Fallout Истории Севера. Том 1

Искатель Евгений Валериевич

– Ты молодец. Этот замок был не из простых.

– И не самый страшный. Последние зубчики были самыми сложными, но я подобное проворачивала не раз на замке нашего склада! Там всегда можно было спрятаться, если чего начудишь!

Люси радостно рассказывала, довольная своим достижением. Она и не заметила, что рука рейнджера всё ещё лежит у неё на плече, а когда заметила, то мгновенно растерялась и стыдливо спрятала глаза. Вначале ей хотелось сбросить руку Билла, но одновременно она боялась его оскорбить.

– Пойдёмте.
– сказала она и не спеша встала

с коленей, от чего рейнджер убрал свою наглую руку сам.

Металлическая дверь со скрипом открылась. За ней находился спуск вниз, ведущий в небольшую комнату. Тут было темно, воздух был очень спёртым и воняло чем-то странным. Рейнджер освещал комнату подсветкой на своём Пип-Бое, а Генрих использовал фонарик, который лично собрал из разного барахла незадолго до этого. Комната была практически пустой, стояли четыре большие стеллажа, а в дальнем углу лежал скелет человека. Среди его костей валялись четыре пустые бутылки из под различного алкоголя, и пустая коробочка из под пальцевых шприцов с морфием, такой использовали в своё время военные. Похоже, что этот человек, кем бы он не был, не смог вынести резких перемен в мире и приблизил свой конец. Эта комната явно была кладовой, но по-видимому её уже давным-давно разграбили.

– Бедняга...
– сказал Генрих задумчиво глядя на этот скелет. Когда он встречал какие-нибудь необычные остатки прошлого, в нём больше чем в к ком-то другом пробуждались таинственные чувства.
– Есть в этом... Есть в этом нечто, прекрасное что ли...

Остальные посмотрели на Генриха с очень необычными выражениями на лицах.

– Нет! Я имею в виду...
– пытался он оправдаться.
– Это как-то необычно. Отыскать подобную картину, картину из прошлого, и в ней застыла целая история. Я не знаю, как это выразить точнее...

Его спутники словно заразившись от Генриха странными откровениями так же уделили "картине" своё внимание.

– Я понимаю тебя.
– сказал Билл, глядя на скелет практически так же задумчиво как и сам Генрих.
– Я в своих странствиях встречал много подобного. Наверное. просто зачерствел. Порой мне кажется, что прошлое оно так близко. Словно, словно оно никуда не делось, но это мы смотрим на его признаки из другого мира.

Через несколько секунд Лэсси пренебрежительно фыркнула, смутив этим Генриха и Билла, но тем самым полностью разогнала странную атмосферу мистического прозрения, что овладела мужчинами.

– Из другого мира...
– ворчала Лэсси, и принялась обыскивать пустые полки, в надежде отыскать хоть что-то.
– Я сейчас охрененно голодная, и голод этот совсем не из другого мира!

– Да. Точно.
– сказал Билл виновато улыбаясь.
– Давайте попробуем тут хорошо поискать, хотя я не думаю...

– Нашла!
– радостно засияла Люси, и преподнесла своим друзьям небольшую, потерзанную временем картонную коробочку, которую внимательная девушка отыскала под одним из стеллажей. Эта коробочка была бежевого цвета, и на её картинке был изображён пожилой ковбой, с длинными седыми усами и седой бородкой. В его руках находилось огромное блюдо, на

котором лежала зажаренная курица, щедро обсыпанная овощами и зеленью. Ковбой доброжелательно и тепло улыбался, словно родной отец или дядюшка, преисполненный родительской опекой и любовью.

– Старина Фермер Том.
– не спеша читала Люси, что там было написано на этикетке.
– Куриный Були он, приготовленный с любовью. А чё это такое вообще?

– Куриный бульон.
– поправил её Билл.

– Оно... съедобно?

– Как и любое довоенное дерьмо.
– недовольно ворчала Лэсси.
– Но в нашей ситуации это хоть что-то.

– Бульон, - сказал Генрих, - это навар, сделанный на мясе, может быть вкусным и питательным.

Люси с интересом потрясла коробочку, послышался шелест бумаги, или что-то подобное.

– Навар?
– сказала она.
– Там внутри явно не бутылочка, или баночка. А на этикетке написано: "Десять пакетиков".

– Это как со всей довоенной едой.
– сказал Билл.
– Почти всё, что дошло до нашего времени, было полуфабрикатами или было набито консервантами. Это сухой бульон. Его сначала приготовили, а потом дегидрировали. В смысле полностью извлекли воду, высушили.

Лэсси, Гартун и Люси внимательно слушали, чуть ли не с открытыми ртами.

– Пока оно не превратилось в порошок.
– добавил Генрих.
– Теперь его нужно просто залить кипятком, и оно опять превратиться в готовый бульон.

– Странно!
– продолжала удивлённо рассматривать коробочку Люси.
– Тут есть список, из чего оно сделано. Среди прочего написано: "Кукурузный крахмал". Не знаю чё это, но зачем в мясной навар пихать кукурузу?

– А ты думаешь, - сказал Билл улыбаясь, - что Солсбери Стейки даже в своё лучшее время делались из чистого мяса? В них пихали кучу всякого полу-съедобного барахла, что бы сэкономить на мясе.

– Может, в нём можно будет размягчить наши сухари?
– сказал Генрих.
– Сам по себе бульон утоляет голод ненадолго, а мы и так давно не ели.

Пока остальные размышляли над тем, что делать с первой находкой, Гартун обнаружил ещё одну. Это была маленькая и тоненькая коробочка, завалявшаяся на верхней полке одного из стеллажей.

– Смотрите! Чего это?!
– радостно спрашивал Гартун, передавая коробочку Генриху.

Через несколько секунд, Генрих расплылся в улыбке, а чуть позже залился смехом. Остальные вопросительно на него смотрели, совсем не понимая, чего это он так.

– Ванильные сны!!
– чуть ли не выкрикнул Генрих.

Едва он успел договорить, как поток несдержанного, сильного смеха, вырвался из него. Генрих смеялся до самых слёз, и только когда немного успокоился, то смог вновь говорить.

– Прости приятель!..
– сказал Генрих, продолжая посмеиваться.
– Но этим мы не сильно насытимся!

Гартун слегка смутился, пока остальные так же хихикали, заразившись от Генриха его истеричным смехом, хотя и не понимали, что его так веселит.

– Что там? Что там такое?
– не выдержала Лэсси.
– Покажи!