Ежевика
Шрифт:
— Простила.
— Так, а ну, молчать! — Громкие хлопки в ладоши препода отрезвили толпу, но не успокоили Ингу.
— Ничего страшного не произошло, — Николаев очнулся, немного прозвучал жестко, чем обычно. — Времени ждать, когда прекратятся капризы, нет. Иначе приплывем, когда стемнеет. И палатки придётся ставить в кромешной темноте.
— О чем и речь! — поддержал его Головенчиков.
— Прости, Пашка, но я попытаю свое счастье, — подруга решила под шумок покинуть лодку, не оставляя Шустрикову шанса одуматься. На этот раз Каримова не
У-у-у, попался, попугай.
Ну, дерзай, Диана.
— Мне кажется, или меня только что кинули? — Пашка прищурился, не веря своим глазам. — Два кидалова за весь день и от кого?
Он огорченно покачал головой.
— Да ладно, тебе Паш, хочешь, исправлюсь? Все равно, Евгений предпочитает Ингу. Считай, и меня киданули.
Мы оба наблюдали, как Еникеев и в правду помог сесть девушке в лодку с Николаевым.
— Ошибаешься, — сделал замечание Паша. — И давно у вас это?
— Что давно? — последовал от меня вопрос, когда продолжала сидеть в байдарке и радоваться увиденному.
— Взрывоопасное притяжение?
— Какое напряжение? — прикинулась глухой.
— По-твоему, я слепой или дурак?
— Ни то и ни другое.
— Так вот, давно ты мне изменяешь с ним?
Мои брови поползли вверх в удивлении от прямоты текста вопроса. Затем я улыбнулась и довольная произнесла:
— С детства.
— А-а-а, — протянул друг. — Значит, не изменяешь.
— Не-а.
— Ну-с, удачи.
Сидя на корме байды, Паша довольно ловко для новичка развернулся и присоединился к стае отплывающих от берега байдарок.
* * *
— А давайте, разместим в палатках студентов по парам: мальчик — девочка, — предложил Пашка, когда обе группы собрались на ужин у костра.
— И через девять месяцев жди чуда с переполненной «заочкой», — Николаев старался немного расслабить ситуацию ночной походной жизни после напряженного на события дня. — Это все, конечно, хорошо, но давайте без «давайте». Размещаемся по два человека в палатке одного пола.
— А это не менее опасно, — заметил смелый Шустриков, и смех догадок прокатился по составу практикантов.
Сегодня вечером всем досталась гречневая каша с тушенкой. Практиканты ели с превеликим аппетитом, поскольку заметно проголодались.
О себе я молчала. Усталость навалилось сразу же, как только присела у костра. Все тело ныло, особенно руки ломило с непривычки так, что не было сил терпеть и пришлось принять обезболивающее. Мне и еще нескольким девчонкам выпало счастье готовить кашу из топора. Волонтёрша и не думала нас кормить, её заботила собственная внешность и палатка с комфортом, где она отсиживалась, пока все вкушали дары природы.
В душе то и дело, плясал дикий внутренний ор от ее поступков и образа.
Такая была интересная, ей-богу. Приплыла с надувным спальным матрасом,
С таким успехом она могла оставаться у себя на родине. Зачем перлась, спрашивалось, в такую-то даль? Ради Жени — ответ был очевидным.
Еникеев, как и все студенты, сидел в кругу напротив, ужиная молча. Несколько раз взглянул на меня с немым вопросом в глазах, и не получив никакого воздушного ответа, уткнулся обратно в тарелку. Мы практически не разговаривали, когда плыли к ночлегу на байдарке. Не знаю, о чем думал он, лично я мысленно благодарила его за то, что вернулся в лодку со мной. Означало ли это, что я не была ему безразлична, как мне казалось? После почти поцелуя, я что-то да значила для него.
— Озеро здесь достаточно чистое, чтобы использовать воду в своих целях, — докладывал Андрей Дмитриевич, пока все прожевывали пищу.
— Вы уже были здесь? — спросил его кто-то из практикантов.
— Да, года два назад с третьим курсом. Но нам пришлось вскоре покинуть это место.
— Почему?
Все активно работали ложками, постукивая по тарелкам.
— В этой местности водятся волки, медведи? — весело предположил парень Егор из второй группы.
— Нет. Жители деревни оказались недружелюбными.
Замечательно.
— С чего бы это?
— Не понравились мы им.
— Угрожали?
— Среди населения существует какое-то поверье о влюбленной молодой паре, которая должна была принести в деревню настоящую любовь, а вместе с ней и новую жизнь. Точно не помню. В общем, никто во время практики не сошёлся в симпатии друг к другу, и они попросили нас съехать.
— Очень интересно.
Мы вновь с Женей одарили друг в друга взглядами, но я тут же опустила глаза в тарелку.
— Недалеко отсюда есть деревня. Жителей там было раз-два и обчелся. Не знаю, живет ли до сих пор та знахарка, которая тогда обещала навести порчу, если мы не уедем.
— Да, ладно и вы повелись?
— Нет, конечно.
— А почему тогда уехали?
— Нас атаковала череда неприятностей: кто-то сломал руку, у кого-то нога застряла в капкане в лесу, кое-кому вообще не повезло.
— Что случилось?
— Даже не знаю, рассказывать или нет, — Николаев оттягивал момент, вызывая у присутствующих больший интерес. Я затаила дыхание. — Всем известно, что здесь водятся клещи. Так вот, будьте осторожны.
Ой, напугал ежа голой жо...
— Парня прооперировали, но осадок остался, — продолжил препод.
— Хорошо, что у него вообще остался, — с нездоровым весельем дополнил историю всезнающий Головенчиков, доедая свой ужин.
— А то, что? — не отставал с вопросами Егор, и все замерли в ожидании ответа.