Fair Play
Шрифт:
— На данный момент у меня нет никаких требований, господа. Я собрала вас, чтобы проинформировать о своих новых полномочиях. На этом все. Спасибо за внимание, вы свободны.
Пару секунд народ переваривал заявление Мел, а потом все как по команде начали собираться и двигать на выход.
— Коннор, будь добр, задержись, — попросила Мел вежливо, хотя он этого ни капли не заслуживал. Я уважал Мака, как футболиста-профи, отца двоих детей, верного мужа, да и клуб при его правлении процветал не хуже, чем при Уилле. Однако сегодня он упал в моих глазах ниже плинтуса. Не
Ха, так мне вообще нужно благодарить Коннора. Если бы он не был таким твердолобым бараном, Мел не пришла бы ко мне с предложением руки и сердца. Кто знает, простила бы она меня за этот идиотизм с Марией? Конечно, я бы не отступился. Затаился бы на пару месяцев — это да. Благо, подобная тактика однажды уже сработала. Никуда бы она от меня не делась.
— Ну, полагаю, это благородно. Спасибо, дорогая, что освобождаешь меня от обязанностей без свидетелей. Твой разлюбезный муженек не в счет, — прокривлялся Коннор.
Задумавшись, я не заметил, как все ушли, оставив нас втроем.
— Какой же ты мудило, Мак, — не выдержала Мел.
Я в очередной раз с ней согласился. Конечно, Коннор сейчас имеет право чувствовать себя обманутым, преданным, униженным, но при этом мог бы не опускаться до ядовитого сарказма. Хотя о чем я? Несколько минут назад он при посторонних обзывал Мелу дурой и идиоткой, да еще и обнародовал пикантные подробности ее сексуальной жизни. Если Мак сейчас не полезет драться, уже хорошо.
— Окей, миссис Босс. Как скажите, миссис Босс. Может, вы уже отпустите своего тупого хавбека попинать мячик? Или ты меня и из команды выгонишь? — продолжал исходить на говно Коннор.
Мел сделала три глубоких выдоха и на одном дыхании деловито проговорила:
— Нет, Коннор, я не собираюсь выгонять тебя ни из команды, ни из правления. Я всегда восхищалась твоим умением вести дела клуба. Думаю, даже мой папа не справился бы лучше. Неужели ты до сих пор не понял? Я ни за что на свете не буду рисковать Манчестером.
— Тогда к чему все это, Мелли? — Мак совсем растерялся, — Что за ребяческие выходки со свадьбой?
— Это не выходка. Я люблю его, Мак.
Меня словно током шарахнуло. Мы, конечно, обсуждали этот момент, но голос Мел звучал так… искренне. Я на секунду даже поверил, что мои чувства взаимны.
— И единственный, кто ведет себя как ребенок — это ты, — подытожила Мел
Коннор залился фальшивым смехом.
— Да ладно. Даже ты не настолько наивна, чтобы втюриться в Сторма, а потом еще и выйти за него, полагая, что он также бескорыстно в тебя влюблен. Можешь втирать эту чушь Фрэнку, Эмме, команде, прессе, но не мне.
— Да плевала я на то, что
Я побагровел. Коннор — тоже. Сейчас пар из ушей повалит. Кажется, мне-таки начистят лицо. А Мел, как ни в чем ни бывало, развернулась и пошла к двери. Я поспешил за ней, полагая, что сейчас идеальный момент, чтобы закончить встречу. Коннор же был полярного мнения.
— Мелани Спаркс, я не закончил, — рявкнул Мак.
— Зато я закончила, Кони, — жена, не оборачиваясь, вскинула вверх руку, помахав факом. — Увидимся завтра. Надеюсь, ты выпустишь пар и хотя бы при семье не станешь смешивать меня с грязью.
Оставив Коннора давиться собственной желчью, мы вышли из зала и двинулись к парковке. Снова молча. Мел выглядела так, словно по ней проехал бульдозер. Около машины я попытался обнять ее, утешить, но она шарахнулась в сторону, как от прокаженного, бросила мне ключи и уселась на пассажирское сиденье.
Я завел мотор, ненавидя ту стену, которую Мел воздвигла между нами. Она была такой теплой и открытой перед встречей, так обрадовалась машине, так страстно отвечала на мои поцелуи и прикосновения. Да, разговор был не из легких, но неужели она не может пережить все это вместе со мной. Черт подери, я же не против. Я — ее муж, в конце-то концов. «Ненадолго», — тут же подсказал разум, хотя мое сердце робко шептало: «Навсегда».
Не желая и дальше играть в эти игры, я протянул руку и накрыл ладонью коленку Мел. Она дернулась, но не отстранилась. Я сосредоточился на дороге, краем глаза наблюдая, как жена достает телефон и набирает номер.
— Эмма, привет… Я в порядке… Да, совещание закончилось. Твой благоверный — гондон.
Я позволил себе крошечную усмешку.
— Слушай, надеюсь, ты не против, если завтра мы все соберемся у вас? Есть новости… Эээ, как бы так сказать помягче… Я вышла замуж за Майка Сторма.
— ЧТО?!!
Даже я услышал, как Эмма заорала в трубку. Видимо, столько лет в браке с Коннором повлияли не лучшим образом на его милую женушку. И без громкой связи был отчетливо слышен ее ор.
— ТЫ СОВСЕМ РЕХНУЛАСЬ? НЕУЖЕЛИ ТЕБЯ ТАК ТОРКНУЛО ОТ ВАШИХ КУВЫРКАНИЙ НА КОВРЕ? У НЕГО ВОЛШЕБНЫЙ ЧЛЕН, ИЛИ ЧТО? СКАЖИ, ЧТО ТЫ ШУТИШЬ?!! НЕТ, МЕЛ, ТЫ ШУТИШЬ, ДА?
Я не выдержал и расхохотался.
— О БОЖЕ, ЭТО ОН РЖОТ? ТЫ НЕ ШУТИШЬ? — еще громче завопила Эмма.
— Да, это он, — закатывая глаза и позволяя губам изогнуться в ухмылке, проговорила Мел.
— И ЧТО ВО МНЕ СМЕШНОГО? — возмутилась Эмма, снова чуть сбавив тон.
— Так ты орешь, как потерпевшая, тебя и без телефона, наверное, слышно в самом Лондоне. Если бы твой отмороженный на всю голову муженек не опустил мое настроение ниже плинтуса, я бы тоже посмеялась, — объяснила Мел и тут же стала заканчивать разговор. — Давай все завтра… Ливи, Фрэнк, Джошуа… брат Майка… Так надо… Ну все, пока.