Этюд для Фрейда

Абдуллаев Чингиз Акифович

– На усмотрение следователя, – ворчливо заметил Карелин, – все это прекрасно, но Боголюбов – человек дотошный. Он потребует у вас разрешение на юридическую практику. Оно у вас есть?

– Конечно. Иначе я не смог бы работать. Я плачу налоги. И в Москве, и в Баку.

– Тогда так и сделаем. Нужно было рассказать мне об этом вчера. Было бы гораздо легче. А я со вчерашнего дня места себе не нахожу. Считал, что впервые в жизни нарушил закон, когда предлагал вам провести альтернативное расследование. Почему вы мне ничего не сказали?

–

Я же не предполагал, что вы будете возить несчастную женщину на место преступления. Мне казалось, что вы должны сделать все, чтобы ее пощадить. Она уже была там вчера и видела то, что не должна была видеть ни при каких обстоятельствах. А сегодня вы снова хотите подвергнуть ее очередному испытанию. Вы могли бы огородить ее от этих «экспериментов»?

– Вы с ума сошли? Как это огородить? Кто должен проверять сохранность вещей в ее квартире? Муж убит, а она на даче. Или вы считаете, что проверять их личные вещи должен кто-то другой? Тогда скажите, кто именно? Домработница? Мать? Но они могут не знать всех вещей. И вчера Наиля была в таком состоянии, что я ничего не мог у нее попросить.

– Вы же сами говорили, что она вернулась домой абсолютно разбитой.

– И сейчас говорю. Я даже попрошу ее мать приехать вместе с ней. И, если понадобится, пошлю туда врача. Но Наиля обязана проверить свою квартиру. Может, из нее похитили ценные вещи, и тогда убийство ее супруга приобретает совсем иной смысл.

– Трудная у вас профессия, – посочувствовал Дронго, – вы должны подставлять близких людей.

– А кто сказал, что она легкая?

– Я буду у нее через два часа, – решил Дронго.

—Хорошо. Только не забывайте о надлежащем оформлении всех документов. Если Наиля согласится, вы имеете право как ее адвокат официально ознакомиться со всеми материалами дела. Но учтите, что только с теми, которые сочтет нужным показать вам следователь.

– У меня юридическое образование, полковник, и я понимаю пределы своих возможностей. Когда ваши люди приедут за Наилей?

—Мы договорились на время после обеда, чтобы она немного пришла в себя. Часам в двум. Заодно туда вызовут и ее домработницу.

—Очень хорошо. Тогда все успеем. Часам к двенадцати я буду у них на даче. Мне еще нужно убедить молодую женщину, что моя помощь окажется полезной.

– Убедите, – согласился Карелин, – а я позвоню ее матери. Такая тяжелая и страшная история. Я до сих пор не могу понять, почему его убили и кто это мог сделать? А самое главное – каким образом? Столько загадок на одно убийство.

– Вы же прекрасно знаете, что не бывает загадочных преступлений, – возразил Дронго, – есть нераскрытые, но нет нераскрываемых.

Дронго попрощался и положил трубку. Он перезвонил Кружкову и попросил срочно оформить документы, чтобы взять их с собой. Через два часа он уже сидел в автомобиле, который направлялся в Жуковку, имея с собой пакет необходимых документов. Он еще даже не представлял себе, что именно

скажет несчастной женщине, которой никто не верил. Проблемы существовали, иначе ее мужа не убили бы вчера в собственной квартире. Да еще при отключенных камерах.

Подъехав к дому, он увидел машину милиции, которая стояла метрах в двадцати. Двое сотрудников милиции внимательно следили за всеми подъезжавшими машинами. Очевидно, так распорядился полковник Карелин, понял Дронго. Он направился к дому, когда из салона машины вылез старший лейтенант. Подойдя к Дронго он козырнул.

– Извините, что вас остановил, – очень вежливо сказал офицер, – кто вы такой?

– Я адвокат семьи Скляренко-Сабировых, – пояснил Дронго, – обо мне знает полковник Карелин. Можете все выяснить у него.

– Проходите, – разрешил ему старший лейтенант.

Дронго поднялся по лестнице, позвонил. Дверь почти сразу открыли. На пороге стояла заплаканная кухарка. Она молча кивнула, пропуская его в дом. Он прошел в гостиную. На диване расположились Галия и ее дочь. Обе были в темных платьях. У обеих были уставшие, потухшие лица и заплаканные глаза. Очевидно, мать и дочь проплакали всю ночь. Дронго поздоровался, проходя к столу.

– Извините, – сказала Галия, – мы в таком виде. Я не думала, что вы приедете. – Она первой поднялась с дивана. – Пойдем, Наиля, тебе нужно привести себя в порядок, – потянула она за собой дочь.

Наиля взглянула на гостя и, сдерживая слезы, спросила:

—Вы там уже были?

– Да.

– Вы... вы его видели?

– Нет. Мне позвонили поздно.

– Теперь вы мне верите? Его убил вор, который влезал в нашу квартиру, – всхлипнула она.

– Пойдем, Наиля, – мягко взяла ее за плечи мать.

Они вышли из комнаты. Где-то на кухне старалась не шуметь Таисия. Дронго ждал довольно долго. Наконец спустилась Галия. Она успела умыться, переодеться в темный брючный костюм. Волосы были повязаны черной лентой. Она села за стол.

– Извините, – сказала она, – Наиля так тяжело переживает случившееся. Скоро она спустится.

– Это я виноват. Думал, что вас предупредят.

– Нам передали, чтобы мы были готовы к двум часам. Звонил Николай Гаврилович.

– Он имел в виду своих сотрудников. А я приехал как адвокат, который будет представлять ваши интересы.

– Вы разве адвокат? – удивилась Галия. – Дочь говорила, что вы частный детектив.

– Чтобы помочь вашей дочери и провести параллельное расследование, мне необходим официальный статус. Если я буду оформлен как адвокат вашей дочери, меня будут официально допускать ко всем материалам дела и разрешат представлять интересы вашей семьи.

– Теперь понятно, – кивнула она, посмотрев на часы. – Как вы думаете, когда закончится следственный эксперимент? – поинтересовалась она.

– Это не эксперимент. Вашей дочери нужно осмотреть квартиру, чтобы выяснить, какие вещи могли из нее пропасть.