Европа судит Россию
Шрифт:
Российская промышленность оказалась на грани исчезновения, производя крайне мало и лишь самую примитивную продукцию. Металлургия могла обеспечить каждое крестьянское хозяйство России лишь 64 граммами гвоздей ежегодно. Если бы уровень развития промышленности сохранился и впредь на таком уровне и в будущем, то крестьянин, купив плуг и борону в 1920 году, мог бы рассчитывать приобрести себе эти предметы еще раз только в 2045 году. Новая зерноочистительная машина могла быть приобретена лишь через 500 лет. Грандиозный крах промышленности усугубил традиционные трудности российского сельского хозяйства. Неурожай, обычный для России и постигший ее в 1921 году, был усугублен общей хозяйственной катастрофой. Начался голод среди 30-миллионного населения Поволжья.
В то же время завершение трехлетней Гражданской войны не принесло окончательного мира на земли, находившиеся в составе России к 1914 году. Дальний Восток все еще находился в руках иностранных интервентов и их белых союзников. Хотя правительство РСФСР установило дипломатические отношения с новыми государствами, образованными в Прибалтике, Финляндии, Польше, Грузии и Армении, отношения с ними были напряженными, так как они при поддержке западных держав проводили антисоветскую политику, а некоторые из них предоставляли свою территорию для белых отрядов, совершавших набеги на Советскую страну.
В центральной части Европейской России, на Тамбовской земле, с августа 1920 года бушевало крестьянское восстание, возглавлявшееся эсером А.С. Антоновым. В марте 1921 года начался умело спровоцированный и хорошо организованный мятеж на базе Балтийского военно-морского флота в Кронштадте.
Кронштадтский мятеж и восстание крестьян в Тамбовской области были жестоко подавлены, в Грузию и Армению вошли части Красной армии, установившие там советскую власть, белые отряды, атаковавшие приграничные земли из Финляндии и Польши, были разбиты, а 25 октября 1922 года советские войска вступили во Владивосток, завершив освобождение Дальнего Востока от японских интервентов и их белых союзников. (Лишь Северный Сахалин до 1925 года находился в руках Японии, а вплоть до 1923 года по Якутии бродили белые отряды Пепеляева.)
Однако, пожалуй, самым широким и тяжелым фронтом третьей Гражданской войны 1920-1922 годов стала сельская местность всей страны, в которой крестьяне перешли к активному вооруженному сопротивлению советским властям, проводившим продразверстку. Выступая на X съезде РКП(б), ответственный за продразверстку в масштабах России нарком продовольствия А.Д. Цюрупа говорил: «Везде деморализация, дезорганизация и прямое истребление нашего аппарата… Только на украинском продовольственном фронте погибло 1700 заготовителей». В Сибири «благодаря полной деморализации аппарата, арестам ревтрибунала, убийствам и бандам потерян всякий темп работы… Ответственные и технические работники окончательно растерялись, местами бегут с работы, и никакими угрозами вплоть до немедленного расстрела не удержать на месте… С одной стороны, повстанцы убивают, а с другой стороны – расстреливают в порядке советском». Цюрупа так объяснял отчаянное сопротивление заготовителям: «Из-за резкого уменьшения производства хлеба всё, что мы должны получить для нужд и для удовлетворения потребностей пролетарских центров и голодающей России, всё должно быть взято из обычной нормы потребления крестьян… Отсюда проистекает такой вывод, что никто не позволит без сопротивления, активного или пассивного, вырвать у себя кусок изо рта».
К этому времени в РКП(б) проявились острые разногласия относительно того, как найти выход из отчаянного положения. Победа в предыдущих гражданских войнах убедила многих коммунистов во всесилии военных методов управления. Считая, что эпоха мировой революции займет немалое время, многие большевики, которые сформировались как государственные руководители в годы гражданских войн, рассматривали военное состояние общества как нормальное. Выступая на IX съезде партии (1920 г.), Н.И. Бухарин призывал: «Мы так построим свою собственную партию, что мы являемся самой милитаризованной организацией, которая когда-либо существовала; ведь наша партия есть военная организация почти в буквальном смысле слова».
Такие же взгляды разделял и Троцкий. В своем выступлении
Эти суровые заявления воплощались в практику. Троцкий стал проводником идей милитаризации Советской страны. По его инициативе создавались «трудовые армии», а профсоюз транспортных рабочих (Цектран) был превращен в организацию с военной дисциплиной, предусматривавшей наказания за ее нарушения в виде арестов и принудительных работ до 6 месяцев. «Трудовые армии» активно использовались на восстановительных работах, а заявления о милитаризации жизни поддерживались как дань создавшейся обстановке.
Однако милитаризация труда была подвергнута острой критике Лениным и его сторонниками в ходе так называемой дискуссии о профсоюзах, состоявшейся накануне X съезда РКП(б). Съезд отверг милитаризацию труда, а Троцкий, Бухарин и их сторонники потерпели на съезде поражение. Одновременно Ленин выступил за отказ от проводившейся до сих пор политики «военного коммунизма». В своем выступлении на X съезде Ленин заявил: «Мы слишком далеко зашли по пути национализации торговли и промышленности, по пути закрытия местного оборота. Было ли это ошибкой? Несомненно». Ленин объявил о замене продразверстки продналогом. Он говорил: «Удовлетворить мелкого земледельца… можно двумя вещами. Во-первых, нужна известная свобода оборота, свобода для частного мелкого хозяина, а во-вторых, нужно достать товары и продукты». Так началась новая экономическая политика, или нэп.
В соответствии с решениями X съезда партии 17 мая 1921 года декретом Совнаркома была частично денационализирована мелкая промышленность и сохранены в частной собственности предприятия, которые не были еще национализированы. Декретом от 24 мая 1921 года была разрешена частная торговля, а также различные формы государственного капитализма в виде концессий, аренды и смешанных обществ. Частичное восстановление рыночных отношений дало мощный стимул для развития экономики страны.
Нэп не только способствовал оживлению хозяйственной деятельности страны, но и прекращению вооруженного сопротивления советской власти в деревне. Последняя Гражданская война была завершена. Однако, несмотря на это, напряжение в отношениях между советской властью и богатой частью крестьянства сохранялось. В течение 20-х годов не прекращались вооруженные нападения на представителей советской власти.
Оживление товарообмена между городом и деревней и производства мелкой и средней промышленности не могли сами по себе дать старт для строительства социализма. Поэтому еще в 1920 году Советское государство выдвинуло план развития мощной крупной промышленности на основе широкой электрификации страны (ГОЭЛРО), рассчитанный на 10-15 лет. План предусматривал опережающие темпы развития тяжелой промышленности и энергетики, рациональное размещение производственных сил. При общем росте промышленного производства в 1,8-2 раза по сравнению с 1913 годом, намечалось довести общую годовую выработку до 8,8 миллиарда киловатт-часов (против 2 миллиардов киловатт-часов в 1913 году и 0,5 миллиарда киловатт-часов в 1920 году). Доклад о ГОЭЛРО был оглашен на VIII Всероссийском съезде Советов (22-29 декабря 1920 года). В резолюции по докладу говорилось: «Съезд выражает непреклонную уверенность в том, все советские учреждения, все Советы, все рабочие и трудящиеся крестьяне напрягут все свои силы и не остановятся ни перед какими жертвами для осуществления плана электрификации России во что бы то ни стало и вопреки всем препятствиям».