Фанфики

Бирюк В.

Между нами, мальчиками, говоря, мне всегда было значительно проще раздеть женщину, чем раздеться самому. Я не об эстетике: обнажённая женщина куда более приятное зрелище, чем голый мужчина.

Но даже чисто технически. Нет, всё решаемо. Галстук можно забросить на спину, как набегавшийся спаниель — язык, а носки снять и позже — лишь бы запах глаза не резал.

Русское народное выражение: «выскочить из штанов» — абсолютно правильно выражает куда более сильный эмоциональный накал, нежели — «задрать подол». Сбрасывать с себя безрукавку, лязгающую ножиками, наручниками, зажигалкой…

развязывать поясок с навешанными на него кошелём и ножнами, выпутываться из портянок…

Да, всё это решаемо! Но… очень не хочется, просто — не можется! Оторваться от неё, отпустить, убрать руку… Или другую часть тела. И ей — также! Пропустить кусочек её нежной кожи, минутку жара прикосновения… На мгновение прервать чувство близости…

Сдёргивая через голову эту идиотскую святорусскую рубаху, я дал себе обещание: переделаю нахрен всю здешнюю амуницию! Ну, не всю — только свою. И не только «на хрен». Но чтобы и в других ситуациях…

Потом время «обещать» прошло — пришло время только «ощущать».

К тому времени, когда мы отвалились друг от друга, лучина прогорела, и светец погас. Я слушал в темноте её успокаивающееся дыхание и постепенно остывал сам. Прекрасное, мирное, чуть утомлённое трудами праведными, состояние души и тела. Удовлетворение и покой.

— Ваня… А ты теперь… на мне женишься?

Бздынь. Лайф из лайф. Люди, безусловно, остаются человеками. А бабы — бабами.

— Нет.

— Почему? Потому что у меня… что я некрасивая? Что у меня груди меньше, чем у казначейши?

Голосок из расслаблено-любопытствующего меняется на обиженно-капризный. Скоро будет плачущий. Потом ругательный.

«Управлять мужчинами много ума не надо. В некоторой степени это умеет каждая женщина. Сложность в том, что команда «сделай что-нибудь» приводит к тому, что мужчина что-нибудь сделает, но сделанное «что-нибудь» женщине не понравится, а мужчина все равно сменит чувство вины на чувство выполненного долга и чувство глубокого морального удовлетворения. Получается, что для эффективного манипулирования мужчинами женщина должна точно знать, чего она хочет, а как раз эта задача для большинства женщин часто оказывается невыполнимой».

Могу уверено предположить, что её представление о желаемом будущем заканчивается на расплывчатой картинке свадьбы. Как она выходит из церкви вся в белом, её обсыпают зерном, хмелем и монетками, поздравляют и завидуют. Хотя вдовы в белом не венчаются. А уж что потом… «У нас всё будет хорошо».

Не будет. Ивашка-попадашка — эпицентр катастроф. Это моё свойство. И ты, как всякая нормальная женщина, будешь очень испугана проявлением этого качества. Будешь пытаться «жить как все». Будешь старательно вводить меня в рамки. «Командовать в доме должен кто-то одна». И плевать, что там в книгах написано — «Домострой» или «Шариат».

Только у меня не дом, а дурдом. «Санаторий для десяти тысяч всякой сволочи». А ты недостаточно сумасшедшая для должности «лицо бедлама».

Жалко девочку, но человеческих слов типа «нет» — она не понимает. Придётся обижать. «Ставить на место».

— Да уж. Сиськи у тебя… И не полапать толком.

Вот у казначейши… богачество настоящее. Берёшь в руку — маешь вещь.

Честно говоря, не мой случай. Я уже говорил: номер бюстгальтера меня интересует… чисто зрительно. Куда интереснее то, что внутри. И не столько — «на взгляд», сколько — «на ощупь». Но здесь все настолько зациклены на этом, и мужчины, и женщины.

Чем-то украинский фольк напоминает:

«Люблю украiнську природу, Горячий борщ, холодну воду, i бабу товсту як колоду, i лiс, i поле, i ставок, i повну пазуху цицьок».

Поскольку отдельной Украины здесь ещё нет, то общность происхождения и культуры славянских народов выражается в стереотипах «представлений о прекрасном» всей «святорусской» ментальности.

— Но тебе же только что нравилось! Ты же так их нацеловывал! Вот рожу тебе сыночка, выкормлю — и они больше станут.

«О Боже, какой мужчина, я хочу от тебя сына. И я хочу от тебя дочку, и точка, и точка!».

Разница в ментальности женщин 12 и 21 веков выражается грамматической конструкцией указания направления. Или принадлежности? «Тебе» — «от тебя»…

То, что «дочка» в качестве «пряника» на «Святой Руси» не рассматривается — понятно. Для здешних мужчин — это просто неизбежные «отходы производства».

Бедная Аннушка — она пытается повысить свою потребительскую ценность для меня перспективой появления возможного наследника.

«Кабы я была царица, — Третья молвила сестрица, — Я б для батюшки-царя Родила богатыря».

Аргумент для потомственной аристократии — фундаментальный. Царь Салтан, как услыхал, так сразу же исключил из списка претенденток «ткачиху с поварихой», воодушевился и приступил. К реализации:

«Здравствуй, красная девица, — Говорит он, — будь царица И роди богатыря Мне к исходу сентября».

Три девицы под окном пряли, очевидно, «поздно вечерком» перед Рождеством. Так что, цели поставлены, сроки определены, планы напряжённые — за работу, товарищи. И никаких: «ой, я устала, ой, у меня голова болит». Чисто директивно, где-то даже — волюнтаристически: «Богатыря. К исходу сентября» — и чтоб без вариантов! Ну, начали…

Аннушка автоматически следует здешнему стереотипу брачной торговли — повышению привлекательности женщины путём рекламирования её способности к деторождению: «такая будет рожать сыновей как из пулемёта». Другой оценочно-положительный образ в русском фольке: «рожает танкистов прям с танками».