Эйгор. В потёмках

Кронос Александр

Не очень приятно, но это всего лишь баллы, на которые мне пока глубоко наплевать. Тонфой, снова впавший в меланхолию, лениво интересуется.

— Он действительно может погибнуть? Этот ваш Хенрик.

Лицо Ральфа снова озаряется яростью и он резко разворачивается к Кансу. Но сбавляет обороты, поняв, что напротив него стоит сын «хёрдиса».

— То, что вылезло из этой комнаты, можно назвать подобием «живокаменного голема», которые использовались в Войне трёх императоров. Только этот был создан на основе мага, а не обычного солдата. Студента, чья психика полыхала

от приступа мощного страха. Судя по докладу целителей, в итоге получилось нечто, похожее на «пожирателей разума», только в толстой каменной броне. И он успел начать поглощение сознания бедного Хенрика. Пока неизвестно, получится ли сохранить ему жизнь!

Канс, допивает вино в своём бокале и чуть заинтересовавшись, спрашивает.

— Если вы всё знаете об этих тварях, почему Хенрик не смог защититься?

Сбоку мне хорошо видно, как кривится наш куратор.

— Потому что… Это не ваше дело, яйца рицеров! Отправляйтесь по своим делам!

Выпалив последние фразы, парень разворачивается и быстрым шагом удаляется, скрывшись в одном из коридоров. Проводив его взглядом, Тонфой пожимает плечами и посмотрев на пустой бокал, поворачивается к нам.

— Теперь мы можем пойти выпить?

Интерлюдия 3

— Таким образом наш контакт в Хёнице, с высокой долей вероятности мёртв. Что самое интересное — по некоторым данным, в его убийстве принял прямое участие тот самый юноша, который нас интересует.

Плотный мужчина в костюме тройке поднимает руку с сигарой и спустя секунду выпускает облако ароматного дыма, заволакивающего пространство над столом, за которым сегодня собрались трое аристократов. Один из них — худощавый парень в щёгольском камзоле, недовольно морщит лицо и откидывается в кресле, отстраняясь от дыма.

— Маркиз, при всём уважении, вы не могли бы затушить сигару? Что касается вашего человека в Хёнице — вы уверены, что его убил именно тот, кто нам нужен?

Хозяин кабинета, которого он назвал маркизом, ухмыляется.

— Я же не прошу выгнать из кабинета вашу «массажистку», когда посещаю ваш родовой замок? Хотя отвлекает она куда больше, чем табачный дым. Интересующий нас юноша, не то чтобы убил преподавателя сам, но точно создал обстоятельства, которые к этому привели.

Третий участник небольшого собрания, уловив атмосферу начинающейся ссоры, спешит её предотвратить.

— Думаете, он сделал это намеренно? Вычислил и ликвидировал нашего агента? С отсутствующей памятью?

Худощавый аристократ, продолжающий разглядывать хозяина кабинета, кривит губы.

— Напомните, почему мы так уверены, что это на самом деле принц? Только на основании скупых косвенных данных? У нас до сих пор нет точного подтверждения, что это на самом деле Кирнес Эйгор. Возможно, мы просто тратим своё время и ресурсы, впустую.

Хозяин кабинета выпускает ещё один клуб дыма и усмехается.

— Господин Релье, мы же обсуждали это много раз. Он прибыл в Хёниц под видом бастарда графа Вайрьо, но при этом выехал на поезде из столицы. Его сопровождающий — некий

капитан Мойрниц, якобы офицер седьмого корпуса, в отставке. Мы проверили оба этих факта — у графа нашлось сразу семь незаконных детей. Более того — есть и женщина, которая сейчас играет роль матери Орноса. Вот только никто кроме самого графа и его прислуги не может подтвердить, что у неё действительно был ребёнок. Мои люди не нашли ни одного постороннего человека, который видел бы его. Что согласитесь, весьма странно.

Отложив сигару, берёт в руку бокал хирса и продолжает.

— Мойрниц же, по документам действительно числился в седьмом корпусе. Но там, опять же, не нашлось никого, кто бы видел его в лицо. Ничего не напоминает? Кто-то на ходу создавал легенду, задействовав графа, который был сослуживцем регента и связан с ним прямой вассальной присягой. А Орнос Вайрьо по своему телосложению — один в один, как Кирнес. Лицо, понятное дело, ему изменили — это дело несложное. Но перебрасывать разум в новое тело не стали.

Щёголь делает глоток из своего бокала и слегка наклоняет голову набок.

— Позвольте напомнить, всё это началось с одной единственной утечки из дворца — слуха о том, что Кирнес Эйгор выжил и потерял память. Источник которой, достоверно неизвестен. Да, совпадений много, но мы с вами можем подгонять факты под удобную для себя теорию. Будет очень обидно узнать, что на самом деле это сын северного графа, который нам совсем ни к чему.

Маркиз со стуком опускает бокал хирса на стол и чуть наклоняется вперёд, явно готовясь сказать что-то резкое. Его опережает третий мужчина.

— Господа, хватит! На земли Оттефера и Скорса введены войска. Страна на грани новой гражданской войны. И если она начнётся, а у нас с вами не окажется козыря в рукаве, то виноваты в этом будем исключительно мы сами. Релье — ты можешь на время забыть о своём презрении ко всем, кто ниже тебя по титулу? Маркиз Ценхор — единственный, кто располагает агентурой в Хёнице. В этом он преуспел намного больше нас. Как и в построении своей агентурной сети на территории империи. Не будь её — никто и не заподозрил бы наследника престола в скромном северном бастарде.

Аристократ, облачённый в изысканный камзол недовольно хмурится.

— Право, вы меня обижаете Герноф. Я одинаково презираю и ненавижу всех людей, невзирая на их титулы. Но вы правы — на время нашего союза мне придётся сдерживаться. И если вас это утешит, знайте, что вы оба входите в число тех, кто не вызывает у меня желания немедленно начать убивать.

Ценхор расплывается в деланной улыбке.

— Приятно знать, Экл. Примите к сведению, что всех остальных, ваша персона тоже не слишком радует — тут ваши чувства по отношению к иным людям, полностью взаимны. Но хёрдис Кеннот прав — у нас нет времени на пустые препирательства. У вас двоих есть свои армии и вассалы. У меня же — информация, собираемая из всех уголков Норкрума. Заполучив наследника престола, мы с вами можем оказаться на самой вершине — не думаю, что стоит упускать такую возможность из-за наших скверных характеров.