Эйсид-хаус
Шрифт:
Рассказы
Ствол
– Отличное рагу, Мардж, – заметил я, лихорадочно сглотнув, и снова набил рот; овощи и вправду удались.
– Рада, что тебе понравилось. – Она протерла очки, и ее лицо расплылось в снисходительной улыбке; Мардж, вне всяких сомнений, красивая женщина.
Мне очень понравилось, а вот Лиза размазала еду по всей тарелке и презрительно поджала нижнюю губу.
– Неужели тебе невкусно, Лиза? – поддразнила ее Мардж.
Ребенок
Глаза Гэри вспыхнули. Маленькая Лиза приклеилась взглядом к тарелке.
– О! Да ты, черт возьми, должна уминать за обе щеки, девочка! – свирепо рявкнул он.
Лизу от его слов перекосило, как от пощечины.
– Да ладно тебе, Гэри. Не хочет есть, и не надо, – примирительно рассудила Мардж.
Гэри перевел взгляд на жену. Воспользовавшись паузой, Лиза выскользнула из-за стола и ушла в свою комнату.
– Куда, как ты думаешь… – начал Гэри.
– Ох, оставь ее в покое, – фыркнула Мардж.
Гэри, вспыхнув, замахал вилкой как бешеный:
– Я говорю одно, ты другое. И не стоит, блядь, удивляться, что меня не уважают в моем собственном чертовом доме!
Мардж робко пожала плечами. У Гэри был крутой нрав, и он действительно взвинчен с тех пор, как вышел из тюрьмы. Он повернулся ко мне, требуя понимания.
– Видишь, как оно, Джок? Каждый раз, твою мать! Обращаются со мной так, словно я невидимка хренов! В моем, блядь, собственном доме. Мой собственный ребенок, мать его так! Моя собственная жена, черт возьми. Господи боже, – простонал он, насмешливо указывая на Мардж.
– Не бери в голову, Гэл, – сказал я. – Мардж устроила нам натуральный пир. Все просто объедение, Мардж. Это не беда Лизы, что ей не понравилось, но ты же знаешь – дети… У нас разные вкусы, пусть цветут все цветы.
Мардж одобрительно улыбнулась. Гэри же пожал плечами и, нахмурившись, уставился в пространство. Мы доели обед, прерывая жрачку сдержанными ритуальными беседами; прикинули шансы «Арсенала» на чемпионство в следующем сезоне, обсудили сравнительные достоинства нового продуктового «Ко-оп» в далстонском торговом центре и привычного «Сейнсбери» через дорогу, установили возможное происхождение и сексуальную ориентацию нового управляющего в «Мерфис» и бесстрастно взвесили все «за» и «против» открытия местной железнодорожной станции Лондон-Филдс, закрытой много лет тому назад после пожара.
Наконец Гэри отодвинулся от стола и рыгнул, затем потянулся и встал.
– Отличная хавка, девочка, – сказал он успокаивающе. И повернулся ко мне: – Ты сыт?
– Да, – ответил я, поднимаясь.
Гэри уловил немой вопрос на ироническом лице Мардж.
– Мы с Джоком должны поговорить немного о делах, вот так.
Мардж вся напряглась и озлобилась:
– Ты же не собираешься воровать снова, а?
– Я же сказал тебе, что не собираюсь, говорил же! – агрессивно парировал Гэри.
Воинственно прищурившись и скривив рот, она встретила его взгляд:
– Ты
– Я не ворую! Джок! – воззвал он ко мне.
Мардж устремила на меня свои большие просящие глаза. О чем она меня молила – чтобы я сказал ей правду или то, что она хотела услышать? Гэри обещал. Неоднократно обещал, неоднократно нарушал обещание. Независимо от того, что я скажу ей на этот счет, она снова будет обманута – Гэри или каким-нибудь другим чуваком. Для некоторых людей неизбежны определенные виды разочарований.
– Теперь это железно. На все сто, – улыбнулся я.
Моя бредятина была достаточно убедительна, чтобы вернуть доверие к Гэри. Напустив на себя вид оскорбленной невинности, он выдал:
– Вот. Ты, девочка, получила достоверную информацию из самых что ни на есть первых уст.
Гэри пошел наверх взять бабки. Наконец Мардж печально покачала головой:
– Он беспокоит меня, Джок. Раньше он не был такой взвинченный и грубый.
– Он волнуется за тебя и за ребенка, Мардж. Это Гэл; его постоянно терзают какие-то опасения. Это в его природе.
Нас всех терзают какие-то блядские опасения.
– Ты готов или что? – Гэри высунул голову из-за двери.
Мы отправились в «Тэннерс». Я сел в задней комнате, и Гэри последовал за мной с двумя пинтами. Он медленно, очень сосредоточенно поставил их на полированный стол. Глянул на пинты и мягко сказал, качая головой:
– Проблема не в Уитворте.
– Он, черт возьми, проблема для меня. Две, блядь, штуки стоят проблемы.
– Ты не сечешь мой базар, Джок. Не он проблема, так? Это ты, – его вытянутый палец решительно уперся в меня, – и я, – продолжил он, ткнув им себя в грудь. – Долбаные мудозвоны. Мы можем забыть об этих башлях, Джок.
– Какого хрена…
– Уитворт будет вешать нам лапшу на уши, дурачить, избегать нас, пока мы просто не заткнемся в тряпочку, как два хороших маленьких мальчика, – язвительно улыбнулся он. Голос его звучал холодно, веско, неумолимо. – Он не воспринимает нас серьезно, Джок.
– Так что ты предлагаешь, Гэл?
– Либо мы забудем об этом, либо заставим его воспринимать нас серьезно.
Я прокрутил его слова в моей голове как пластинку, проверяя и перепроверяя их в поисках скрытого смысла – скрытого смысла в реальности, который я немедленно признал.
– Так что же будем делать?
Гэри глубоко вздохнул. Странно, что он теперь такой спокойный и обстоятельный, если сравнить с его раздраженным состоянием за обедом.
– Мы заставим ублюдка воспринимать нас серьезно. Преподадим ему урок, нахуй. Научим его проявлять немного уважения, вот что.
Свой план Гэри изложил предельно ясно. Мы вооружимся и заявимся к Уитворту в его хаггерстонскую квартиру. Затем выбьем из него все дерьмо, какое только возможно, прямо на пороге и назначим последний срок для выплаты денег – наших денег.