Eurocon 2008. Убить Чужого
Шрифт:
Но если я и досадовал, то совсем недолго. Мы – единый экипаж. Мы все причастны к открытию первой найденной человечеством внеземной цивилизации. Правда, пока известной нам лишь по следам материальной культуры. Где они прячутся? Похожи ли они на людей? Надо думать, сходство есть, и немалое.
Двойная удача. Братья по разуму, вероятно, гуманоиды и притом менее развитые. Если человечеству чего и не хватало, так это роли ментора. Да мы с радостью! Не потому, что мы такие уж альтруисты – просто отсталые пугают не так сильно, как слишком далеко ушедшие вперед. И риска меньше, и самолюбие не страдает.
Мы сочли удачей
А потом перемахивали через хребет и начинали все сначала.
Тщетно. Стада не попадались; изредка можно было видеть одиночных животных, пасущихся на зеленой траве и убегавших при нашем приближении. Еще реже встречались развалины примитивных построек. И только. Лишь скалы, горные леса да дикие ущелья. Лишь ковры цветов на лугах. Один раз мы видели хищника, статью напоминавшего крупного медведя, а проворством – леопарда, он гнался за местным аналогом горного барана, но в данный момент нас интересовала не зоология.
Когда контейнер с образцами горных пород стал неподъемным, солнце склонилось к закату, а наши глаза заболели от многочасовой мельтешни ландшафтов под брюхом шлюпки, я сказал:
– Ну ясно. Аборигенов здесь нет. Они либо вымерли от какой-то эпидемии, либо давным-давно переселились в другое место. Будем надеяться, что Скотту и Татьяне повезло больше.
– Ты согласился бы покинуть этот волшебный край ради жизни в джунглях? – задала резонный вопрос Сильвия.
– Я – нет. Жара, влажность, насекомые… Но откуда нам знать предпочтения туземцев? Может, им как раз это и надо?
Сильвия промолчала. Я связался с кораблем и доложил Бернару не очень-то обнадеживающие результаты наших поисков. Голос командира был отрывист и выдавал напряжение.
– Возвращайтесь скорее, – велел он.
Я насторожился.
– Что-нибудь случилось?
– Возможно, – хмуро ответил Бернар. – Поспешите. Только не убейтесь, знаю я вас.
Он отключился, а мы, конечно, выжали из шлюпки все, на что она была способна. Мастерски ведя судно, Сильвия успела донять меня вопросами, что да как. Откуда мне было знать?! Я понимал лишь одно: случилось ЧП. Но какого рода? Воображение рисовало Скотта и Татьяну, утыканных отравленными стрелами туземцев, и многое другое, о чем не хочется и вспоминать. Мы гнали на пределе и через полчаса были на месте.
Со «Стремительным» ничего не произошло – он по-прежнему стоял в центре выжженной проплешины, прикрытый куполом силовой защиты. Значит, не все в порядке с людьми?
С кем? Напал кто-нибудь? Покажите мне этого «кого-нибудь» – уничтожу!
– Со Скоттом творится что-то неладное, – озабоченно сообщил мне Фриц, поспешавший куда-то и едва не сбитый мною с ног, когда мы с Сильвией ураганом ворвались в корабль.
Я поймал эскулапа за рукав.
– Что именно?
Фриц скривил такую физиономию, какая бывает у пациента, проглотившего добрую порцию хины.
– Накинулся на Бернара, разбил ему бровь. Буйствовал. Если бы Татьяна не догадалась стянуть его бластер… не знаю, не знаю. Я вколол ему сильное
Я не поверил ушам.
– Скотт? Бернару?
– Вот именно.
– Когда это случилось?
– Сразу, как они с Татьяной вернулись на борт… Дай пройти, ладно?
Он устремился в медотсек, а я направился в кают-компанию. Все, кроме Фрица и Скотта, были в сборе. Обсуждалось происшествие.
– …заметила, что он какой-то странный, – объясняла Татьяна так, будто оправдывалась. – Мы спускались с каменной веранды… то есть я думаю, что это была веранда, а на самом деле бог ее знает… он лез первый и ни разу не подал мне руку. Я могла оступиться и покатиться вниз, а он даже не догадался подстраховать. Совсем на него не похоже. Отвечал невпопад, а больше молчал. Один раз засмеялся, неприятно так… Потом спросил, сколько денег, по моему мнению, нам отвалят за открытие. И вновь замолчал. Я связалась с Бернаром и соврала Скотту, будто командир приказал нам срочно возвращаться на корабль. Скотт послушался, ну а на корабле… сами видите…
Действительно, пластырь на левой брови Бернара сразу бросался в глаза.
– Фриц надеется, что это пройдет, – сказала Малгожата. – Просто временное психическое расстройство. Кибердиагност не показал ничего серьезного. Значит, все будет в порядке.
– Как скоро?
– Через сутки, а то и раньше.
– Ну хорошо, – проронил Бернар. – Если так и будет, то давайте вот о чем договоримся: на Земле об инциденте ни гу-гу. Надеюсь, все меня понимают. Не хватало нам еще, чтобы вместо Скотта прислали какого-нибудь… – Он не нашел нужного слова и замолчал.
Чего я никогда не хотел, так это командирской должности. Находясь на ней, любой нормальный человек просто вынужден для пользы дела идти против инструкций, законов и уставов. Бернар был прав. Он хотел сохранить экипаж в существующем – наилучшем – составе. Заикнись он о психическом срыве бортинженера – и привет, в следующий рейс мы пойдем без Скотта Ивана. И еще неизвестно, вернется ли он к нам вообще.
– А кстати, – вновь заговорил Бернар, прищурившись, – правила индивидуальной защиты вы соблюдали?
– Конечно, – не моргнув глазом соврала Татьяна, и все мы поняли, что это вранье.
– Имей в виду, если инцидент разрастется, тебе придется описать по минутам все, что вы делали в разведке и, в частности, на этой вашей веранде, – уточнил Бернар.
Татьяна выдержала его взгляд с замечательным простодушием, а я усмехнулся про себя. Понятно… Не только мы с Сильвией предавались утехам любви на памятнике инопланетной цивилизации. Та же мысль – возможно, немного извращенная, не стану спорить – посетила Татьяну и Скотта. А если так, то… То в принципе есть вероятность, что Скотт подцепил какую-то местную заразу.
Теоретически это возможно. Практически – крайне маловероятно. Туземные микроорганизмы приспособлены к туземным формам жизни и ни к каким иным. Да еще сильно специализированы внутри туземной биоты. Змеи не болеют гриппом, рыбы не мрут от ящура. Человек не подхватывает кошачью чумку. Что уж говорить о бациллах либо вирусах, чья эволюция шла по пути приспособления к абсолютно другим формам жизни! Опасность, повторяю, чисто теоретическая.
Но не сбрасываемая со счетов. К тому же наши находки давали основания думать, что неведомые аборигены Близнеца не так уж сильно отличаются от людей.