Евангелие от Чаквапи
Шрифт:
— Здесь не было никого, кроме них двоих, — сказал индеец, подводя итог. — Сперва они обследовали скалу со всех сторон вдоль и поперек, заглянули в каждую расщелину, чуть ли не каждый камень перевернули, а затем… — Рико смолк, вытащил из кармана сигарету и прикурил. — А затем мужчина по какой-то причине начал избивать парня, — индеец ткнул пальцем правее палатки, указывая: — Это случилось там. Харрингтон задушил парня, оттащил подальше и закидал песком. Видимо, именно тогда духи отобрали у него разум. Он метался по округе, бегал туда-сюда, падал, катался по земле. Как долго это продолжалось,
Никита присвистнул от удивления:
— Я же говорил, что с ним надо что-то делать, — сказал он. — От него ожидать можно чего угодно.
— Только… — нерешительно начала Сью. — Только не надо убивать его. Хватит уже смертей.
— Да никто об этом не говорит, — постарался успокоить ее я. — Достать его надо и привязать где-нибудь.
Очередная попытка вытащить сумасшедшего Харрингтона из-под машины оказалось задачей непростой. Даже угроза пристрелить его не подействовала. Он в ужасе таращил на нас глаза, словно не замечая направленного на него пистолета. Казалось, он даже не понимал, чем мы его пугаем. Вцепившись в рессоры, крепкий, сильный мужик, Харрингтон легко вырывался из хватавших его рук. Минут с десять длилась отчаянная, но тщетная борьба, пока Никита не взбесился окончательно.
— Ну, хватит! — воскликнул он, добавив к этому еще пару свойственных русскому языку красноречивых выражений.
Не успели мы возразить, как Ник распахнул дверцу джипа, заскочил на водительское сидение и, благо ключ оказался в замке зажигания, завел машину. Метавшийся под днищем Харрингтон, поглощенный борьбой с тянувшимися к нему в нашем лице монстрами, не обратил на это никакого внимания.
— Ты раздавишь его! — попытался я вразумить Никиту, но крик мой потонул в реве мотора. Джип сорвался с места.
Как Харрингтону удалось уцелеть и не попасть под колеса, осталось для нас загадкой, над которой, впрочем, мы долго голову не ломали. Главное для нас в тот момент было, что у безумца хватило ума отцепиться от днища машины. Не успело осесть густое облако поднятой колесами песчаной пыли, как мы с Рико накинулись на него и скрутили, обматывая заготовленной загодя веревкой.
Оставив Харрингтона крепко примотанным к джипу, мы решили, что теперь и сами вполне заслуживаем отдыха и покоя. Экспроприированные из палатки консервы пришлись весьма кстати и, расположившись в тени под навесом, мы с удовольствием восполнили ими свой скудный рацион. После обеда Сью пояснила, как действует найденный у палатки металлодетектор.
— А вот это, — она подняла с песка неизвестный нам прямоугольный прибор, — это аппарат для обнаружения пустот в скалах. Очень пригодится в наших поисках…
— Здесь ничего нет, — мрачно перебил Рико, остужая ее пыл. — Они обыскали здесь и ничего не нашли.
Лучше бы он пристрелил нас троих на месте! Мы молча смотрели на индейца, не желая верить в услышанное. Я чувствовал, как внутри нагнетается волна возмущения, словно слова его были оскорбительны.
— Здесь ничего нет, — снова твердо повторил индеец, окончательно убивая в нас мечту. —
— Совсем? — Сью с недоверием смотрела на него.
В голову сразу полезли нехорошие мысли о том, что Рико специально пытается обмануть нас, решив присвоить все золото себе. Он понял, что творится в наших мозгах и равнодушно пожал плечами.
— В той расщелине, — индеец неопределенно махнул рукой, — есть старый апачский схрон. Таких много по всей пустыне. Но в нем только полусгнившее барахло. Даже тебе, Сью, как историку это не будет интересно. Если золото и было там когда-то, то сейчас его там нет.
— Может, апачи нашли его? — неуверенно предположил Ник. — Нашли и перепрятали.
— Может, и так, но только я никогда не слышал об апаче-миллионере.
— Погиб тот апач, к примеру, — не оставлял надежды Никита. — А перед этим все припрятал где-нибудь.
— Даже если и так, как нам узнать, где все это добро теперь спрятано?
Ник тяжело вздохнул, понимая правоту его слов, и опустил глаза, угрюмо уставившись в песок. Весь вид его говорил о тягостной безнадеге, все больше и больше одолевавшей его с каждой секундой. Не выдержав, он нервно встал, прошелся взад-вперед, а затем сел в сторонке, уныло теребя подбородок.
Все молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию. Красивая, меркантильная мечта, обольстив нас, окрылив надеждой, заставив преодолеть множество преград и страданий, забросила всех нас сюда, чтобы посмеяться над нами, показать, сколь ничтожны мы в стремлениях своих. Принять это оказалось гораздо сложнее, чем отмахнуться от подозрений к Рико. Что бы он ни говорил, каждый из нас хотел лично убедиться в его словах. Напрямую никто не осмеливался сказать ему о своих сомнениях, но и без того было видно, что они гложут каждого изнутри, гаденько нашептывая: « Он хочет все скрыть от нас. Хочет все забрать себе. Кто мы ему, чтобы делиться с нами? Слишком много денег на кону…» И от этого на душе становилось все гаже и гаже. Индеец все понимал, и хотя старался не показать виду, иногда я ловил в его глазах едва заметный насмешливый укор.
— Мы же можем посмотреть еще раз, — поколебавшись, предложила Сью.
— Обязательно надо, — тут же бросил через плечо Никита, и мы со Сью согласно закивали. Закивали слишком рьяно, чтобы не выдать своих чувств.
— Конечно, — Рико смотрел на нас так открыто и бесхитростно, что Сью вдруг почувствовала, как щеки ее становятся пунцовыми.
— Ты не подумай… — начала было она, но запнулась, понимая, что лгать об отсутствии недоверия к нему нечестно.
— Вдруг вы что-то упустили, — закончил я за нее.
— Сейчас поздно, солнце вот-вот сядет, — слегка улыбнувшись, добродушно проговорил Рико. — А завтра начнем прямо с утра.
…Ночью я несколько раз просыпался и ловил себя на том, что вглядываюсь в темноту, стараясь убедиться, что индеец на месте и никуда не сбежал. Никита делал вид, будто спит крепко и безмятежно, но я знал, что это не так. Он тоже хотел быть уверенным…
Глава 32