Евергаден
Шрифт:
Погода становилась все хуже, а сколько бы я не пытался идти дальше, остров никак не хотел ко мне приближаться, оставаясь все таким же маленьким как и 40 минут назад, с момента как вступил с песка на камень. Ветер все больше и больше начал заявлять о своем существовании, проверяя меня на прочность.
Я заметил силуэт. Он шел тоже по тем камням, что и я. Движение его были уверенные. Определенно в руках были какие-то чемоданы. Он видимо заметил меня. И чтобы Вы могли подумать – резко побежал на меня. Его скорость была просто поразительно. Быть один на один со смертью в открытом море не очень легко. Вначале я замер, понимая, что могу упасть. Это начало громко кричать, совмещая мерзким образом фальцет и штробас. Спина была согнута под очень высоким углом, чуть ли не упираясь
Волны стали неожиданно неистово сильно бить. Мне пришлось прижаться к камням вплотную, в противном случае мог утонуть. Когда тварь ко мне приближалась, я решил последний раз взглянуть на нее чисто из любопытства. Что-то меня ослепило. Раздался мощный раскат грома.
Твари не было. От нее остался лишь мой страх. Кровь из носа снова начала литься. Видимо вода морская воздействует негативным образом на раны, во всяком случае открытого типа. Минуту другую я просто впился ногтями в камень, от чего те начали скрипеть и трескаться. Сердце билось не в такт моей одышки, что только больше выбивало меня из колеи. Взглядом прожигал тот участок каменной тропинки где находился в последний миг мой возможный убийца.
В дали спустя время после полученного шока я увидел лодку, на которой плыл мужчина. Чистейший альбинос. Аристократично-бледная кожа, голубые глаза, волосы отдавали неким синим блеском, несмотря на то, что были по сути седыми и на фоне темно-фиолетового неба не могли быть такими. Он плыл медленно, но с завидной цикличностью греб веслом словно совсем от этого не уставал. Обратив на меня свой взгляд, продолжил плыть в совершенно таком темпе, намеренно не акцентируя взгляда на моей дрожи. Когда же он оказался слева от меня, он наконец-то со слегка уставшим и отчасти любезным тоном задал мне вопрос о моей странном способе передвижения. Я же просто сослался на внутренний голос, а спустя время спросил по поводу того, что не видел ли этот человек чего-то странного. Лодочник возразил, сказав, что здесь просто сильные перепады давления и магнитные бури, что мол многие приезжие по началу сходят с ума, что они порядка месяца должны пробыть возле порта, дабы иметь шанс прожить в центре. Также он добавил, что молнии здесь далеко не редкое явление, и что если я уже так далеко прошел, то в качестве исключения он довезет того, кто жаждет знаний, несмотря на то, не провел достаточно времени для акклиматизации. Мужчина был крайне вежлив на протяжении всего нашего пути, однако отвечал на все довольно абстрактно, как и та пара, что помогла с путешествием.
Непременно сказал о том, что Бертоны оказали мне большую помощь, чтобы я был здесь, заодно спросив имя.
– Винсент Вингейтс, к Вашим услугам. Вы можете не верить, но я работаю хирургом на острове, где мы скоро окажемся. Первые дни будет довольно трудно привыкнуть к климату, но думаю, что справитесь.
– Прошу прощения. А сколько Вам лет? Вы вроде бы молоды, но не могу сказать точно.
– С Вашей стороны невежливо такое спрашивать, но все таки скажу, что мне порядка тридцати семи.
Одежда целиком и полностью промокла, а кости пронизывались холодом. Руки же постоянно тряслись. Предположил, что это результат страха перед тем, что увидел. Постараюсь это описать по возможности как можно точнее. Невысокое, но ужасное со скользкими чертами существо разделяло нас в тот момент. Однако я не видел эту бестию четко, поскольку была далека. Если бы Бог существовал, то вряд ли бы разрешил такому чудовищу появится на свет.
– Разрешите помочь с Вашей проблемой, – после чего элегантное шерстяное пальто аквамариновой градации спало с его плеч, из-за чего сейчас чувствовалась сила его мускулатуры.
– Я признателен, но в таком случае можете иметь несчастье словить простуду, – высказал, но с ноткой недоверия. Было что-то меня шокирующее. Пальто было дорогим, таких я не видел, однако принял.
