Ева в деле!
Шрифт:
Стоят возле искусственного фикуса и что-то тихо обсуждают, но при виде нас быстро замолкают.
– Уже уходите?
– интересуется Стас.
– Ещё десерт не подавали. Шоколадная сфера будет.
– Что за сфера?
– заинтересовывается Игорёк.
– Маленькое гастрономическое шоу. Шар из шоколада, который нужно полить горячим соусом из соленой карамели.
– О, хочу. Мааа, давай останемся! Ну позязя, - поджимают по-детски губы.
Тьфу, блин. Бородатый дитёнок с лапищей сорок восьмого размера - это слишком пошло.
–
– не желудок, а чёрная дыра. А ведь не такой уж и крупный. Больше на мышцах.
– А ты свою невесту отлюби хорошенько сегодня, окей?
– шикаю Климову младшему, злобно вжимая кнопку.
– А то она от недотраха ещё сильнее деградировать начинает.
– Куда уж сильнее, - усмехается в ответ Стас, на что получает многозначительное кряхтение папани.
– Вот это я понимаю - высокие отношения. Вы - идеальная пара. Счастья вам и любви, - дверцы распахиваются и я влетаю в кабину, продолжая тащить за собой на буксире Игорька, грустно вздыхающего от расставания с десертом.
Страдалец.
– Любовь - она разная бывает. Это как плавание, знаешь?
– бросают мне вслед, прежде чем лифт уезжает на первый.
– Можно плыть шикарным брассом, а можно по-собачьи.
Охренеть, блин, философ выискался.
***
Генеральная уборка.
Действо, которое я ненавижу, но которое приходится устраивать хотя бы раз в три-четыре недели.
Самая фишка в том, как меня в процессе начинает люто колбасить, хотя в любое другое время мне глубоко класть на бардак, пыль, разбросанную одежду, заляпанный отпечатками холодильник и разбросанную в прихожей обувь. НО…
В секунду когда начинается уборка, я превращаюсь в конченную стерву, которая постоянно орёт.
Вот месяц спокойно проходила мимо свалки на стуле, и хоть бы что. Даже сверху накладывала. В день уборки же я ношусь за Игорем с тряпкой и воплями: "Ты что, свинья, убрать раньше не мог? Почему это должна делать я?!".
И так во всём. А Игорёк при этом и не думает оправдываться. Лишь тупо ржёт и тайком снимает на камеру. За что огребает вдвойне.
К чему я это?
К тому, что сегодняшнее воскресенье не избежало участи стать красным днём календаря. А я, отдраивая всё, задолбалась так, что коленки гудят.
Нормальная швабра? Зачем? Это же так тривиально. Да здравствует древняя деревянная палка, которой надо без конца кланяться, чтоб поправить сползающую бывшую майку!
– Сгинь с глаз и не ходи по помытому, - рычу на Игоря, пытающегося пробраться из пункта "А" в пункт "Б".
– Ты такая красивая. Не отвлекайся.
Очень красивая. Вся провонявшая потом и моющими средствами, красная как рак, согнутая в позе рака и с вороньим гнездом на голове, образовавшимся после постоянной тряски: туда-сюда, нагнись-выпрямись.
–
– Одно другому не мешает. А я в туалет, - красноречиво машут мне своими любимыми комиксами, давая понять, что это надолго.
– Да догадалась уж.
– Не, ну ты поделилась планами на будущее. И я тоже думаю: дай-ка поделюсь.
Вот язва! Швыряю в него тапок, но тот встречается лишь с поспешно захлопнувшейся дверью, ходящей ходуном от хохота.
Не, с Игорьком весело.
Он умеет и повеселить, и помолчать, и выслушать. Не говоря о том, что появился в самый нужный момент, когда женское отчаяние достигло пика.
Даша всё же была частично права, чем, собственно, и выбесила: злость, зависть, ненависть, обида, усталость, выгорание, депрессия - все стадии проходились, все стадии с трудом перешагивались.
Не знаю и не представляю, куда бы меня занесло, если бы не появился Игорь. При том, что познакомились мы до смешного абсурдно.
Я тогда только-только перевелась в другой универ, причём всё так же на платной основе, просто с ценником пониже. Из нового "дома" сбежала, не выдержав и пары месяцев. "Друзья" на деле оказались гнидами. Денег нет, ночевать тоже негде. Романтика.
Не придумав ничего умнее, во всеуслышание прямо посреди кафетерия между парами так и спросила в лоб: "Кто готов принять бездомную под крышу? Интим не предлагать".
Естественно, посмотрели на меня тогда, как на больную. Покрутили пальцем, да дальше свои сосиски в тесте жевать продолжили.
И лишь один единственный парень откликнулся с дальнего столика: "Готов принять, если дашь слово, что не клофелинщица".
Так и познакомились, хотя учимся на разных специальностях. Он на программиста, я на филологическом.
По первой стрёмно, конечно, было. Я смелая, но не бесстрашная. Неизвестный парень, хата под замок - мало ли какой он там мог оказаться псих, раз готов был принять левую девицу.
Но либо так, либо ночевать на вокзале. А, помнится, тогда был декабрь месяц и подобная перспектива совсем не радовала. Пришлось рискнуть.
И вот уже сколько? Ща, пальцы позагибаю…
Короче, чуть больше полугода так соседствуем. Крепкая дружба полов, платонические отношения, братаны на века и всякое такое. Ну, если не брать в расчёт того момента, когда однажды мы едва не переспали…
Каюсь, конфуз случился по моей вине. Я слегка берега попутала. Пришла в очередной раз мальца подбуханная, а тут Игорь из душа выходит.
В одном полотенчике. Мокренький, распаренный.
Мы на тот момент с месяц уже жили вместе, но тогда я впервые заценила и его брутальную внешность, и татуху на руке.
Обязана отметить ради вселенской справедливости - данные у него пристойные. Парень он крепкий и умеренно смазливый. Даже кубики на прессе, которые мы, девочки, так любим, имеются.