Ева
Шрифт:
– Ты не привыкла говорить людям приятные слова, да?
– Мне это ни к чему. Тебе придется принимать меня такой, какая я есть, или перестать встречаться со мной.
– Ты всегда так груба со своими знакомыми мужчинами?
– А почему бы и нет?
– Это, согласись, неразумно в твоем положении.
– Почему? Они всегда возвращаются. А если так, то зачем тревожиться на этот счет?
Да, ей незачем волноваться. Она говорит правду. Если другие любовники похожи на меня, они, как и я, все равно возвращаются.
– Тебе лучше знать, – сказал я, – но с годами ты не станешь моложе. Наступит время, и мужчины не только не будут возвращаться, но они перестанут тобой интересоваться.
Я, кажется, задел Еву за живое. Ее губы сжались. Она вздрогнула.
– Теперь слишком поздно переделывать себя, – сказала она. – Я никогда не бегала за мужчинами и не намерена бегать за ними впредь.
– Знаешь, Ева, – продолжал я, – мне кажется, ты несчастлива. У тебя ужасная жизнь, верно? Почему ты не бросишь все это?
– Все вы одинаковы. Все мужчины говорят так, но не в состоянии изменить что-либо. Кроме того, что бы я стала делать? Заниматься нудной работой по хозяйству? Нет уж, уволь! Я на это не способна.
– Что ж, твой Джек всю жизнь намерен путешествовать? А вдруг он навсегда вернется домой, и ты должна будешь создать ему семейный уют?
Избегая моего взгляда, Ева смотрела в зал. Ее глаза потеплели.
– Когда-то мы с мужем хотели купить отель… – начала она, но не досказала и безнадежно добавила: – Не знаю, что нас ждет в будущем.
Официант принес второе блюдо. Когда он ушел, женщина внезапно призналась:
– Ты не поверишь, но вчера вечером я плакала. – Она мельком взглянула на меня, словно желая удостовериться, что я не смеюсь над ней. – Ты не веришь мне, да?
– Почему ты плакала?
– Я почувствовала себя такой одинокой. У меня был тяжелый день. – Ева нахмурилась. – Ты даже не представляешь, какими мужчины бывают отвратительными. Всем им нужно только одно. Ты не знаешь, как я одинока. Как трудно никому не верить.
– Да, у тебя тяжелая жизнь. Ничего отрадного. А ты не можешь зарабатывать деньги как-нибудь иначе?
Лицо женщины стало холодным и замкнутым.
– Нет, – резко бросила она. – Каким образом? Глупо жаловаться, но сегодня у меня скверное настроение. – Ева глубоко вздохнула и сказала: – Как же я ненавижу мужчин!
– Ты расстроена? Почему?
– Пустяки. Не обращай внимания, Клив. Все равно я не скажу тебе.
– Кто-то вчера плохо обошелся с тобой?
– Да. Он пытался… Я не хочу говорить об этом.
– Надеюсь, ты вывела его на чистую воду? – спросил я. Мне не терпелось узнать, что же произошло. В глазах Евы были гнев и презрение.
– Да, вывела. Ноги его больше не будет в моем доме. – Внезапно Ева оттолкнула тарелку, так и не прикоснувшись ко второму блюду. – Пойдем
Я жестом подозвал официанта.
– Послушай, Ева, давай иногда завтракать или обедать вместе. Это пойдет тебе на пользу. Я хочу, чтобы ты считала меня своим другом. Даже если ты решила, что не нуждаешься в друзьях, наши встречи дадут тебе возможность выговориться. Я отношусь к тебе по-человечески. Другие мужчины ведут себя с тобой иначе, правда?
Какое-то мгновение моя спутница с удивлением смотрела на меня, а потом сказала:
– Правда.
– Так ты согласна? Тебе будет полезно время от времени уходить от всей этой дряни, верно?
Женщина, казалось, раздумывала, принимать или нет такое предложение. Выбор был сделан в мою пользу.
– Хорошо, – ответила Ева, затем, немного оживившись, добавила: – Спасибо тебе, Клив. Мне бы хотелось этого.
У меня было такое чувство, словно я победил в трудном бою.
– Прекрасно, – сказал я. – На следующей неделе я заеду за тобой, и мы где-нибудь побываем вместе.
Я оплатил счет. С неудачно начатым завтраком было покончено. Финал же меня вполне устроил. Я и Ева покинули ресторан. Когда мы ехали назад и повернули на Лаурел-Каньон-Драйв, моя спутница неожиданно для меня призналась:
– Я получила большое удовольствие. Ты странный парень, Клив. Это правда.
Я рассмеялся.
– Да? Но только по сравнению с твоими другими знакомыми. Я вижу, ты все еще думаешь, что я чего-то хочу от тебя. А мне ничего не надо. Ты интересуешь меня. Мне нравится проводить с тобой время.
Мы остановились у ее дома. Я не имел намерения идти в дом, поэтому задержался у машины.
– Ты зайдешь? – спросила Ева и улыбнулась.
Я покачал головой.
– Нет… Сегодня нет. Все будет хорошо, Ева. Я хочу поскорее встретиться с тобой.
Она стояла и смотрела на меня. Губы ее улыбались, но глаза стали печальными.
– Ты правда не хочешь зайти ко мне?
– Я хочу быть твоим другом. Я заеду за тобой на следующей неделе. Ты пойми, я не могу относиться к тебе так, как другие мужчины.
Глаза женщины стали холодными, а губы все еще сохраняли улыбку.
– Понимаю, – сказала она. – До свидания. Спасибо тебе, Клив, за обед.
Для меня наступил критический момент. Я видел, что Ева разочарована и сердится за то, что я отказываюсь побыть с ней. Я видел это по выражению ее глаз. Но я должен придерживаться своей линии поведения, чтоб рано или поздно все-таки завладеть этой женщиной. Несмотря на ее резкие слова, сказанные при входе в ресторан, я твердо решил довести дело до конца. Я не буду, как Херви Бероу, платить ей деньги за удовольствие побыть в ее обществе. Я настроен всячески развлекать эту сумасбродку, выслушивать излияния о Джеке и ее неприятностях, но платить не стану. Отныне Ева не получит от меня ни копейки.