С момента нашего совместного отплытия хранили тишину. Звуки воды разили водную гладь, и лодочник до сих пор молчал. По прибытии на остров я лицезрел яркий в смысле запоминания хвойный
Дойдя до места назначения я в конечном счете увидел довольно интересный город. Да, именно город, именно так я хотел бы назвать это место. Я поинтересовался в конечном счете на тему того, как здесь все устроено. Архитектура этого города разительно отличалась от того что я видел в своей родной стране. Они предпочитали каменные монолитные здания, которые непременно были по большей части одноэтажными, за теми исключениями, о которых мне ничего не рассказали, сославшись на то, что изучать инфраструктуру этого города довольно долгий процесс, а также что лучше всё делать непременно на практике, которую этот альбинос так ценил. Его отношение ко мне по правде говоря было сущей загадкой – то ли он был ко мне слегка высокомерен, но скрывал это за слоем вежливости, то ли в конечном счете он просто не хотел перегрузить мою голову.
Не смотря на то, что здесь не было видно много людей, из всех этих зданий доносились очень странные звуки, которые по всей своей видимости будут мне мешать спать первое время даже при том условии, что Лондон нельзя назвать самым тихим местом на планете. Надеюсь, я смогу попросить какого-нибудь успокоительного или хорошего снотворного от альбиноса или в местном ларьке, с которыми у меня возникли в будущем проблемы, о чем поведаю значительно позже.
Мы с моим, если он позволит так себя назвать, напарником шли неимоверно длинную дистанцию. Хотя остров и казался одновременно небольшим, но фактически местные жители умудрялись очень умело совмещать комфорт и рациональное использование территории. В Лондоне кварталы значительно маловместительнее нежели здесь.
Я захотел есть. От свойственной даже любому живому существу усталости я даже по началу не вспоминал об этом, однако с похолоданием все стало накладываться друг на друга: усталость, стресс, страх из-за недостатка информации.
У меня было желание непременно посетить один из здешних магазинов, однако когда додумался я об этом сказать своему сопровождающему, тот заявил о бесполезности данного действия. Здесь неимоверно высокие цены, и даже на неимоверно большие сбережения здесь ничего не приобрести. Альбинос протянул что-то из своего пальто, добавив при этом что у него кое-что осталось при себе, хотя это предназначалось его жене.
– Возьмите, это один из интересных здешних деликатесов. Стопроцентный шоколад. Это лучше всего того, что делают в вашей стране.
– Но разве это не часть Великобритании? – спросил я его с сильным удивлением. – не может же это быть вторым Ватиканом! – сказал я с оттенком вопроса, удивления, надежды и форшлага страха.
Слегка не зная, что мне ответить, он то ли пытаясь упростить то ли что-то скрыть сказал следующее: “Во-первых уточню о том, что это шоколад местного производства. Он делается из искусственно выращенных здесь специальных растений. Во-вторых это не страна, а город, как я сказал уже ранее, если мне не изменяет память. Под конец добавлю, что статус “Второго Ватикана” крайне оскорбителен для столь прогрессивного в плане медицины участка земли”, – заключил он в итоге.
Этот тип конечно на своем уме, но этот шоколад – лучшее, что я когда-либо ел в своей жизни. Съев порядка половины, наконец-то вспомнил поделиться с ним. Отломив надкусанные плиточки, протянул ему. Двумя пальцами он отломил идеальный квадратик, элегантно положив его в рот. Его аккуратность и педантичность во всем меня поражала. Она не была наигранной. Такова была суть этого человека по всей видимости, пусть даже с моей стороны слишком непредусмотрительно и наивно.
После шоколада
Продолжая свой тяжелый и тернистый путь, мы дошли до точки назначения. Сперва мне показали самую крупную медицинскую лабораторию, что я видел когда-либо в своей жизни. Начну пожалуй с перечисления эмоций, которые меня тогда посетили. Сколько это все стоит? Близки ли они к бессмертию? Можно ли тут все втихаря разбить, убежать и что они тогда будут делать? Увижу ли я ненароком кого-нибудь из высокопоставленных лиц парламента здесь? За сколько можно все это освоить?