Европейское турне
Шрифт:
— Алекс, — сопровождаемая запахами ванили и пачулей [12] , выплыла из своих комнат полная хозяйка пансиона, — здравствуй. На твоё имя груз по почте пришёл. Я велела перенести его в твою комнату, всё-таки личное. Но смотри, в подвале место есть.
— Благодарю, фрау Шпек, — слегка поклонился Алекс немолодой даме, поспешив к себе, — посмотрю сперва.
Почты и правда много, занято едва ли не полкомнаты. Дюжина здоровенных чемоданов, ящики… по большей части архивы. Несмотря ни на что, Фокадан
12
Растения, из которых делаются эфирные масла.
Разбор вещей занял время до самого вечера. Разумеется, вначале письма от друзей и приятелей — Фред, Патрик, Кейси, ребята из ИРА и Кельтики. Некоторые писали целыми тетрадями, вываливая на бумагу свои мысли, чаяния и надежды.
Фред с женой едва ли не по часам описывали жизнь Кэйтлин, и эти страницы Алекс жадно перечитал дважды, с трудом подавив тоску по дочке. Отчёты о вложенных в земельные участки деньгах от Фреда, отчёт от управляющего, вырезки из газет с собственными комментариями от Патрика, экономические выкладки о ситуации в КША от Кейси.
Ли прислал короткий, довольно-таки формальный расклад по ирландцам, давая понять, что в КША Фокадана помнят и уважают, но возвращаться не стоит. Не в ближайшие годы.
С Борегаром история отдельная: несмотря на значительную разницу в возрасте, они как-то сдружились. Не то чтобы близко, но хорошими приятелями можно назвать. Сошлись на почве военного искусства и инженерного дела.
Письма от Ле Труа…
Раздался стук в дверь и голос горничной произнёс неуверенно:
— Господин Смит, вы ужинать-то пойдёте?
— Вот это я зачитался, — ошарашено пробормотал попаданец, глянув на настенные часы, — несколько часов как вылетело. Да, Марта, сейчас иду!
Запоздалое переодевание из уличной одежды в домашнюю получилось прямо-таки квестом. Чемоданы и коробки, частично разобранные, заняли всё свободное пространство в небольшой комнатке, где помещалась только кровать, шкаф, письменный стол с двумя стульями, вешалка и умывальник. Пришлось даже переставлять груз, чтобы протиснуться.
— Будто в тетрис играю, — хмыкнул парень, переставив очередной чемодан.
Умывшись и переодевшись наконец, спустился к столу. Пансион, где он снимал комнату, славился кухней и нелюбопытной хозяйкой.
— Как всегда, великолепно, — без тени лести констатировал минут сорок спустя, утирая салфеткой рот и вставая из-за стола, — фрау Шпек, у вас есть ещё одна свободная комната? Помню ваши слова про подвал и очень благодарен. Но это архивы, и хотелось поработать с ними в нормальных условиях.
— Фридлянд через три дня съезжает, это если комнату рядышком хотите, — отозвалась хозяйка после короткого колебания.
— Благодарю, фрау, полностью устраивает.
После ужина Алекс разбирал уже личные вещи, закинув большую часть чемоданов на кровать, дабы освободить немного места. Одежда, оружие, копии наград… Оригиналы остались
Барахла оказалось неожиданно много, и ведь лишнего ничего нет. Одежда и обувь надлежащего качества шьются ныне на заказ и стоят очень недёшево. Правда, качество соответствующее. Оружие… куда без него прошедшему войну офицеру? Да, многовато, зато на все случаи жизни.
Вместе с наградами запакованы всевозможные памятные вещички, дагерротипы [13] Кэйтлин, друзей и приятелей.
— Алекс, — раздался голос домохозяйки, — у вас дверь…
Внимание фрау Шпек привлекли разложенные на столе награды, глаза женщины округлились, рот некрасиво приоткрылся.
— Вы… вы Фокадан!
Глава 2
— Так получилось, — в который раз повторил Алекс домохозяйке, осторожно ставя на стол фарфоровую чашку с остывшим кофе, — пришлось покинуть Конфедерацию по ряду причин.
13
Прообразы современных фотографий.
— Большая политика, — прикрыв глаза, сказала фрау Шпек с мечтательным выражением на обрюзгшем лице, и тут же опомнилась, — вы не подумайте ничего такого! Это так, обычное женское любопытство, уж простите меня, полковник Фокадан! В моём пансионе разные люди останавливались, и никогда я не позволяла себе обсуждать их жизнь с посторонними.
— Понимаю, фрау. Копите драгоценные воспоминания, — с серьёзным видом процитировал попаданец популярную среди домохозяек книгу, позаимствованную недавно у хозяйки на случай бессонницы. Книга оказалась отменным снотворным, но по диагонали её всё же просмотрел, дабы лучше разбираться в мышлении современников.
— Да, вы понимаете! Но вот когда покинете пансион, могу ли я надеяться…
— Разумеется, фрау Шпек, — не вставая со стула, Алекс слегка поклонился, — Буду счастлив оставить лучшие отзывы о вашем пансионе и разумеется, совместные дагерротипы.
Беседа с женщиной затянулась до позднего вечера. Ну как беседа… монолог фрау Шпек, в котором женщина рассказывала Алексу его же официальную биографию, раскрашенную собственными домыслами. Попаданцу оставалось поддакивать и время от времени поправлять пожилую немку, когда та очень уж завиралась.
Как ни странно, ситуация ни капельки не раздражала. Напротив, повеяло чем-то домашним: добрая половина подруг матери такие же. Всегда готовы сунуть нос в чужую жизнь, но крайне редко информация уходила на сторону. Им важнее чувствовать себя причастными к некоей Тайне, к секретам. Если информация и всплывала потом, то годы спустя, в узком кругу таких же посвящённых.
— Резче, Алекс, резче!
Попаданец взвинтил темп, чуть оскальзываясь на дощатом полу и заставляя противника делать ошибки, что привело к закономерному результату. Удар тростью, ещё удар! Противник повержен!