Эйлирия. Мужья Виолетты
Шрифт:
— Ничего. Пусть она влияет на кого угодно, но не на меня, — твёрдо сказала я, решив, что не отступлю, даже если это было опрометчиво.
Когда лекарь закончил, он выставил счёт, что меня немного удивило. Оказалось, что дрон лечат бесплатно, а вот дроинов — только за деньги. Лечат в основном фаворитов или тех, кого дроны считают своими любимыми «игрушками», если те уже сильно пострадали в играх. Дроины могли обратиться за лечением и сами, если не были женаты, но это тоже стоило денег.
Лекарь внимательно посмотрел
— На нём нет браслета. Я не очень понимаю, может ли он пойти к себе домой или дрона его не отпускает.
— Ему надо отдохнуть, чтобы восстановиться, — добавил он, явно не ожидая, что я как-то вмешаюсь.
Я кивнула и сказала:
— Я непременно прослежу за этим.
Лекарь одарил меня таким неодобрительным взглядом, что я сразу поняла: он решил, что это я избиваю дроина. Я стиснула зубы, подавив раздражение, и отошла от кушетки.
Когда мы покинули дом лекаря, дроин стоял у двери, выжидая распоряжений. Я подошла к Кейзу и тихо спросила:
— Если он уйдёт к себе домой, Рина его снова заберёт?
Кейз кивнул, опустив взгляд.
— Да. Этот дроин находится в «особой любви» у Рины. Пару лет назад он ей не угодил, и она сделала его низшей категорией. С тех пор не прекращает издеваться над ним.
Я сглотнула, борясь с гневом, который рос внутри меня. Этот мир с его правилами становился всё более диким с каждой минутой.
— Хорошо, — сказала я твёрдо. — Он пойдёт с нами.
Дроин, который слушал нас с угрюмым видом, злобно сверкнул своими каштановыми глазами, но ничего не сказал. Он всё ещё выглядел слабым и покачивался, но послушно пошёл за нами.
Лис поддержал его, чтобы он не упал. Мы медленно двинулись вперёд, а я всё ещё осмысливала то, что узнала. Даже не зная, что ждёт нас дальше, я была уверена в одном: этот дроин не вернётся к Рине.
— А вот и наш дом, — сказала я, улыбнувшись, когда увидела здание, очень похожее на то, что мы выбрали. Мои мужья тоже были довольны, но раненый дроин, казалось, ещё больше замкнулся в себе, словно готовился к худшему.
Когда мы вошли внутрь, я поразилась его величине. Дом был огромным по сравнению с квартирой Каира или хижиной, в которой мы ночевали. Мы уже успели заказать услугу обставления кухни, одной гостиной, а также немного мебели для главной спальни и кровати в пять спален для мужчин. Больше пока ничего, но гостиная выглядела уютно.
Мы все расположились в этой гостиной. Я устроилась на диване и, без лишних слов, потянула Каира за собой. У меня болели ноги, и он принялся аккуратно их разминать, пока я откинулась на спинку дивана. Почему-то это вызвало ещё большее недовольство в глазах нашего «гостя». Он смотрел на меня с таким презрением, что это было почти осязаемо. Хотя… может, действительно выглядело неоднозначно.
Кейз сел в кресло напротив, а Лис продолжал поддерживать дроина,
Дроин сел, но я заметила, как его лицо слегка перекосило от боли, когда он прислонился спиной к дивану.
— Сядь так, чтобы тебе было не больно и удобно, — велела я, глядя на него.
Он взглянул на меня так, словно был диким зверем, готовым наброситься. Но, скрипя зубами, выполнил мой приказ. Его лицо заметно расслабилось, когда он нашёл более удобное положение.
Лис сел с другой стороны от меня. Мои мужья вели себя слишком формально, словно вернулись в своё «кукольное» состояние. Я осознала, что даже перед чужим дроином они продолжают притворяться. Это начинало раздражать.
Я повернулась к раненому дроину и, стараясь смягчить голос, спросила:
— Как тебя зовут, дроин?
Он вновь сверкнул глазами, словно мой вопрос был издёвкой, но всё же ответил:
— Арн.
— Арн, ты работаешь? — спросила я, глядя на него.
Он слегка удивлённо посмотрел на меня, но не успел ответить, как вмешался Каир.
— Вета, у него нижняя категория, как и у меня. Он не может выбирать работу.
Я заметила, как в глазах Арна мелькнуло недоумение. Его взгляд явно выражал вопрос: как у моего мужа может быть нижняя категория? Я проигнорировала это, решив не вдаваться в детали.
— Значит, по факту он ничем не занят? — уточнила я.
— Ну, может быть ничем не занят, если никто ему ничего не поручит, — объяснил Каир. — Но тогда и денег на еду у него не будет.
— Логично, — кивнула я.
— Значит так, Арн, — начала я твёрдо, глядя ему прямо в глаза, — ты пока поживёшь с нами. Пока я не решу, что с тобой делать.
Он чуть приподнял бровь, но промолчал, явно не зная, как реагировать на такую новость.
Я резко повернулась к своим мужьям и, нахмурившись, сказала:
— А вы? Вы все собираетесь отмерзнуть или как? Мы же договаривались, что дома такого поведения не будет!
Каир, Лис и Кейз переглянулись, смущённые моим выпадом. Каир быстро опустил голову, Лис сдержанно улыбнулся, а Кейз только покачал головой, явно понимая, что попал под раздачу.
— Прости, Вета, — пробормотал Каир, неловко потирая затылок. — Мы просто не привыкли…
— Привыкайте, — перебила я его. — Дома мы — семья, а не какие-то молчаливые куклы. Так что давайте начнём себя вести нормально.
— Да и мы не совсем одни, — заметил Кейз, намекая на Арна, который сидел напротив нас, словно не знал, что делать.
Я закатила глаза, раздражённая тем, что мне приходилось всё это проговаривать. Обернувшись к Арну, я строго сказала:
— Тебе запрещено рассказывать кому-либо за пределами этого дома всё, что ты тут увидишь или услышишь. Ни письменно, ни устно, ни даже мысленно. Понял?