Эзраэлль. Книга 1
Шрифт:
С этими словами он вышел и хлопнул на прощание дверью. Аж штукатурка посыпалась…
Никаких манер!
Ну, и что мне теперь делать? Эх, Лия – Лия! Ну почему ты так мне не доверяешь?
Что я тебе сделал, чудо мое черноволосое?…
– Ну что, Яна… Надеемся, ты все поняла? Ты должна уничтожить Королеву. Найди ее и убей, как хочешь – но сделай это! Заодно избавься от ее мужа, он тоже представляет для нас нешуточную угрозу. Сроку тебе –
Я в ошеломленном состоянии вышла из кабинета своего начальства. И что мне теперь прикажете делать?! Ведь Лийка – моя подруга! Но… Она – вампир. Убийца, прирожденный и лицензированный! А я… Впрочем, неважно.
И мне надо ее убить. Я должна это сделать. И не могу.
Но я должна! И ее, и Арсения! И я это сделаю. Чего бы это не стоило… Вот только как? Ведь Лийка – бессмертна! Она Королева! Пожалуй, начну с Арсения. Без нее он уязвим, как никогда…
Эй, Лия – Лия! Если бы не твое ребячество, этого бы не было…
Лучше бы меня убили…Мне было бы сейчас куда легче.
– Ну и что мы ждем? – недоуменно поинтересовалась Ада, оглядывая переулок около храма. Было пусто и безлюдно. Темная ночь опускалась бархатным покрывалом на Карнак. Жара к вечеру слегка спала и я стала чувствовать себя получше. Что уж там греха таить – вампиры жару практически не переносят. И я- не исключение.
О, а вот и наш герой – любовник топает! Смурной, наверное, на работе пистон вставили… Я злорадно ухмыльнулась, подала знак Аде и неслышной тенью заскользила вслед за Моней. (Это уже окончательный вариант. Вот так милое, египетское имя переделывают на Russian – лад. Учитесь!)Ада поцокала за мной.
Впереди неожиданно нарисовались трое мужиков самого бандитского вида. У одного в руках отчетливо поблескивал ножик, двое других держали огромные каменюки, которые при желании вполне могли сойти за надгробные плиты. Я поспешно вильнула в сторону и постаралась как можно глубже влипнуть в стенку. Адка стала невидимой.
Один мужик (который с ножом) аккуратно пристроился Моне за спину и приложил лезвие к его сонной артерии. Ласковой коброй прошипел:
– Давай деньги, если хочешь жить, жрец.
Ого! А вот это уже называется рэкет. На пару лет тюряги (" Статья включает вымогательство, преступное нападение на беззащитного человека, угроза холодным колюще – режущим оружием, предположительно ножом… ") потянет запросто! Да его ни один адвокат при всем желании не отмажет! А если еще я в свидетели пойду… Я ностальгически вздохнула, вспомнив родные Люберцы. У нас такие ситуации- привычное дело! Я вечером без газового баллончика и на улицу не выходила…
Пока я предавалась греющим мою кровожадную душу воспоминаниям, события приняли неожиданный поворот. Моня, брыкнув ногой, словно заправский осел (Хорошо хоть, укусить грабителя не додумался! А то мало ли какие у него инфекции…), метнулся в сторону, одновременно разворачиваясь
Мужик, сдавленно стеная (По мне – так больше на вой похоже! Стенать тоже, знаете ли, уметь надо!), стек на землю. Двое других неуверенно переглянулись. Один, поскрипев извилинами, вытащил из "широкой штанины" (А точнее- из – под набедренной повязки… Нет, не то, что вы подумали!) нож. (Да у них тут явный клуб любителей холодного оружия! Уси – пуси, так мы еще и камикадзе? Отлично! А то что – то мне крови захотелось, а у них она должна быть полезной. Злодеи всегда вкуснее и убивать их легче… Шутка.)И злобно прошипел:
– Ну все. Ты доигрался. Прощайся с жизнью, жрец!
Моня слегка переменился в лице, но выдержке не изменил, на сиделку не брякнулся и маму звать не стал. (Молодец! Ценю!)А вот из – за спины бандюги неожиданно послышался ледяной голос:
– А ты, человек, прощайся со своей.
Моня еще сильнее сбледнул, я вся подобралась. Ага, а вот и мой выход! Нефертири…
Так вот откуда у меня эта тяга к позерству! Чайные церемонии – от Алирки, это – от Нефертири. Отлично! Теперь хотя бы знаю, кого в этом винить. Хотя… как говорится, нечего на зеркало пенять, коли рожа крива! Однако ж я отвлеклась…
Бандюга резво обернулся и с глубочайшим неудовольствием обнаружил у себя за спиной меня. Я имею в виду – мое прошлое воплощение. Особой радости ему это милое знакомство явно не доставило, потому что перекосило мужика, как после несвежего кефира. Никакого уважения к дамам!
– О, девушка! А что это вы так поздно ночью одна бродите? Да еще и мужчинам мешаете? А не пойти ли вам отсюда, пока не послали?- хамнул он. Тут уже мои нервы не выдержали и я, высунувшись из своего угла, злобно рявкнула:
– Эй ты, хрен с ушами! Ты какого ляда здесь хлебальник разеваешь свой нечищеный?
Давно мордой об асфальт не возили, козел безрогий?! Тебе чего, стебли на копыта твои кривые никогда не наматывали? А ботом в сопатку давно не получал? Ща все будет!
Урка икнул и тихо окосел на месте. Но не растерялся – швырнул в меня свой ножик.
Промазал, конечно- с его – то косоглазием… Попал в метнувшегося наперерез ножу Моника. Тот тихо всхлипнул, схватился за рану в груди и кучкой холодца осел на землю…
Я рассвирепела. Молниеносно перекинулась в волчицу и с гортанным рыком кинулась на мужика. После моих клыков от него мало что осталось…
Нефертири порвала еще двоих. И кинулась к Моне, на ходу прокусывая себе вену.
Как это знакомо… Я вздохнула. И вздрогнула о неожиданно пришедшего озарения.
Ничего себе! Выходит, Сеньку инициировали так же, как и меня?! Вот так перлы я узнаю!
Пока Нефертири зализывала рану и ожидала пробуждения Мони, я снова сменила ипостась, наскоро привела одежду в порядок и подбежала к ней. Она неожиданно оскалила на меня клыки и зашипела. Ой, она что, решила, что я оборотень? Вот уж глупости!