Евангелие от Чаквапи
Шрифт:
Встал, посмотрел на плоды труда своего и, удовлетворенный, уже намеревался вернуться к безмятежно спящему Нику, но не успел сделать и шага, как раздался его громкий вскрик и хруст ломаемых кустов. Не мешкая я бросился ему на помощь.
Глава 12
На этот раз Сью не стояла у ресторана «Эмброуз» в смущении. Решительно миновав поспешившего навстречу метрдотеля, девушка прошла к столику и села, одарив Харрингтона ослепительной улыбкой. Она опоздала на полчаса, но ее не волновало, как воспримет
— Здравствуйте, Сьюзен, — сказал Харрингтон, пожирая глазами принесенную ею толстую папку. Куда только делась обычная для него холодность! — Думал, вы не придете.
— Ну что вы, — Сью потупила взор, как провинившаяся девочка, но извиняться за опоздание не стала. Если уж он играет с ней в кошки-мышки, почему бы и ей не поиграть с ним? — Я старательно подобрала все интересовавшие вас материалы.
— Я могу посмотреть их? — Харрингтон расслабился, в интонациях проявилась нетерпеливая настойчивость. Сью передала папку через стол, и он тут же раскрыл ее, увлеченно пролистывая бумаги.
— Простите, сэр, — попыталась отвлечь его девушка.
— Да? — он с удивлением поднял глаза, отрываясь от бумаг, будто уже забыл о ее присутствии.
— Я очень спешу, — она невинно смотрела на него. — Сегодня уезжаю в Нью-Мексико по делам.
— Это неожиданно, — Харрингтон закрыл папку и отложил в сторону. — Не помню, чтобы вы упоминали об этом.
Ему удалось совладать с нервозностью и теперь он снова казался невозмутимым, но в белесых глазах Сью явно разглядела кипящую внутри него злобу. Губы его растянулись в улыбке, но это не смягчило впечатления. Он изучающе смотрел на нее, ожидая ответа.
— Мне позвонили из университета. Приглашают приехать и поработать в их архивах, — сказала она, и в ответ мягко обворожительно улыбнулась. — По интересующим нас с вами вопросам.
— А как же наши договоренности? — Харрингтон старался быть предельно вежливым. — Вы обещали передать мне все остальные документы.
— Простите, я подумала… — всем видом она постаралась показать, насколько сожалеет о своей непростительной глупости. — Вы же сказали вчера, что сегодня вечером уезжаете в Южную Африку на пару недель. Вот я и подумала, что было бы неразумно терять время и отказываться от предложения. Я пробуду там всего несколько дней, а затем вернусь и к вашему приезду подготовлю все материалы. Может, удастся обнаружить еще что-нибудь новое.
— Вероятно, вы правы, — пристально глядя ей в глаза, Харрингтон удовлетворенно кивнул и добавил. — Надеюсь, вы не подведете меня. Не терпится взглянуть на них, изучить. Как историк вы должны меня понимать. — На этот раз улыбка на его лице получилась более искренней. — Позавтракаете со мной?
— Извините, сэр, — Сью с сожалением покачала головой. —
— Тогда не смею задерживать, — Харрингтон встал, прощаясь, и протянул конверт. — Здесь пятьсот, как договаривались.
Я выскочил к месту привала. Сердце бешено колотилось, глаза обшаривали окружающие заросли, но ничего странного, кроме остолбеневшего в испуге Ника, я не увидел. Он сидел, наведя на заросли ствол автомата, прислушиваясь к удаляющемуся шуму ломаемых ветвей.
— Что случилось? — выпалил я.
Он обернулся, виновато глядя на меня снизу вверх:
— Я это… Спал… — заикаясь начал он. — Вдруг кто-то тормошит меня… Ну я глаза-то открыл… Рожа огромная, страшная… прямо надо мной свесилась.
— Чья рожа?
— Зверь какой-то, — он все еще говорил сбивчиво. — На свиноносорога похож.
— На кого? — не понял я.
Позади зашуршала трава, треснула ветка, и из леса вышел Хорхе.
— Это вы стадо тапиров испугали? Они меня чуть с ног не сбили.
Ник ошарашенно взглянул на него, а я, улыбаясь, ответил:
— Мой бледный друг говорит, они его едва не сожрали, и он был вынужден яростно защищаться.
Никита молча кивнул, вытирая вспотевшее лицо тыльной стороной ладони, а потом пробубнил:
— Хорошо, что я вовремя проснулся.
Хорхе раскатисто засмеялся:
— Это был бы первый случай нападения тапиров на человека с целью его пожирания. Успокойся, Ник, глупая свинья просто проявила излишнее любопытство.
Он держал широкие, плотные листья, подойдя ближе, протянул их нам:
— Разомните их в руках, а потом натрите лица и открытые участки кожи.
— Что это?
— Лекарство от укусов, чтобы не зудела кожа, — ответил он и добавил. — Джунгли — это аптека, если знать, какие растения применять.
Пока мы втирали сок листьев в кожу, Хорхе внимательно осматривал окрестности и пройденную нами заболоченную территорию. Ничего опасного он не заметил. Впитавшийся сок действительно принес облегчение. Зуд от укусов прошел, но царапины, которые во множестве покрывали наши лица, руки и тела, еще некоторое время щипало.
— Вы готовы идти дальше? — спросил он, когда мы полностью обработали места укусов и, получив утвердительный ответ, указал на валявшуюся сумку, журнал и томик Ленина. — Если вам не нужен этот мусор, запрячьте его под какие-нибудь кусты, чтобы не бросался в глаза.
Подъем на пологий склон холма с его густым хитросплетением высокой травы, кустов, деревьев и лиан давался нелегко. Острая трава резала руки, колючки впивались в кожу. Иногда приходилось чуть ли не ползком карабкаться вверх, утопая в прелых листьях. Местами путь пересекали гнилые стволы поваленных деревьев, и мы с трудом перелезали через них, цепляясь руками за торчащие в разные стороны сучья. Сверху раздалось пискливое «ай-яй-яй», и Ник застыл, вскинув голову, но Хорхе лишь бросил через плечо: