Ежевика
Шрифт:
Я лихорадочно начала вспоминать, не застряло ли чего у меня в зубах.
— Можешь опустить перед собой зеркальную панель, — сказал он, когда я украдкой пыталась выглянуть в сторону бокового зеркала, приоткрыть рот и стиснуть зубы, чтобы отыскать там лишний предмет. О, и не забыть потереть их пальцем.
— У тебя все в порядке? — побеспокоился он, отрывая взгляд от дороги.
— Все замечательно.
«Только не смотри на меня этими заботливыми глазами», — мысленно умоляла я.
Что же я буду делать,
Всё, Вика, необходимо было сосредоточиться на чем-то другом.
Я потянулась к радиоприёмнику и нажала «плей».
— Не против? — спросила хозяина автомобиля, не глядя на него.
— Не-а, включай.
Салон тот час же заполнился тяжёлым басом и аритмичными звуками. Русский рэп ворвался в нашу атмосферу недоразумения. Глупый набор слов, порой не совсем пристойных, на припеве мелодичный женский вокал, как это обычно принято, и кивок в такт Женькиной головы.
Я цинично выгнула бровь. Погодите. Он, что, серьёзно?
— Ты слушаешь хип-хоп? — не выдержала, спросила, хоть и было очевидным.
— Ага.
— Ясно.
А вот и первое разочарование подоспело. Слава, тебе, Господи... И совершенный Женя был не без греха.
Как-то раньше я не обращала внимания на его музыкальные пристрастия.
Недовольно откинувшись на сиденье, решила, как бы там ни было, все стерплю: утомляющую и бессмысленную музыку, красавца соседа, его тонкий бодрящий аромат, эти сильные руки и пальцы, крепко сжимающие руль.
— Ты еще французский рэп не слышала, — крикнул Еникеев, сбавляя громкость. — У меня разнообразные музыкальные предпочтения. Что нравится тебе?
Мне казалось или мы медленно тянулись оставшиеся пару километров?
— «Slipknot», — ответила не раздумывая.
— «Slipknot», — зачем-то повторил мой водитель.
Чуть погодя как по заказу из той же стереосистемы донесся знакомый кайф бесподобных звуков электрогитары, и раздирающий душу вокал.
— Угадал?
Да-а-а, детка. Врубим рок в этой дыре.
Женька приспустил стекла окон в автомобиле и сделал музыку громче. Остаток дороги мы ехали, наслаждаясь альтернативной музыкой, тяжело гремящей из стереосистемы. Притормозив возле корпуса исторического факультета, мой милый сосед чего-то ждал, окончательно затушив исходящий из колонок музыкальный грохот.
— Ну, я пошла?
Открыв дверь, одной ногой я была уже на улице, а другой все ещё с ним, в его компании, тесном, окутанном его ароматом, помещении. Мне не хотелось покидать эту обитель. Но нужно было.
— Спасибо, что подвез.
Он неопределенно завис на моем выражении лица, скрюченного буквой «зю» тела, а потом произнёс твёрдо:
— Вообще без проблем, Ежевика.
Нахал одарил той самой улыбочкой, сверкнул темными глазками и, как только я закрыла за собой дверь, рванул по газам.
Я
Глава 4. Волонтер
— Ежевская, ты совсем уже страх потеряла? — было очень приветливо слышать от своей лучшей подруги Дианы.
— Что случилось? Меня выгнали из универа? — спросила ее, поправляя лямки рюкзака. Кажется, чего-то не хватало.
Вот, блин! Я забыла у Женьки в машине свой скейт.
— Пока ещё нет. Но препод интересовался тобой.
Мы протискивались по узкому коридорчику здания, в котором учились. Я лихорадочно думала, как же теперь забрать скейт у сердцееда Еникеева.
— Что преподу было нужно?
— Не что, а кто. Ты!
— Господи, я что, знаменитость какая?
— Нет, ты одна единственная, кто не определился с практикой, которая состоится уже на следующей неделе.
— А-а-а, — протянула я, догадываясь, что Женька, скорее всего, остановился в доме, расположенном напротив нашего. Сейчас там проживала его бабушка. Далеко идти не приходилось. Значит, встречи было не избежать.
— Что, а-а-а? — недовольно передразнила Диана.
— Да ничего. Сейчас же найду Андрея Дмитриевича и договорюсь с ним о практике.
— Не договоришься.
— Почему это?
— Ты попала в этнографическую группу.
— Чего?
— Того. Там как раз был недобор. Ну, а я, как твоя подруга, поддержала тебя. Мы будем вместе отрабатывать практику.
Я остановилась перед Дианой и осмотрела ее. Она выглядела как всегда сногсшибательно. Натуральные черные волосы, густоте которым я завидовала белой завистью, карие раскосые глаза всегда светились игривостью и одновременно загадочностью. Мы были внешне с ней схожи: поблескивающий в носу пирсинг, загорелая кожа, мелкие едва заметные татуировки по всему телу. Но меня больше всего привлекала ее душа. Она была искренней, талантливой девочкой, преданным мне человеком. Всегда знала, что, поделившись с ней секретом, моя тайна нигде не всплывет. Однако сейчас она что-то помышляла, ее темные глаза были устремлены за моё плечо, и думала обо мне моя подруга в последнюю очередь.
О, нет. Я знала это отсутствующее выражение на лице — влюблённой дурочки. Не стоило оборачиваться, чтобы узнать, чья фигура двигалась позади меня.
— Он тоже поедет с нами, — заявила она радостно.
Ну, это все меняло.
— Моя подруга говоришь? — я провожала её взгляд, приклеенный к Сергею — студенту второго курса.
Да он был неплох. Коренастый брюнет, очевидно, тягал штангу, но следы какого-либо интеллекта на его смазливом лице полностью отсутствовали. Диана попала в его сети, как и многие девчонки, находящиеся в стенах этого здания.