Эволюция
Шрифт:
22 июня 2024 года.
Войсковая часть «Сибирская-1».
Стандартное время — 09:21.
Аномальное время — 08:06.
Прошло три недели с того момента, как мы отразили атаку орды и схватили диверсанта.
Эти двадцать с небольшим дней мы провели в относительном спокойствии. Новых армий из Путоранской зоны больше не выходило, другие диверсанты на нашу базу не
— Как успехи, паладин? — Лена уселась напротив меня за обеденный стол. Она только что вышла из душа. На ней был тёплый халат, а волосы завернуты в полотенце.
На завтрак у нас была овсянка, яичница, бутерброды с колбасой и сыром и, конечно же, фирменный кофе моей девушки.
— Работаем, — буднично кивнул я, уплетая кашу с бутером и запивая всё это восхитительным кофе. И одновременно с этим просматривая сводку событий, произошедших ночью. — Семь боевых отрядов вернулись из зоны, пока мы спали.
— С триумфом? — Лена сделала вроде бы самый обычный глоток кофе, но со стороны это выглядело так, будто она позировала для фото на обложку модного журнала. Настолько грациозно она всё это делала.
И как только у девушек получается делать даже обыденные вещи так красиво?
— Мы не в древнем Риме. Поэтому «триумф» нам не подходит, — сам того не заметив, сдушнил я. — Но в остальном да, ребята успешно выполнили все задачи и вернулись живыми.
— Мне иногда кажется, что ты зря только время терял в инженерном отделе, — потянувшись к бутерброду, заявила Лена. — Вот где твоё призвание. Ты прирождённый командир.
— Спасибо, — доев свою овсянку, ответил я. — Но, справедливости ради, без «Валькирии» мы бы вряд ли достигли таких результатов. Её аналитический дар не только позволил грамотно организовать работу всех боевых отрядов, но и сохранил жизнь многим солдатам. У неё на это прямо чуйка. Несколько раз чуть ли не в последний момент она меняла локации для отрядов. И, как позже выяснилось, в отменённых местах отмечался очень сильный рыцарь.
— Выходит, «Валькирия» платит той же монетой, — напомнила Лена про мою встречу с Ариной и её друзьями, когда те ещё были нелегалами. — Ты спас её, а теперь она спасает других. Это прямо судьба.
— Не верю я в судьбу, — покачав головой, я вышел из-за стола с чашкой кофе в руке, поцеловал свою девушку и прошёлся по комнате. — Не нравится мне расклад, при котором всё решено за нас.
— Может, ты и прав, — проговорила мне вслед девушка.
Стараниями Лены наше уютное жилище сильно преобразилось за последние дни. Теперь оно больше походило не на комнату в общежитии, а на полноценную квартиру-студию.
Натяжной потолок, наконец, скрыл паутину проводов, серость голых стен сменилась тёплого оттенка обоями, а пол покрылся светлым ламинатом, благодаря которому тесное пространство стало казаться не таким уж и маленьким.
Высокий под потолок шкаф уместил в себя всю нашу одежду. Это избавило нас от необходимости вешать её на спинки стульев. Маленький диванчик, с которого я только что
Так же, пользуясь своими связями со строителями и поставщиками, Лена раздобыла для нас кровать с ортопедическим матрасом и оборудовала кухонный уголок с большой рабочей зоной.
В общем, получилась вполне приличная квартирка для молодой семьи. Разве-что квадратов бы побольше. И понимание того, в какой момент Лена перестала подыскивать себе отдельную комнату и бросила столь массивный якорь в моём доме…
Впрочем, я ничего не имел против. Ведь другой девушки я рядом с собой всё равно представлять не мог и не хотел.
— А с диверсантом как дела? — жуя бутерброд, спросила Лена. — Раскололи гада?
— Не-а, — я смотрел через окно на залитую утренним солнцем улицу. — Все особисты дружно провалили эту задачу. Алла тоже так и не пробилась через его сопротивление. Меня «Порох» так и вовсе не пускает к нему. И сам туда не ходит. А Кудрин всё ещё до нас не добрался. Хотя, — задумался я, — полковник уже в пути. Если всё получится, на днях мы додавим этого экзота.
— А сам он что говорит? — задала девушка очередной вопрос.
— Ту же песню поёт, — я подошёл к мойке, чтобы сполоснуть пустую чашку. — Не хочу с Нергалом. Хочу к вам. И всё в таком духе…
— А вы что?
— А мы не верим.
— А к Тейё обращался? Вдруг она поможет.
— Она тоже бессильна, — я вернулся в свой диван. — Но, говорит, угроза от диверсанта серьёзная исходит. Советует держаться от него подальше, — я раскинул руками. — Но в чём заключается эта угроза, решительно непонятно.
В этот момент миловидная девушка в телевизоре привлекла моё внимание рассказом об индийской зоне. Репортёр рассказывала, что аномалия продолжает расширяться и по-прежнему ведёт себя максимально агрессивно. Но, несмотря на все опасности, нескольким людям всё-таки удалось пробраться в эту зону. Вот только судьба их теперь никому неизвестна. Как мне казалось, они сгинули на самой границе зоны.
Впрочем, про индийскую аномалию я знал чуть больше, чем рассказывали по телевизору. Недавно с этим вопросом я обращался к Тейё. Мать рассказала, что внутри зоны сейчас нет ничего живого. Среда там очень похожа на ранние стадии формирования планеты. Если говорить простыми словами — там сейчас архейская эра.
Пока непонятно во что конкретно это всё выльется, но, как заверяет Тейя, процесс эволюции в индийской зоне пройдёт быстро. Уже через несколько лет мы получим в том районе совершенно новый биом. И всем местным жителям это придётся не по духу. Ведь в конечном итоге аномалия заполнит собой всю Индию, также покроет Пакистан, Непал, Бангладеш, Бутан и часть Китая.
Также Тейя заверила меня, что бороться с эволюцией зоны бесполезно. Банально нечем. Ни у неё, ни у нас для этого нет никаких инструментов. Даже с помощью ядра планеты у Тейи не получилось как-либо повлиять на индийскую аномалию.