Fallin
Шрифт:
— Кто бы мог подумать? — со смехом сказал он. — Мой старший брат умеет веселиться. А Хэйли все-таки действует на тебя лучше, чем я предполагал.
— Нас всех они делают лучше, не правда ли, брат? — сказал Элайджа, и Клаус сразу понял, что он имеет в виду не только Хэйли.
— Думаешь? Наш день начинается и заканчивается одной и той же фразой: «Какое же ты чудовище», — Клаус с улыбкой отхлебнул своего виски.
— Что может быть ценнее этого, Никлаус, — спокойно сказал Элайджа, чокаясь с его стаканом своим. — Она остается с тобой, даже несмотря на то, что ты
***
— Серьезно, он хотел тебя убить? — Кэми задохнулась от шока, посмотрев на Кэролайн.
— Точно, ты представляешь, Кэми? Два раза, кстати, — Кэролайн отпила глоток своей пятнадцатой маргариты за сегодняшний вечер.
Девушки сидели за своим столиком, разговаривая, в то время как Хэйли и Ребекка до упаду танцевали. Блондинки же решили сделать небольшой перерыв на коктейль, и каким-то странным образом разговор зашел о том, как они познакомились со своими парнями.
— Это в стиле Клауса, — проговорила Кэми, качая головой.
— Да, он был ужасен вначале, но потом… — Кэролайн перебирала в голове события того времени, вспоминая их с Клаусом первые встречи. — Он всегда относился ко мне как к кому-то особенному, и поэтому перестаешь замечать его…
Она подбирала слово, чтобы лучше передать свою мысль. Сделать это в том подвыпившем состоянии, в котором она была сейчас, было немного сложновато.
— Темную сторону… — подсказала Кэми.
Кэролайн щелкнула пальцами.
— Точно. Это все отходит на второй план. Ну а ты? — она указала бокалом на приятельницу. — Вот мой парень пытался убить меня и моих друзей при первой встрече, а что насчет твоего? Как вы познакомились с Майклом?
— Да ничего особенного. Мы познакомились в «Руссо» на фестивале джаза полгода назад.
— Кем он работает?
— Он детский хирург. Лучший в городе, — скромно сказала Кэми. — И правда отличный парень. Один из немногих, кто попадался мне в жизни.
— Тебе всегда попадались не те, да? — Кэролайн внимательно слушала собеседницу.
— Точно, — согласилась Кэми, — байкеры, рок-музыканты и снова байкеры, — со смехом закончила психолог.
— Я заметила, что они с Клаусом ладят, словно кошка с собакой, — Кэролайн распирало от любопытства с того самого благотворительного вечера.
Алкоголь расслабил ее, и она без зазрения совести задала интересующий ее вопрос.
— Так заметно, да?
— Ну вообще-то да.
— Майкл не совсем понимает моей дружбы с Клаусом и моей привязанности к этой семье, — начала объяснять Кэми. — Он не знает, что они вампиры. И не знает о моей роли в сверхъестественной жизни города. Для него Клаус богатый меценат, эгоистичный надменный миллионер, который плохо вяжется с моей жизнью. Он не понимает, что нас может связывать. И уж точно ему не нравятся дорогие подарки, которые я от него получаю. Не знаю, знаешь ты или нет, но это Клаус помог мне начать частную практику и открыть свой кабинет. В общем, это Майкл враждебно настроен, а Клаус просто отвечает ему тем же.
Кэролайн кивнула. Клаус говорил ей о кабинете еще тогда, когда она была без эмоций.
— А ты не хочешь все ему рассказать. Ну, о вампирах, ведьмах
— Как я могу ему это рассказать, Кэролайн. Майкл одно-единственное нормальное, что есть в моей жизни. Если он мне не поверит и решит, что я чокнутая? Если он решит, что все это не для него? Я не могу, — Кэми покачала головой и сделала глоток из своего стакана.
— Значит, Клаус правильно думает, что он козел и тебе это не нужно, — начала Кэролайн. — Знаешь, Кэми, когда я только обратилась, я встречалась с одним парнем. Меттом. Он был человеком. И когда я только-только стала вампиром, я не могла выходить из дома. Жажда крови была невыносимой, но еще больше я боялась, что я смогу навредить ему или сделать ему больно. Он был очень дорог мне. Как-то раз я действительно чуть не убила его, но попросила Стефана, это мой лучший друг, внушить ему все забыть. Со временем я научилась контролировать свою жажду крови и продолжала встречаться с ним. Я не сказала ему, и когда он узнал все, узнал, кто я, то не смог быть со мной. Возможно, если бы я сказала ему, сейчас все было бы иначе, но я не сказала. Я боялась, что он не поверит мне, а когда поверит, то посчитает меня отвратительным чудовищем. Но в итоге я сама все разрушила.
Кэми внимательно слушала ее, и Кэролайн могла видеть, что она понимает, о чем идет речь.
— Конечно, со временем он смог простить меня и понять, и мы до сих пор очень хорошие друзья. Я знаю, что он всегда меня поддержит и поможет, но мы с ним никогда больше не были вместе. Поэтому лучше если ты будешь откровенной с Майклом, чем если он узнает обо всем случайно или как-то иначе, а он обязательно узнает. И если он в итоге не захочет быть с тобой, то так и нужно, но ты хотя бы будешь знать, что сделала все, что от тебя зависит, и не будешь мучиться от неизвестности.
— Спасибо, Кэролайн, — Кэми улыбнулась и сжала ее руку в знак благодарности.
Вечер был прекрасным. Они пили, танцевали и развлекались, если бы не одна-единственная ложка дегтя.
Кэролайн как раз заканчивала поправлять макияж, когда в уборную зашла та самая жена Виктора Мореля. Аделаида. Кэролайн не знала, как именно блондинка оказалась в том же ночном клубе, что и они, но почему-то ее не покидало ощущение, что это было спланировано.
— Отлично выглядите, Кэролайн, — зеленоглазая блондинка встала возле соседнего зеркала и достала из сумочки помаду.
— Спасибо, — натянуто ответила вампирша, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее. Она прекрасно знала, кто стоит за взрывом в «Бойне», в результате которого она пострадала. Алкоголь немного затуманил вампирше разум, и сказать, что ее раздражал один вид этой ведьмы, ничего не сказать.
— Передавайте мои поздравления с предстоящей свадьбой Хэйли. Надеюсь, она пройдет без сучка и задоринки, — эта фраза явно намекала на тот самый взрыв, и Кэролайн начала вскипать. В любой другой ситуации она бы просто проигнорировала это недвусмысленное замечание и ушла, но не сейчас, после стольких выпитых маргарит.