Фактотум

Буковски Чарльз

Когда у нас появлялись какие-то деньги, мы ходили на рынок. Покупали дешевые мясные обрезки, картофель, морковь, лук и сельдерей. Потом возвращались домой, клали все, что купили, в большую кастрюлю и варили суп. Пока он варился, мы сидели на кухне, слушали, как булькает кипящая вода, вдыхали запахи продуктов — овощей, лука и мяса — и грели себя мыслью, что сегодня у нас будет еда. Мы сворачивали сигареты, курили и забирались в постель, потом вставали и пели песни. Иногда к нам поднимался рассерженный управдом и просил не шуметь, каждый раз напоминая, что у нас большой долг за аренду. Соседи ни разу не жаловались на нас,

когда мы ругались и шумно ссорились, но им не нравилось, как мы поем. I Got Plenty Of Nothing. Old Man River. Buttons And Bows. Tumbling Along With The Tumbling Tumbleweeds. God Bless America. Deutschland uber Alles.Bonaparte’s Retreat. I Get Blues When It Rains. Keep Your Sunny Side Up. No More Money In The Bank. Who’s Afraid Of The Big Bad Wolf. When The Deep Purple Falls. A Tiskit A Taxket. I Married An Angel. Poor Little Lambs Gone Astray. I Want A Gal Just Like The Gal Who Married Dear Old Dad. How The Hell Ya Gonna Keep Them Down On The Farm. If l’d Known You Were Coming I’d A Baked A Cake.

Глава 43

Однажды мне было особенно тяжко с похмелья, и я не смог встать в половине пятого утра — или, если по нашим часам, то в 07:27 и еще полминуты. Я выключил будильник и снова заснул. А спустя пару часов меня разбудил громкий шум из коридора.

— Что там такое? — спросила Джан.

Я встал с постели. Я спал в трусах. Трусы были грязными — у нас не было денег на туалетную бумагу, и мы пользовались газетами, смятыми и размягченными посредством трения, — и у меня не всегда получалось полностью вытереть задницу. Кроме того, трусы были все в дырках и прожженны в тех местах, куда падал горячий пепел с сигарет.

Я открыл дверь и выглянул в коридор. Густой черный дым. Пожарные в больших металлических касках. Пожарные с длинными толстыми шлангами. Пожарные в асбестовых костюмах. Пожарные с топорами. Шум, суета, беготня. Я закрыл дверь.

— Что там? — спросила Джан.

— Пожарная бригада.

— Ага. — Джан укрылась с головой и перевернулась на бок. Я прилег рядом с ней и заснул.

Глава 44

Наконец я устроился на работу на склад автомобильных деталей. На Флауэр-стрит, рядом с Одиннадцатой улицей. Это был склад-магазин, торговавший и в розницу, и оптом — для других дистрибьюторов и магазинов. Для того чтобы устроиться на эту работу, мне пришлось уронить свое человеческое достоинство: на собеседовании я сказал, что считаю работу своим вторым домом. Начальству это понравилось.

Меня взяли приемщиком. И еще я должен был обходить все ближайшие «точки» и собирать необходимые нам детали. Иными словами, у меня была возможность выходить, и я не сидел в здании постоянно.

Как-то в обеденный перерыв я заметил, что один из сотрудников — молодой мексиканец интеллигентного вида, мальчик явно решительный и неглупый — читает в газете расписание сегодняшних скачек. Я подошел и спросил:

— Ты играешь на скачках?

— Ага.

— Можно мне посмотреть газету?

Я просмотрел расписание.

— Малыш Бобби должен быть первым в восьмом заезде.

— Я знаю. Но они не поставили его даже в первую тройку.

— Тем лучше.

— А какие там будут ставки, как думаешь?

— Скорее всего девять к двум.

— Я бы, наверное, поставил.

— Я тоже.

— А когда

начинается последний заезд? — спросил он.

— В половине шестого.

— А мы заканчиваем в пять.

— Не успеем.

— Можем попробовать. Малыш Бобби наверняка придет первым.

— Наш счастливый шанс.

— Может, все же рванем?

— Ну, давай попытаемся.

— Тогда следи за временем. Ровно в пять нам надо выйти.

Без пяти пять мы оба работали в непосредственной близости от задней двери. Мой новый друг Мэнни взглянул на часы.

— Сорвемся раньше на пару минут. Когда я побегу, давай сразу за мной.

Мэнни поставил очередную коробку с деталями на полку, ближайшую к выходу. А потом пулей сорвался с места. Я бросился следом за ним. Мы выбежали в переулок за складом. Мэнни несся, как метеор. Потом я узнал, что он был чемпионом города среди учащихся старшей школы в беге на дистанцию четверть мили. Как я ни старался, я все равно отставал от него на четыре шага. Его машина стояла за углом. Мы сели в машину, и Мэнни завел мотор.

— Мэнни, мы все равно не успеем.

— Успеем.

— Отсюда до ипподрома миль десять. А нам еще надо припарковаться и добежать от стоянки до тотализатора.

— Если я говорю, что успеем, значит, успеем.

— А если придется еще стоять на светофорах?

У Мэнни была неплохая машина, практически новая. И он был хорошим водителем.

— Я играл на всех скачках в этой стране.

— И в Кальенте тоже?

— Да, и в Кальенте. Но там уродские комиссионные. Двадцать пять процентов.

— Я знаю.

— А в Германии еще хуже. Там берут пятьдесят процентов.

— И все равно кто-то играет?

— И все равно кто-то играет.

— У нас берут шестнадцать процентов. Тоже приятного мало.

— Ага. Но хороший игрок свою выгоду получит.

— Это точно.

— Черт, красный!

— Да хрен с ним. Проезжай.

— Только сейчас перестроюсь вправо. — Мэнни резко перестроился в правый ряд и, не сбавляя скорости, проехал на красный сигнал светофора. — Смотри, чтобы поблизости не было полиции.

— Ага.

Я уже понял, что Мэнни — решительный парень. И всегда добивается своего, Если он играет на скачках так же, как водит машину, он просто не может не выиграть.

— Мэнни, а ты женат?

— Вот еще глупости.

— А как у тебя вообще с женщинами?

— Ну так, случаются периодически. Но ненадолго.

— А в чем проблемы?

— Женщина — это работа на полный рабочий день.

А если ты выбираешь профессию, приходится выбирать что-то одно.

— Да уж, женщины отнимают немало душевных сил.

— И физических тоже. Они всегда хотят трахаться, днем и ночью.

— Найди такую, которую тебе самому хочется трахать и днем, и ночью.

— Да, но если ты пьешь или играешь на скачках, они обижаются. Потому что считают, что ты ими пренебрегаешь. Мол, они тебя любят, а ты не ценишь.

— Найди такую, которой нравится трахаться, пить и играть на скачках.

— Кому такая нужна?

Мы уже въехали на стоянку у ипподрома. После седьмого заезда на стоянку пускали бесплатно. На ипподром тоже пускали бесплатно. Но у нас не было программки и таблицы заездов. Тут мог случиться прокол. Если по ходу скачек были какие-то замены, мы бы вряд ли смогли разобраться, какая из лошадей на табло ставок — наша.