Факультет Чар. ЧарФак
Шрифт:
Черт! Холодно-то как! Мои ноги одеревенели, руки онемели и не слушались. Я решила все-таки позвать на помощь, надеясь, что моя посиневшая рожа, маячившая среди инея на стекле холодильника хоть немного разжалобит Косту. Но тут случилось нечто непредсказуемое — мой язык, нечаянно лизнувший замерзшее стекло… намертво к нему прилип. О, проклятье! Блин! Б-п-лин! Ф-флин!
В сердцах я со всей силы лягнула ногой полки сзади себя и, о счастье, они с грохотом провалились назад куда-то в противоположную стену. Благодаря судьбу за чудо, а китайскую сборку — за суперненадежность, я, все еще прилипшая языком к стеклу, смогла кое-как остановить время с помощью часов
Думаю, что даже и без плаща невидимки, ни Коста, ни его избитые дружки меня бы не заметили — так сильно они были увлечены дракой. Я же просто не стала вмешиваться — пусть, действительно, победит сильнейший! По моей «оттаивающей» после шоковой заморозки спине побежали мурашки — но не от душного теплого воздуха в зале, а от неприятного пугающего чувства, будто за мной опять пристально кто-то следит. Время было остановлено, все вокруг замерли в самых нелепых позах и с самыми антифотогеничными выражениями лиц.
В дальнем темном углу я заметила пару небольших светящихся огоньков — зеленый и желтый. Хм… где-то я их уже видела… Я нахмурилась, помотала головой, стряхнув с волос кучу снежинок и, подгоняемая нехорошим чувством, резко развернулась к двери, дабы навсегда телепортироваться из этого помещения, оставив позади очень плохую компанию вместе с жуткими воспоминаниями.
Но в следующую секунду я так и застыла на месте, парализованная от шока, словно снова попала в холодильник. Прямо перед моим лицом, практически упираясь мне в нос острием тонкого лезвия, в воздухе висел тот самый швейцарский выдвижной нож, такой знакомый мне по сцене на тайном пляже среди камней…
Нож парил в воздухе и выглядел так, будто его пару секунд назад кто-то метко кинул мне в спину. Но кто?! Неужели Коста? Но когда? Ведь парень сейчас был так занят дракой, что даже не заметил моей рожи в холодильнике!
— Ой, ну все! Да какая мне разница! — махнула я рукой и бросила быстрый взгляд на затертый циферблат своих старых часов — там между гнутыми часовой и минутной стрелками быстро таял остаток кристалла Ледяного Джека. Мое сердце отчаянно заколотилось, я сильно запаниковала — еще минут десять, и я больше никогда не смогу останавливать время! Без волшебного кристалла мне никогда не выиграть Гонку Дьяволов!
Нет, я далеко не супергерой, который жертвует собой ради спасения мира. Весь такой безотказный и благородный до тошноты, какими их рисуют в современных фильмах. Лично я больше никого не собираюсь спасать — мне нужна лишь чашка кофе и хорошенько выспаться. Не мое это дело — вмешиваться в происходящее! Как там в песенке поется: «Кто людям помогает — лишь тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя!» Будь что будет!
Подгоняемая такими эгоистичными мыслями, я легонько оттолкнула со своего пути мешавшийся нож, тот по инерции несколько раз прокрутился вокруг своей оси в воздухе. Какая разница кто и в кого его швырнул? Самое главное, что он не попадет в меня, а, скажем, улетит во-он в того надувного единорога в бассейне или чью-нибудь силиконовую задницу. В любом случае будет один громкий хлопок и куча истошных визгов!
Так думала я, продрогшая и злая, пробираясь к заветной двери из холла, стуча зубами, проклиная всех вокруг и грея душу лишь мыслью о том, что скоро буду очень далеко отсюда. Пусть уже без золотой броши-хамелеона, но с плащом-невидимкой и уже совсем
Ох, и как же я тогда ошибалась!
Я потеряю все буквально через несколько секунд. Три… два… один…
Я быстро вытащила кристалл, музыка очередью пулемета ударила по ушным перепонкам, все вокруг завертелось и закрутилось в прежнем хаосе. Заветная дверь, ведущая прочь из злополучного темного холла, резко открылась прямо перед моей протянутой рукой и в проеме показался высокий широкоплечий силуэт парня с длинными белокурыми волосами. В то же мгновение что-то блестящее пулей пронеслось мимо моего плеча и с размаху вонзилось… прямо в шею вошедшему. Тот, судорожно хватаясь руками за окровавленное горло, зашатался и, как скошенный золотой колос, быстро рухнул вниз.
Бл-и-и-и-и-и-н! Леон! О нет!
Глава 23. Полный песец
Позабыв обо всем на свете, я упала на колени рядом с ним. Его скосил тот самый проклятый нож, который я лишь легонько оттолкнула от себя, совершенно не удосужившись защитить от него остальных. Это был самый подлый из всех законов подлости! Вот так всегда оно и бывает… Эх, если бы я только не просто оттолкнула от себя этот проклятый нож, но и положила его на паркет!
Лео валялся на полу, обхватив свою шею руками, безуспешно пытаясь зажать рану, из которой на ковер с крупными брызгами быстро хлестала горячая кровь. Блин! Ну почему, почему именно он открыл эту несчастную дверь?!
Я тут же позабыла про свой запланированный побег и склонилась над Леоном, не зная, что дальше делать — для меня перестал существовать весь остальной мир. Он попытался что-то сказать, но закашлялся, захлебываясь собственной кровью.
— Они больше… больше не смогут… тебя отчислить… никогда… — прохрипел Лео, закрывая глаза и задерживая дыхание. Он, как верный гонец, летел на эту вечеринку с единственной вестью, о том, что он подарил мне свой статус «золотого студента», и с завтрашнего дня мне не нужно будет оплачивать свою учебу в Академии. Он хотел преждевременно раскрыть свой секрет о его сюрпризе-подарке на мой День рождения, чтобы помирить нас с Костой. — Я отдал тебе… подарил… свой статус…золотого студента…
— Тиф-хо! Мол-фчи! — кричала я сквозь слезы — мой отмороженный стеклом язык еще не оттаял полностью и потому с трудом поворачивался. Наверное, тоже самое сейчас происходило и с моими замерзшими мозгами. Лео смотрел на меня своими медово-карими глазами, они быстро становились темными и мутными, словно угасающие огоньки жизни. Красное пятно разрослось под его плечами до размера приличной дождевой лужи. — Дерфись!! Лео! Переги силы!
В следующее мгновение по другую сторону от умирающего Леона оказался взмыленный Коста. Он тоже грохнулся на колени рядом с умирающим другом и обхватил свою голову руками — его лицо переполняла невыносимые боль, шок и отчаяние.
— Проклятье! Лезвие полоснуло по его сонной артерии! — в ужасе зашептал Коста сам не зная кому побелевшими от шока губами. Из одежды на парне был лишь небольшой белый фартук с надписью «Зайка-хозяйка», его лямки были стилизованы под длинные пушистые заячьи уши, правда, одно из них было оторвано, а другое — подпалено. Видно, зайка была «так себе хозяйка» — подралась и спалила полбара. Бледные безжизненные губы Лео растянулись в слабой улыбке — то ли от такого «смелого» наряда Косты, то ли потому, что он, наконец-то, увидел нас рядом, в тот редкий момент, когда мы не пытались порвать друг другу глотку.