому проявить инициативу. Я заколотил в дверь камеры, подзывая охранника.

– Что надо?
– спросил он через окошко в металлической двери.

– Я хочу позвонить.

– Без распоряжения капитана Корнишина нельзя.

– Тогда я хочу встретиться с ним.

– Когда он вернется, я ему передам твою просьбу.

– А лейтенант Матвеев?

– Его тоже нет, - ответил надзиратель и закрыл окошко.

Наступили часы томительного ожидания, казалось, обо мне забыли. Я сидел в полной тишине. От неожиданности дернулся, когда заскрежетал открывающийся засов. Я решил, что за мной пришли. Но ошибся. Оказалось, мне принесли обед, однако совершенно не хотелось есть. В принципе, я никогда не испытывал чувства голода, но сейчас особенно не хотелось насиловать себя, тем более, что вкуса я все равно не чувствую.

В кабинет Корнишина меня доставили около четырех вечера. Он проигнорировал высказанные притязания относительно моих прав и молча протянул мне трубку стационарного телефона.

– Я не помню номера, можно набрать с моего мобильного?

Корнишин кивнул сидящему рядом с ним за столом напарнику, и тот вернул мне телефон. Попытаться объяснить все Свете оказалось еще той морокой. Она постоянно переспрашивала и требовала подтвердить, что это не розыгрыш. Приложив немало усилий, я добился от нее четкого ответа, что она найдет мне адвоката.