Фацелия Райс: сердце дриады
Шрифт:
– Это личное.
– Мы же все сгорим от любопытства!
Меня щелкнули по носу, который вовсе не чесался, и прижали головой к груди.
Прелестный вечер! Магистр не кричал, не возмущался, не допытывался кто, что и по какой причине мне сделал. Его интересовало вообще другое - почему я приняла те решения, какие приняла, и как будущий безопасник может совершить столько косяков в отношении самого себя.
Мне было стыдно, но в то же время непозволительно хорошо. Я слушала сбивчивое биение мужского сердца, его тяжелое дыхание. Мои пальцы касались
От такой мысли в груди болезненно сжалось. Я против воли прильнула к архимагу сильней, и он обеспокоенно спросил:
– Вам все еще холодно?
Мотнула головой, изо всех сил перебарывая слезы. Только этого не хватало! Растечься у его ног сопливой лужицей...
– Райс, посмотрите на меня, - жестко приказал он, а я не могла поднять голову. Он коснулся пальцами моего подбородка, заставляя меня поднять взгляд.
Дверная ручка дернулась. Второй раз, третий. Затем раздалось разъяренное:
– Арден, я знаю, что ты там!
А мы с магистром смотрели друг на друга, утопая в вязком мареве нахлынувшего очарования. Между нами расстояние короткого вздоха. Подайся вперед, на каких-то пару сантиметров, и я сорву долгожданный, жизненно необходимый поцелуй.
– С каких пор двери твоего кабинета для меня закрыты?!
– истерично возопила женщина, разрывая нашу с архимагом связь.
– Я тебя как дура прождала целый час в ресторане, надеюсь, у тебя есть объяснения?!
– Посидите здесь, - хрипло произнес магистр Хейден и усадил меня в кресло. Подхватил со стола кружку с чаем и провел над ней ладонью.
– Выпейте.
Над кружкой взвился пар, пахнуло травами и розмарином. Светлый направился к двери, на ходу застегивая рубашку. Лихорадочный стук оборвался и в комнату ворвался приторно-сладкий аромат духов. Но его обладательницу мягко оттеснили за порог кабинета.
– Не поняла, - обманчиво-ласково.
– Кто там? Арден, с кем ты?
??????????????????????????
– Выйдем, - спокойно произнес он, закрывая за собой двери.
Разумеется, я не слышала ни слова. Даже, если гостье вздумалось колотить посуду, орать как угорелой и обвинять магистра в измене, до меня не долетело бы и звука. Что-что, а полог тишины магистр наверняка ставит уже на бессознательном уровне.
Я обнимала кружку двумя руками, согреваясь ее жаром и теплом травяного чая с нотками лимона и имбиря. Простыла. То и дело шмыгала носом и вздрагивала. Отголоски мороза еще гуляли по телу, хватая то тут, то там ледяными лапами.
Как неловко получилось! Выходит, светлый вернулся ненадолго, чтобы посмотреть наши работы, а тут - я. И на свидание опоздал, а девушка оказалась не гордой, сама к нему пришла. До чего же нелепая ситуация, и я тому виной.
Магистр Хейден вернулся подозрительно быстро. Один и невозмутимо спокойный.
– Простите, что испортила вам вечер!
– поставила кружку на тумбочку.
– Я, честное слово, не планировала
Осеклась, вспомнив про отработку. Я бы уже махала метелкой перед деканом! Лучше уж здесь...
– Где?
– спросил светлый, расстегивая рубашку. Это обыденное действие выбило все мысли из головы. Шелк соскользнул с его сильного тела, открыв моему ослабшему взору слишком многое...
– Где бы вы были, Райс?
– В общежитии, - произнесла заторможенно, насилу отворачиваясь от созерцания мужского великолепия.
– Писала бы доклад, который вам задолжала.
Он усмехнулся.
– Понимаю, это уже наглость, но могу я попросить вас об одолжении?
– Переодевайтесь.
Он протянул мне рубашку.
– Вы снова промокли, смените одежду, иначе простудитесь.
Смотрела на полуголого мужчину, мечту моих грез, и понимала - бежать! В чем мать родила, если понадобится, но бежать, иначе я за себя не ручаюсь. Натворю ведь дел, держусь уже из последних сил!
– Может, вы вызовете мне такси, и я вернусь в академию?
– прошептала умоляющим тоном.
– Пожалуйста...
21
– Такси, - он прокатил слово по языку так, словно я сморозила невероятную глупость. Взял меня за руку и заставил подняться, подвел к платяному шкафу, на внутренней дверце которого зеркало во весь рост и встал за моей спиной, покровительственно накрыв мои плечи ладонями.
– В таком вот виде?
Тьергх меня подери! Волосы всклокоченные, лицо и тело - перемазано черно-золотыми разводами, рубашка промокла так, что облепила тело и сквозь нее отчетливо выделялся мой силуэт. И вовсе, скажу я вам, у меня не прыщики! Особенно сейчас, в таком помраченном состоянии.
– Пожалуй, я и правда переоденусь, - произнесла с хрипотцой, принимая у архимага рубашку.
– Заодно надень вот это, - он достал из выдвижного ящика пару шерстяных носков. Мужских.
– Не по размеру, зато тепло.
– Шерстяные носки, у вас?
– вот чему я рада, так рада. Тут же натянула их на голые ступни и окунулась в блаженное тепло.
Тьергхова шерсть! И это не ругательство. Их шерсть и правда на удивление мягкая. Она идет не только на изготовление артефактов, но и на дорогие предметы одежды. Шерсть ороуса - светлого духа - еще теплее и мягче, но по моральным причинам ороусов добывать запрещено, и разводить в промышленных целях - тоже.
– По роду деятельности часто бываю в горах. Даже архимаги порой замерзают, Райс. Я, все же, живой.
А порой кажется, что из мрамора или гранита.
– Простите, - смутилась и обхватила себя руками, чтобы прикрыть то, что так вульгарно проступало через тонкую ткань.
– Переоденетесь - и в лабораторию. Приготовим антидот, - он по-хулигански коснулся нелепых пятен на моем лице и ушел. А я еще долго ощущала на щеке тепло его чуть шершавых пальцев, и старалась унять трепет в груди.